более углубленно и основательно изучают народно-инструментальную культуру, стремятся с новых позиций претворять ее элементы и самый ее характер, что, естественно, должно привести к дальнейшим достижениям в эпическом жанре.

«…Велик Казахстан, велик диапазон его песенного творчества!» Это восторженное признание в любви к нашему краю Колумба казахской музыки А. В. Затаевича. Как известно, казахский фольклор богат не только инструментальными пьесами, но еще больше — песнями. Известна и историческая роль первых казахских оперных спектаклей, почти полностью построенных на народных песнях и отчасти кюях. Так, в «Кыз-Жибек» использовано около пятидесяти народных тем, в «Ер-Таргыне» — около восьмидесяти.

Однако развивающаяся культура возрожденного народа требовала иных, более масштабных форм. И здесь высоким образцом служили и служат творческие заветы мастеров русской классической оперы, а также выдающиеся произведения наших современников — С. Прокофьева, Д. Шостаковича, Ю. Шапорина, Д. Кабалевского, Т. Хренникова.

Идеи героизма, преданности Родине, самопожертвования во имя блага других — все это было близко народам, активно взявшимся за построение своей национальной культуры.

Значительные идеи требовали большого мастерства для своего воплощения. Одна за другой в братских республиках возникали замечательные национальные оперы «Даиси», «Алмаст», «Кёр-оглы», «Восстание Восэ», «Аджал ордуна», «Нергиз», «Михась Подгорный»… В Казахстане также появились оперы, написанные национальными композиторами. Это «Абай» А. Жубанова и Л. Хамиди, «Биржан и Сара» М. Тулебаева. Музыкальная драматургия их не строится из «вспышек эмоции в цепь песен» (Асафьев), а основана на принципе сквозного развития. Приведу лишь один пример из оперы «Абай». Ария героя из четвертого действия — это образец настоящей оперной арии, абсолютно новаторский для казахской музыки. Высокая идея — обращение Абая к народу в момент трагической кульминации — находит воплощение в монументальной форме. Выразительная, устремленная вверх мелодика крайних частей, скорбные, патетически-взволнованные интонации — все это передано с подлинным мастерством и обладает большой эмоциональной силой воздействия. Безусловно, и здесь мы наглядно убеждаемся в плодотворности воздействия традиций русской и мировой классики, а также искусства композиторов братских республик. Характерна в этом смысле и исполненная динамизма хоровая сцена проклятия Азима: здесь можно говорить о развитии великих традиций Мусоргского.

Ныне в среде казахских авторов идет еще более углубленная работа по изучению творческой лаборатории мастеров русской и мировой классики, а также освоению эпических традиций советской оперы.

Героический стиль Бородина нашел развитие в новой опере Е. Рахмадиева «Алпамыс», премьера которой состоится в недалеком будущем. Тонкий лиризм, хрупкость и вокальная широта, характерные для оперных героев Римского-Корсакова, по-своему преломлены в «Загадочной девушке» С. Мухамеджанова, поставленной Алма-Атинским оперным театром в прошлом сезоне.

Духовная культура каждого народа хранит неисчислимые богатства. Эпос, сказания, легенды, песни и танцы — сколько художников прошлого и настоящего черпали вдохновение из этого кладезя народных чудес! Оперы, симфонии, поэмы, песни…

Особый и трудный вопрос — опера на современную тему. Здесь, кажется, мешает ряд моментов, связанных с творческой разработкой близкого нам по времени материала. Осваивая эпические формы его воплощения, мы порой не учитываем, что современный эпос — наша жизнь в целом — это нечто новое, совершенно отличное от прошлого, иные ритмы и темпы, изложение мыслей и выражение эмоций. Без учета этих моментов невозможно создание подлинно эпических произведений, воспевающих нашу действительность, патриотизм советских людей, дружбу братских народов, их героические подвиги на полях сражений за Отчизну и в мирном труде.

В этом смысле нужно еще многому учиться у нашего великого современника — Сергея Прокофьева. Его могучие оперные шедевры, такие, как «Война и мир», «Семен Котко», «Повесть о настоящем человеке», должны быть настольной книгой каждого композитора, работающего в области данного жанра.

Жизнь сегодняшнего Казахстана — это современный эпос. Эпос героический. Эпос лирический. Эпос исторический. Для воплощения в музыке героев этого монументального эпоса нужны размах мыслей и истинная взволнованность чувств, страстность высказывания, глубина проникновения в тему и скульптурная выпуклость музыкальных образов, не говоря уже о совершенном владении законами архитектоники крупных форм.

Конечно, задача трудная. Она по плечу самым сильным и отважным. Иными словами, она требует подвига. Подвига гражданского и творческого.

В. Каупуж,

министр культуры
Латвийской ССР

УСПЕХИ ЛАТЫШСКОЙ МУЗЫКИ

Исполнилось пятьдесят лет со дня образования Союза Советских Социалистических Республик. Это поистине великая дата: пятьдесят лет тесного общения, пятьдесят лет постоянного культурного и экономического обмена между народами нашей страны дали великолепные результаты.

Республики Прибалтики позже других вступили в братский Союз наших народов. Но и те тридцать с лишним лет, что минули со времени исторических июльских событий 1940 года, оказались, по существу, решающими для развития культуры, экономики, промышленности этого края. Как следствие приобщения прибалтийских народов к новой общественной формации — социалистическому строю — возник животворный кровообмен между ними и остальными народами Советского Союза. Когда рассматриваешь современную латышскую культуру с данной точки зрения, — впечатления поистине огромны. Достаточно взглянуть на афиши, расклеенные в сегодняшних Риге, Даугавпилсе, Лиепае, Вентспилсе, чтобы убедиться в том, сколь широк размах нашей концертной жизни. Нынешним летом, скажем, афиши оповещали о выступлениях только что возвратившегося из гастрольной поездки по Тунису хора мальчиков Рижского Дворца пионеров и Берлинского симфонического оркестра под управлением К. Зандерлинга, ансамбля «Дайле», которому аплодировали французские зрители, и оркестра Московской филармонии под руководством К. Кондрашина, балетной труппы оперного театра Латвии, покорившей любителей искусства Арабской Республики Египет, и лауреата Всесоюзного фестиваля самодеятельных хоров, коллектива «Ave sol» («К солнцу»). У нас бывают такие всемирно известные исполнители, как Д. Ойстрах, З. Долуханова, Л. Коган, Я. Флиер, М. Ростропович…

Сегодня искусство латышского народа переступило границы не только своей республики, но и Советского Союза. В свою очередь, сегодня к нам приезжают артисты из всех республик нашей страны, со всего мира, зная, что найдут здесь культурного, образованного зрителя и слушателя. Наши концертные залы всегда заполнены. Без сомнения, такой оживленный обмен культурными ценностями не может не оказать благотворного воздействия на исполнительское искусство и композиторское творчество Латвии. Латышская композиторская школа прочно опирается на народные истоки. Без обращения к этой сокровищнице национальной мудрости не мыслит сегодня свою работу ни один латышский композитор — ни Янис Иванов, пишущий симфонии, ни Маргер Заринь, когда он создает монументальную «Оперу на площади» или цикл детских пьес, ни Раймонд Паулс, сочиняющий песни, ни другие авторы.

Но в подходе к этому народному источнику, в самом ракурсе опосредованного использования его в своих партитурах латышские композиторы в основном наследовали русским музыкантам. Основоположники латышской профессиональной музыки Язеп Витоль и Андрей Юрьян учились у Римского-Корсакова. Он — «дед» латышской профессиональной музыки, он привил нашим композиторам бережное и творческое отношение к родному фольклору.

От Витоля и Юрьяна, от Альфреда Калныня, Эмиля Дарзиня и Эмиля Мелнгайлиса эта эстафета была передана нынешним мастерам, воспитателям нового поколения композиторов Я. Иванову, А. Скултэ, М. Зариню, Я. Кепитису, Л. Гаруте и другим. Так же как их творческие «отцы», эти композиторы, опираясь на фольклор своей родины, чутко вслушивались и в окружающий их музыкальный мир. Поэтому в их творчестве ощутимы опосредованные воздействия партитур С. Прокофьева и Н. Мясковского, Д. Шостаковича, А. Хачатуряна, Д. Кабалевского...

Сейчас уже в Латвии активно выступают «внуки» Римского-Корсакова и «дети» латышских и русских мастеров — О. Гравитис, В. Каминский, Г. Раман, Алдонис Калнынь, А. Гринуп и многие другие. В их сочинениях можно обнаружить еще более органичный сплав национальных традиций с достижениями русского советского творчества.

Можно привести немало конкретных примеров такого рода связей. Так, если в первой латышской национальной опере «Банюта» Альфреда Калныня явственно ощущались воздействия не только Вагнера, но и Глинки и Бородина, то А. Скултэ в своем балете «Сакта свободы» творчески развил традиции Прокофьева. А в операх «Сквозь метель» и «Аудрини» О. Гравитиса, представителя третьего

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка

В. Каупуж,

УСПЕХИ ЛАТЫШСКОЙ МУЗЫКИ

Содержание