Выпуск № 12 (409) | 1972 - страница 39

Ю. Антанавичюс

Вильнюс

Литовская музыка издавна была связана с русской культурой, училась у нее, сама активно участвовала в музыкальной жизни России. Наш классик Ю. Таллат-Кялпша, в 1916 году окончивший Петроградскую консерваторию, впоследствии писал: «Я всегда с теплотой вспоминаю своих великих русских учителей музыки, которые привили мне свойственный русской классической музыке вкус и направили мое внимание на то, что необходимо углубляться в народное творчество, изучать его неиссякаемые ценности». Под этим могли бы подписаться многие литовские композиторы и исполнители, постигавшие в прошлом и настоящем тайны музыкального искусства в Петербургской — Петроградской — Ленинградской консерватории.

С другой стороны, литовское искусство в разные времена вплетало свой тон в многозвучный аккорд культурной жизни музыкальной столицы России. Так, в 1895 году в Петербурге впервые на публичном концерте звучали литовские народные песни. В конце XIX века петербуржцы часто слышали голос литовского певца и композитора Ч. Саснаускаса; активную концертную деятельность вели хоры петербургских литовцев под руководством М. Петраускаса, С. Шимкуса, а также труппа оперетты, поставившая произведения М. Петраускаса; в Оперной студии консерватории шла опера «Цыганы» К. Галкаускаса, которую он посвятил своему учителю Н. Римскому-Корсакову.

Долгие годы в русской консерватории молодых музыкантов воспитывал профессор Ю. Карнавичюс, который преподавал теоретические дисциплины и вел им самим основанный хоровой класс. Художник и композитор М. К. Чюрлёнис, восхищавший художественную среду Петербурга своей музыкальной живописью, показал себя и как музыкант, устроив в 1909 году авторский фортепианный вечер. На сцене Мариинского театра на протяжении десяти лет в главных партиях звучал мягкий тенор К. Петраускаса (Пиотровского). Близкая дружба его с Ф. Шаляпиным, завязавшаяся на русской сцене, в 1934–1935 годах привела знаменитого баса в Каунасский оперный театр, где он выступил в нескольких спектаклях и концертах. Литву посещали и многие другие всемирно известные русские музыканты и артисты: А. Рубинштейн, С. Рахманинов, А. Скрябин, С. Танеев, А. Глазунов, С. Прокофьев, И. Стравинский, Л. Ауэр, А. Вержбилович, А. Есипова, Н. Малько, Л. Собинов, Е. Катульская. И все это — лишь некоторые, хотя и значительные факты общения русской и литовской музыкальных культур в прошлом. Они составили фундамент той крепкой и плодотворной традиции духовного взаимообогащения, которая в наши дни распространилась вширь и вглубь. Не счесть конкретных форм и примеров его проявления…

Излишним было бы еще раз доказывать, какое огромное влияние имело и имеет творчество С. Прокофьева, Д. Шостаковича и многих других русских советских мастеров на композиторские школы всех республик Советского Союза. Национально-самобытное искусство А. Хачатуряна словно могучий колокол резонансом затронуло тысячи колокольчиков, вызвав к жизни новые гармонические краски и упругие ритмы, зазвеневшие в партитурах многих авторов, в том числе и русских. Но не только признанные мэтры вдохновляют коллег по искусству на новые творческие идеи. Не «повинен» ли Э. Тамберг в том, что Concerto grosso и сходные с ним жанры повсеместно привились у нас? Не причастно ли национально-специфичное искусство композиторов Закавказья, Украины, Прибалтики к тому, что расцвели ярко национальные русские таланты «новой фольклорной волны»?

В среде композиторов и музыковедов укоренился добрый обычай: на смотры своего творчества — пленумы, конференции, съезды — приглашать гостей из разных республик. Польза от этого, как известно, обоюдная. Хозяева узнают мнение как бы «со стороны», объективное суждение о своем искусстве, а гости перенимают положительный опыт коллег, получают возможность путем сравнения более точно оценить свое творчество, определить свое место в музыкальном искусстве во всесоюзном масштабе. В последнее время я присутствовал на творческих пленумах Украины и Грузии. Приятно было слышать колоритные, специфически национальные нотки в сочинениях композиторов обеих республик, а с другой стороны констатировать, что

между современной украинской, грузинской и литовской культурами существует много общего, обусловленного единым творческим понятием — современная советская музыка. Естественно, что общими оказались и многие проблемы развития, например вопрос о синтезе современных художественных тенденций и национальной специфичности, о способах сплавления, с одной стороны, веками накопленных традиций музыкального мышления, форм языка и, с другой стороны, каждодневно нарождающихся новаций.

Вспоминается молодежный пленум в Киеве. Там прозвучало много хорошей музыки, написанной в традиционном стиле. Выделились и другие произведения, выделились прежде всего свежестью, терпкостью современной выразительности (к этой категории отношу, например, Концерт для скрипки с оркестром М. Скорика). Наконец, прозвучали сочинения В. Сильвестрова, Л. Грабовского — авторов, которые считают необходимым оперировать иным языком, чем это делалось до них. Сам по себе такой принцип ни плох, ни хорош. Все, конечно, зависит от творческого результата. А результат, по-моему, получился стоящий внимания и поощрения: произведениям молодых авторов присуща не только нетрадиционная форма, но мысль, правда, в высшей степени абстрагированная. Естественно, путь, избранный молодыми «новаторами», нельзя считать основным для советской музыки или тем более единственно правильным, но полное игнорирование его и принципиальная нетерпимость по отношению к нему (а она еще встречается) — это тоже не решение проблемы, кстати актуальной не только для украинской культуры. Да, в дискуссионных сочинениях есть признаки «игры в звучания и краски», но разве это всегда так уж плохо? Специфика музыкального искусства требует особого внимания художника к форме, важно лишь на этом не останавливаться.

Итак, каждая встреча с искусством друзей будит мысль, не позволяет удовлетвориться достигнутым, замкнуться со своими достижениями и проблемами в пределах географических границ своей республики.

К сожалению, учитывая грандиозные качественные и количественные масштабы советского творчества, эти встречи с музыкой друзей пока недостаточно широки и часты. Побывать в гостях у всех, да еще многократно, невозможно. Филармонии же не балуют слушателей произведениями композиторов братских республик. Более или менее постоянно звучат лишь отдельные авторы, имена которых известны любому школьнику.

По моим наблюдениям, наше радио тоже постепенно перестает быть тем источником, из которого композитор или музыковед черпает свои представления о творчестве коллег разных национальностей, а в программах телевидения серьезная музыка занимает пока еще весьма скромный уголок. Поэтому композиторским организациям необходимо поддерживать более тесные и систематические контакты между собой, найти новые формы обмена творческой информацией. Идеальным я считал бы такой вариант: республиканские союзы постоянно высылают записи наиболее интересных новинок с аннотацией музыковеда в адрес, например, Комиссии музыки народов СССР при СК СССР; последняя же (заранее разработав систему размножения магнитозаписей) рассылает их всем союзам. Вечера-обсуждения новой музыки стали бы тогда повсеместными, а самое лучшее попадало бы и в эфир, пропагандируя искусство братских республик в массовой аудитории.

Всевозможные контакты коллег по искусству совершенно необходимы для дальнейшей интернационализации советской музыки, для упрочения того почетного места, которое она занимает в искусстве современного мира, для завоевания ею новых творческих высот.

Б. Баяхунов

Алма-Ата

Музыка, вероятно, самое общительное искусство, диапазон действия которого необычайно расширился благодаря радио, телевидению, грамзаписи и издательскому делу. Однако до сих пор сохраняют и навечно сохранят свою живительную силу непосредственные встречи музыкантов в самых различных формах — от представительных конгрессов до личных бесед. Особенно полезны выезды на пленумы, съезды, конференции и другие творческие мероприятия. Я не могу назвать себя знатоком многих на-

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка

Ю. Антанавичюс

Б. Баяхунов

Содержание