Выпуск № 12 (409) | 1972 - страница 27

искусства находят верные и естественные пути их развития, а в ряде случаев — и их синтеза на принципиально новой социальной основе.

Итак, как уже говорилось, за прошедшие пятьдесят лет интернациональные связи в советской музыке эволюционировали: они обогатились, углубились. На начальной стадии, в двадцатые — тридцатые годы, русские советские композиторы, использовавшие темы и фольклор других народностей, преимущественно Средней Азии (например, «Туркмения» Б. Шехтера), или помогавшие создавать здесь основы профессиональной музыки («Гюльсара» Р. Глиэра в Узбекистане, его же «Шах-Сенем» в Азербайджане), опирались на опыт русских классиков. Иначе говоря, они развивали в новых общественных условиях ту линию взаимовлияния музыки отдельных народностей, которая наметилась еще в XIX веке: развитие тем азербайджанского, туркменского или иного происхождения осуществлялось в основном путем использования принципов профессиональной европейской музыки. Разумеется, некоторые особенности мелодики и ритмики восточного искусства в свою очередь влияли на собственное творчество этих авторов (мелизматика в мелодике Р. Глиэра и т. п.).

Далее в творчестве выдающихся представителей той или иной республики мы наглядно видим эволюцию в подходе к фольклору, отражающую развитие культуры данной республики в целом. Например, Уз. Гаджибеков от «Лейли и Меджнун» через «Аршин мал алан» дошел до одной из вершин национальной азербайджанской оперы — «Кёр-оглы»; М. Тулебаев на протяжении всего своего, к несчастью, недолгого, творческого пути совершенствовал оперу «Биржан и Сара», перейдя от унисонных ансамблей к полифоническим (это шло параллельно со становлением многоголосия в казахской музыке). Новым этапом во всем этом процессе явилось творчество А. Хачатуряна — одно из высочайших достижений советской музыкальной классики. Дело не только в том, что кроме реалистических традиций русской музыки композитор опирается на достижения крупнейших мастеров XX века, например импрессионистов или, отчасти, Стравинского. Еще важнее его умение создать такое сочетание сугубо национальных черт армянской музыки с достижениями европейского профессионализма, что его творчество, необыкновенно оригинальное, представляет собой заметный вклад в духовное развитие человечества. Следует заметить при этом, что Хачатурян касается таких глубинных пластов армянского фольклора, которые ранее считались чересчур «специфичными» (это не только ладовость, ритмика или инструментарий, но и принципы развития, полимелодизм, полиритмия, вытекающие из армянского инструментального музицирования). Отсюда — огромное внимание к его творчеству со стороны представителей внеевропейских музыкальных культур (Египта, Турции и т. д.).

Тенденции, которые выкристаллизовываются на сегодняшнем этапе поисков в сфере воплощения народно-национального начала, тесно связаны с проблемами развития современного искусства в целом. Давно прошло время, когда советским музыкантам — и теоретически, и практически, — приходилось опровергать мнение даже таких выдающихся европейских композиторов XX века, как Дебюсси, о непригодности народной мелодии к симфоническому развитию. Верно сформулированная мысль Б. Асафьева о наличии неисчерпаемых возможностей такого развития, например, в самой структуре инструментальных импровизаций многократно подтверждена творчеством наших авторов. Скажем, на Украине ярким образцом в этом отношении является Вторая симфония Л. Ревуцкого, ознаменовавшая открытие нового направления в данном жанре.

В настоящее время особенно важно, что вообще изменились и углубились понятия жанра, формы, принципов развития, что сейчас главное внимание обращается на раскрытие «духа» народной музыки. Так, давно прошедшим этапом следует считать извлечение из народной музыки Востока (например, Азербайджана) одной лишь мелодической основы; теперь воспринимаются и используются принципы развития, характерные для мугама (здесь можно назвать появившиеся более двух десятилетий назад «симфонические мугамы» Ф. Амирова, ряд сочинений К. Караева, молодых азербайджанских композиторов).

Очень важно, что идея культурного взаимообогащения, имеющая первенствующее значение в советском искусстве, составляет органическую, неотъемлемую

часть советского педагогического процесса. У нас хорошо осознана необходимость закладывать основы дружбы между братскими республиками уже в начальных звеньях воспитания. Задача может состоять лишь в углублении проблемы, а именно — в основательном изучении коренных особенностей национальных культур, хотя бы в их главных проявлениях.

Познание ладовой структуры, интонационной и ритмической организации, инструментария других национальностей, прежде всего внеевропейских, позволит еще значительнее расширить диапазон музыкального искусства, его понимание, а также творческие возможности. На стадии обучения (в музучилищах и консерваториях) такую функцию может выполнить при правильном, не формальном ведении история музыки народов СССР.

Как показывает опыт, плодотворные результаты приносят межнациональные контакты молодежи (вечера дружбы, концерты) и в особенности такая серьезная форма общения, как конференции студенческих научных обществ, посвященные определенным проблемам национальных культур. В этом году такие конференции проводятся во всех республиках.

Безусловно, лучший способ — личное участие студентов-докладчиков в мероприятиях других консерваторий. В случае большой отдаленности возможен взаимообмен рефератами. Главное достижение-инициатива участников, подлинный научный интерес к затрагиваемым проблемам, поиски собственного подхода к их решению. Можно наблюдать повышенное внимание, например, к восточным культурам, к музыке народов Средней Азии, Закавказья и другим. Работа по изучению музыкального творчества часто сочетается при этом с изучением истории и культуры данной национальности, с тщательными поисками, а иногда и новооткрытием библиографических первоисточников. Раннее и систематичное знакомство с различными национальными культурами даст возможность развить и интереснее поставить пропагандистскую, лекторскую и другие формы воспитательной работы среди широких масс.

Советская страна — пример дружбы народов. Для нашего общества характерны также постоянные поиски новаторских форм интернационального общения. Они развиваются вместе с движением советского общества по пути строительства коммунизма. Определяющими остаются в этом процессе принципы марксистско-ленинской философии, принципы партийности и народности.

Е. Мачавариани

Тбилиси

Я хотел бы ответить только на один вопрос анкеты о наиболее целесообразных формах межнационального общения. Мне кажется, что для лучшего знакомства с национальными культурами нашей страны хороши все формы. Но будем откровенны: все распространенные и имеющие традиции формы — будь то декады, пленумы встречи-концерты и т. д. — подразумевают показ отобранных, апробированных произведений, предполагающих определенный, если можно так сказать, «позитивный» уровень. Таким образом, знакомясь с музыкой композиторов братских республик, мы имеем дело в основном с достигнутым результатом, а процесс становления, проблемы, поиски зачастую остаются неизвестными. Между тем мне кажется, что именно этот аспект наиболее интересен, и изучение его может дать порой больше и для серьезного понимания той или иной культуры и для взаимообогащения. Было бы очень хорошо, если бы всесоюзные творческие организации взяли на себя инициативу организации специальных семинаров — пусть пока музыковедческих, — на которых не только исполнялись бы «пленумные» сочинения, но и развертывалась панорама современной музыкальной культуры той или иной национальной школы, разбирались бы конкретные образцы творческого взаимовлияния и т. д. Как организовать подобные семинары, будут ли это ежегодные отчеты, круглый стол, дискуссия по заранее подготовленным докладам или другая форма, — не столь уж важно. Проводить их, наверное, можно в домах творчества. Впрочем, это детали. Главное — создать реальную возможность для серьезного знакомства с богатством и разнообразием национальных культур нашей страны.

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка

Е. Мачавариани

Содержание