Выпуск № 6 (415) | 1973 - страница 3

с другой стороны — шумные манифестации левацкой молодежи, отрицающие эти суррогаты духовной жизни, а заодно и «право на душу» вообще. Мир, погрязший в насилии, не может выдвинуть великого художника — своего союзника и единомышленника; у империализма нет друзей среди настоящих творцов, ибо он не заинтересован в «человеческом искании истины» (В. И. Ленин), составляющем смысл настоящего творчества.

Точно так же хорошо известно, что значение культуры при социализме исключительно велико. Более того. С продвижением нашего общества к коммунизму, — подчеркивалось в отчетном докладе ЦК КПСС XXIV съезду партии, — «возрастает роль литературы и искусства в формировании мировоззрения советского человека, его нравственных убеждений, духовной культуры». Именно своей мировоззренческой, марксистско-ленинской основой, своими неколебимыми нравственными убеждениями всегда сильна была и всегда сильна будет наша советская культура — социалистическая по содержанию, многообразная по национальным формам, интернационалистская по духу и характеру.

С каким бережным вниманием мельчайшие крупицы национального художественного опыта собирались и приумножались первым поколением советских людей в двадцатые — тридцатые годы! Как радовались мы и как гордились мы нашими красными избачами, нашими передвижными библиотеками, первыми театральными постановками, первыми радиоконцертами, первыми песнями, операми, живописными полотнами, кинофильмами! И с какой самоотверженностью и энтузиазмом художники старшего поколения восприняли строительство новой культуры как часть общенародного дела, по-братски протянув руку товарищеской помощи младописьменным культурам! Нет, не сегодня родился и возмужал тот дух интернационализма, который стал ныне священной духовной ценностью. Рожденный в царских ссылках и на баррикадах 1905 года, закаленный Октябрем, он с самого начала определил «тональность» нашей советской жизни и нашей советской культуры.

...В одной из очень ярких телепередач, посвященных 50-летию СССР, среди других представителей искусства северных народностей страны выступал писатель Юрий Рытхэу. После Революции, сказал он, перед нами встала задача отразить в творчестве новый необъятный мир. Как это сделать? Мы обратились к нашему фольклору, но вскоре поняли, что ограничиться только его средствами — значит глядеть на сложную современную жизнь глазами ребенка. И тогда, продолжал Рытхэу, мы обратились к опыту и традициям великой русской литературы, и она помогла нам, чукчам, как помогла якутам и бурятам, каракалпакам и нанайцам и десяткам других младописьменных литератур...

Вероятно, самым наглядным свидетельством взаимовлияния и взаимообогащения культур служит пример развития русского языка, по определению Пушкина, «переимчивого и общежительного в своих отношениях к чужим языкам». «В советской лингвистической литературе, — пишет один из исследователей данной проблемы, — убедительно показано, что русский язык — один из основных источников обогащения и развития младописьменных языков народов СССР. В них примерно 70– 80 процентов общественно-политических, научнотехнических терминов и других заимствовано из русского языка и через него из других языков. Заимствования из русского языка имеются во всех без исключения языках советских народов.

Вместе с тем ни в одном из них мы не найдем такого количества заимствований из различных языков, как в русском, поскольку последний взаимодействует в той или иной мере со всеми языками народов нашей страны. Этот процесс продолжает углубляться»¹.

В известной мере и с существенными оговорками, учитывающими тончайшую специфику искусства (которое ведь состоит из образов, а не из терминов!), то же самое можно сказать о взаимодействии художественных культур, взаимодействии национальных творческих традиций. Именно такое взаимодействие и взаимообогащение плюс гигантская просветительская работа по приобщению масс к настоящему, великому искусству обусловили принципиально полную победу ленинской культурной революции в СССР. И подобно тому, как в ходе самой жизни сложились и окрепли решающие, определяющие качества единого духовного облика строителя нового мира, единого для трудящихся всех национальностей нашей Родины советского характера, — в ходе социалистической культурной революции сложились и окрепли общесоветские черты и стороны культуры. Обосновывая этот тезис и следующее из него и за ним понятие «общесоветская культура», философ М. Иовчук пишет: «На почве совместного труда, освободительной борьбы, патриотического служения социалистической Родине созданы и находят свое отраже-

_________

¹ Дешериев Ю. Развитие национальных языков и языка межнационального общения. Журнал «Коммунист», 1973, № 1, с. 86.

ние в духовной жизни миллионов людей новые, общие для всех наций и народностей СССР революционные, трудовые, боевые, культурные традиции»². Вот в этом и заключаются характерные особенности нынешнего этапа социалистической культуры, этапа, прямо обусловленного существованием и реальной практической деятельностью новой исторической общности людей — советского народа.

Естественно, все сказанное относится и к нашей музыке, также социалистической по своему содержанию, многообразной по своим национальным формам, интернационалистской по своему духу и характеру. Отсюда прямо следует, что ее общесоветские черты и стороны проявляются прежде всего в содержании, в отстаивании и воспевании самых прогрессивных идеалов современности, в неукоснительной демократической направленности, в адресованности широкому кругу слушателей всех народов СССР. Важным элементом общности выступает при этом русская советская художественная традиция, в известной мере выполняющая роль «языка» межнационального творческого общения. Разумеется, сохраняют свое значение, обогащаются и углубляются и все другие национальные музыкальные «языки», в свою очередь много давшие и друг другу, и русской культурной традиции.

Прошедшие за последние несколько месяцев крупные музыкальные форумы — прежде всего Всесоюзный VI, юбилейный пленум правления СК СССР (ноябрь, 1972), пленум СК РСФСР, посвященный вокальным жанрам (февраль, 1973), молодежный смотр на Украине (Киев, февраль 1973), научно-творческая конференция автономных республик Поволжья, Урала и Сибири (Казань, март 1973), наконец, смотр творчества Московской композиторской организации (апрель, 1973) — наглядно продемонстрировали верность этих общих положений³. В таких произведениях, как оперы «Кола Брюньон» Д. Кабалевского и «Три жизни» О. Тактакишвили, оратории «Не трогайте голубой глобус!» Э. Бальсиса, «Бессмертие» А. Флярковского, «Сказ о гибели казачьего войска» А. Николаева, «Миг истории» К. Хачатуряна, «Человек» М. Яруллина, опера-оратория «Июльское воскресенье» В. Рубина, кантаты Весенняя» Г. Свиридова, «Ленин с нами» А. Эшпая, Третья (Киевская) симфония А. Штогаренко, симфония-поэма «Джалиль» А. Монасыпова, вокально-симфоническая поэма А. Балтина «Про это», и в некоторых других убедительно воплощены богатства души советского человека, его «боление» судьбами мира, его неиссякаемый патриотизм. А сколько темперамента, сердечной щедрости, свежих национальных красок в музыке вторых фортепианных концертов Т. Хренникова и А. Эшпая, оперы «Нежность» (по А. Барбюсу) В. Губаренко, концертов для оркестра А. Пахмутовой и М. Скорика, Шестой симфонии Н. Пейко, Второй — Г. Канчели, Органной — Э. Хагагортяна, Концерта для двух скрипок с оркестром Б. Клюзнера, в новых скрипичных концертах Ю. Фалина, 3. Ткач, в Валторновом концерте Л. Колодуба, Кларнетном — А. Луппова, в «Праздничной увертюре» Б. Ямпилова, «Симфоническом цикле» Л. Исмагиловой, Хоровом концерте И. Карабица на слова Григория Сковороды! Жизнь человеческого духа в музыке, «человеческое искание истины» пронизывают и такие монументальные полотна, как Пятнадцатая симфония Д. Шостаковича, балеты «Анна Каренина» Р. Щедрина, «Ижери» Н. Жиганова или «Икар» С. Слонимского, и такие тонкие, по-настоящему содержательные камерные опусы, как вокальные циклы, романсы и песни Г. Свиридова, «Песни моря» П. Дамбиса, фортепианные миниатюры А. Монасыпова, Соната для виолончели solo Э. Оганесяна, Седьмой квартет С. Цинцадзе, Третий — Ю. Юзелюнаса, Четырнадцатая, камерная симфония Я. Иванова и Третья — С. Насидзе, Концерт для флейты и камерного оркестра Б. Тищенко, романсы А. Касьянова, 3. Левиной, Я. Солодухо, Б. Чайковского и других авторов. На упомянутых творческих смотрах прозвучало немало замечательных хоров и песен, быстро завоевавших признание широкой аудитории (в том числе В. Салманова и Т. Хренникова, В. Рубина и Т. Корганова, X. Ахметова и 3. Исмагилова, Ф. Васильева, Ф. Лукина, А. Токарева). Надолго запомнится, например, любителям коллективного пения выступление в Москве Башкирской хоровой капеллы, Чувашского хора радио — в Казани, показавших яркий и своеобразный репертуар. Достижения есть и в жанрах духовой музыки, музыки для народных оркестров.

Особо нужно сказать о двух камерных операх А. Холминова на сюжеты Гоголя: «Шинель» и «Коляска». Композитор, прежде устойчиво державшийся в русле открытой песенной традиции, теперь решительно обновил свою

_________

² Иовчук М. Интернационалистская культура многонационального советского народа. Журнал «Коммунист», 1973, № 3, с. 57.

³ О большинстве крупных сочинений, вошедших в программу упомянутых показов, наш журнал уже писал, о других — еще будет писать.

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка

Содержание