ПОЗДРАВЛЯЮТ ЗАРУБЕЖНЫЕ МУЗЫКАНТЫ

Нараяна Менон

Свет маяка

Когда я получил предложение написать для журнала статью об Араме Хачатуряне по случаю его семидесятилетия, я с радостью согласился. Мне представилась прекрасная возможность, думал я, выразить мое восхищение одним из величайших композиторов в мире и передать в этой статье часть любви и уважения, которые питают к нему многие из моих соотечественников.

И только когда я начал писать, я почувствовал, что могу сказать о нем лишь очень немного, если вообще могу сказать что-то такое, чего не знали бы в СССР. Хачатурян — сын Советского государства и Революции, взращенный на земле великой страны, знающий ее замечательную историю, ее стремления и сознающий свою ответственность перед Родиной, выполняющий свой долг художника. Как хорошо знают об этом в СССР! И как мало знаю обо всем этом я! Итак, что же я могу сказать тебе, советский читатель, об Араме Хачатуряне?

Я встречался с ним всего несколько раз и заботливо храню память о наших встречах. Однако нас разделял языковый барьер. Общение через переводчика возможно лишь для передачи информации; переводчик — плохой посредник, если ты хочешь выразить свою любовь, близость, общность взглядов. И потому я не мог непосредственно сообщить Хачатуряну о том, что я чувствовал, что значит для меня его музыка.

Он армянин, родился в Тбилиси, живописной столице Грузии. Армения, Грузия, Азербайджан, как и все другие, в частности азиатские советские республики — это сокровищницы народной музыки и танцев. Во время моих многочисленных встреч с искусством названных республик я был поражен красочным великолепием вековых культур, созданных народом в повседневной жизни и труде, отражающих и воплощающих его радости и печали. Танцы — грациозные и живые, музыка — эмоциональная и мелодичная. Хачатурян все это не только использовал в своем творчестве, но и облек в оркестровый наряд, существенно обогатив таким образом мировую культуру.

Просто невероятно, как сын переплетчика, родившийся в Тбилиси, нашел в те трудные дни дорогу в Москву, в школу имени Гнесиных и в Московскую консерваторию. Сегодня, в 1973 году, когда Советский Союз достиг высокого уровня развития, подобное вполне возможно. Нигде в мире художественный, творческий талант, особенно в области искусства, не пользуется таким вниманием и не взращивается с такой любовью, как в СССР. Но в 1921 году все было иначе. Путешествие Хачатуряна в Москву в обществе своего брата, длившееся двадцать четыре дня, без денег и почти без еды, кажется мне теперь (да так оно и было) весьма рискованным предприятием. Однако это указывает не только на стойкость и силу духа композитора, но и на его преданность будущей профессии, на его веру в собственные силы.

После того, как Хачатурян нашел свое призвание, его дарование постоянно совершенствовалось. Он учился в Московской консерватории, которую окончили такие композиторы, как Рахманинов, Скрябин, Глиэр, Метнер и Мясковский. Последний был наставником и учителем Хачатуряна. Какие замечательные возможности предоставлялись молодому композитору в годы его формирования!

Хачатурян поздно начал, и казалось, что он старается наверстать упущенное, настолько продуктивной жизнью жил и по сей день живет композитор. Я знаю только несколько его

произведений. Некоторые из них произвели на меня особенно сильное впечатление. Это, прежде всего, Вторая симфония, которая, подобно Седьмой симфонии Шостаковича, была создана в напряженные годы войны. В ней слышатся страдание, борьба и печаль, однако в коде звучит решимость и сила, триумф неукротимого духа нации. Два произведения, с которыми я знаком лучше всего,— балеты «Гаянэ» и «Спартак». Помню также яркую и характерную музыку Хачатуряна к одному или двум фильмам. О его произведениях самого последнего времени я не имею никакого представления. В силу дальности расстояния, отделяющего нас, подчас приходится зависеть от пластинок и партитур, случайных передач нашего радио и непродолжительных поездок в Европу и в СССР для обновления знаний о современной советской музыке.

Для молодых и честолюбивых азиатских музыкантов, стремящихся сочинять музыку с использованием европейских выразительных средств, творчество и достижения Арама Хачатуряна подобны свету маяка. В его музыке звучит спокойный оптимизм, вера в человечество. Этот последний момент очень важен. В Советском Союзе художник не оторван от народа. Он не ищет убежища в башне из слоновой кости. У художника есть свои обязанности по отношению к народу, он должен играть важную роль в сплочении людей, в сложные периоды быть всегда впереди, делить опасности, труд, обязанности со своими собратьями. И художник верит в человечество, верит в гуманизм. Отсюда оптимизм его творчества.

Арам Хачатурян — блестящий пример художника такого рода.

Перевод с английского В. Нестьева

...с Чарли Чаплином

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка

ПОЗДРАВЛЯЮТ ЗАРУБЕЖНЫЕ МУЗЫКАНТЫ

Нараяна Менон

Свет маяка

...с Чарли Чаплином

Содержание