Выпуск № 12 (409) | 1972

Одним из главных качеств белорусской профессиональной музыки является то, что она никогда не отличалась национальной замкнутостью. Достаточно сказать, что среди основоположников нашего профессионального творчества такие представители русской культуры, как В. Золотарев, воспитавший целую плеяду известных композиторов, в том числе А. Богатырева, В. Оловникова, А. Абелиовича, П. Подковырова и других; как Н. Чуркин, Е. Тикоцкий, Н. Аладов, впитавшие творческие принципы петербургской композиторской школы.

Эту мысль можно развить, если говорить о белорусских исполнителях, музыковедах.

А разве то, что в симфонических концертах, на оперных подмостках, в постановках театра музыкальной комедии звучат произведения композиторов всех братских республик, что наши белорусские произведения исполняются во многих городах страны, — не является свидетельством взаимовлияния братских национальных культур? Но еще больше я, как композитор, ощущаю это взаимовлияние в том, что почти все мы, белорусские авторы, систематически создаем музыку, в основу которой положены сочинения нашей чудесной многонациональной литературы, принимаем участие в работе драматических театров, где идут пьесы советских драматургов разных национальностей.

Еще на заре своей творческой деятельности, в годы Великой Отечественной войны, мне посчастливилось встретиться с двумя музыкантами, благодаря которым, может быть, я стал писать мyзыку. Речь идет о Сергее Артемьевиче Баласаняне и Фазыле Салиеве. Это было в Душанбе. Если первый из них преподал мне азы композиторской науки, то второй ввел меня в мир таджикской народной мелодики. Им обоим я бесконечно обязан по сегодняшний день. Что же касается моей более зрелой композиторской деятельности, то я неоднократно обращался в своей музыке к живительным истокам русской, украинской, литовской поэзии и драматургии, создавал произведения, связанные с художественными образами Л. Толстого, В. Маяковского, М. Светлова, В. Каверина, А. Гайдара, Б. Лавренева, Т. Шевченко, Ю. Марцинкявичюса и многих других. Латвийские, литовские, молдавские народные мелодии, не говоря уже о русских или украинских, нашли отражение в партитурах моих балетов и симфонических произведений, клавирах инструментальных пьес.

Относительно форм межнационального общения. Понятно, участие в празднике, каким по замыслу является любая декада, фестиваль, олимпиада, всегда приятно и полезно. Но наряду с этим мне лично весьма продуктивными представляются деловые поездки композиторов, когда в спокойной обстановке можешь познакомиться с музыкой друзей из братских республик, поговорить о ней, по-товарищески поспорить.

Как и мои коллеги, разъезжаю я много. И к нам в Белоруссию приезжали украинские, молдавские, чувашские, литовские музыканты. Каждая такая встреча не только оставляет множество впечатлений, но и обогащает нас творчески.

Т. Вызго

Ташкент

Вопрос взаимовлияния братских национальных культур — очень сложный вопрос. Применительно к творчеству профессиональных композиторов Средней Азии его следует рассматривать в аспекте связи традиций местных монодийных культур с традициями многоголосной европейской музыки. Плодотворность таких связей несомненна. В практике наиболее ярких представителей республик Советского Востока отмеченное взаимодействие приводит к появлению национально характерных произведений, убедительно аргументирующих органичность синтеза столь различных истоков (к примеру, хоры a cappella М. Бурханова).

Творческое содружество культур соседних (или близких) республик — тоже факт несомненный. Однако выявляется оно более рельефно в области народного музыкального быта, чем в композиторском искусстве. Но не только, разумеется. Так, для Узбекистана характерны теснейшие контакты с Таджикистаном, обусловленные общностью ис-

торических судеб их народов. Показательно в этом отношении творчество узбекских авторов М. Бурханова и С. Юдакова, чьи художественные интересы во многом связаны с Таджикистаном, с его богатым поэтическим и музыкальным наследием. Что же касается Киргизии и Казахстана, то тут (в сфере профессиональной) связи с Узбекистаном ощутимы значительно меньше, хотя языковая основа народов данных республик — общая.

…Вот уже шестьдесят с лишним лет я живу в Узбекистане, по существу — всю жизнь. Но близкое соприкосновение с узбекской музыкой началось лишь в зрелом возрасте — с того времени, как здесь было организовано радиовещание (1927 год), открылись музыкальные учебные заведения, в которых традиционное национальное искусство стало звучать наряду с европейским (двадцатые-тридцатые годы). До этого — лишь отдельные фрагменты воспоминаний… Едем в горы на арбе, и арбакеш поет что-то печально-созерцательное… Мы приглашены в гости на семейное торжество (отец мой был учителем, приглашали ученики) и слушаем выступления народных музыкантов… Вечер в многолюдной чайхане где-то за городом, и мы (мои родители и я) впитываем в себя атмосферу благоговейной тишины, окружающей выступление народного певца…

Сознательное изучение узбекской музыки началось с 1943 года, когда я стала сотрудником Института искусствознания; и вплоть до сегодняшнего дня (почти тридцать лет!) я нахожусь в сфере ее влияния. Что говорить, влияние это огромно! Все мои творческие, научные интересы связаны с узбекской культурой — сначала в основном современной, теперь все больше углубляюсь в историю.

Вы спрашиваете: что дало мне такое общение? Да все, все, чем я располагаю! Все, что связано с моей работой исследователя, — все возникло на благодатной почве музыкальной узбекской художественной традиции…

О формах «межнационального творческого общения»… Все они хороши, каждая на своем месте. Но беда в том, что нередко еще наши встречи превращаются в нечто парадное. И тогда за шумихой торжественных приемов исчезает главное — деловитость и профессиональность творческого обмена мнениями.

И еще одно. В свете недавнего Постановления ЦК о критике следовало бы установить практику командировок на съезды и пленумы союзов композиторов также и музыковедов, но не вообще музыковедов, а главным образом тех, кто выступает с публицистическими статьями в разного рода периодических изданиях, чей голос слышен и на обсуждениях новых произведений. Это могло бы способствовать активизации нашей музыкальной критики.

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка

Т. Вызго

Содержание