Выпуск № 3 (400) | 1972 - страница 20

бы за честь числить его в своем коллективе. Лысик тонко музыкален и современен в лучшем смысле этого слова. Именно из музыки вырастает скупой, лапидарный и точный изобразительный образ спектакля. Лысик менее всего стремится к конкретизации, к игре деталей. Он мыслит образами-символами, потому что ими же оперирует и музыка Лятошинского.

Но, пожалуй, с наибольшей силой дар художника проявился в народных сценах, где в поразительном синтезе слилось традиционное — украинское — с современным, сегодняшним. И это качество изобразительного решения спектакля также созвучно музыке.

Еще одно любопытное свойство работ Лысика выявилось на московских гастролях. Его декорации, сделанные специально для Львовского театра, выиграли на гигантской сцене Кремлевского Дворца Съездов, на той самой сцене, размерами которой зачастую объясняют свои неудачи или полуудачи иные гастролирующие коллективы. Но эпически-монументально решенное, выписанное крупным мазком оформление «Золотого обруча», предназначенное для много более скромной сцены Львовского театра, прекрасно воспринималось и во Дворце Съездов.

Можно лишь выразить удивление, что этот удачный спектакль по непонятным причинам был показан в Москве лишь однажды. (Нe часто выступающие в столице коллективы привозят столь интересные образцы национального советского творчества.) Думаю, что успех «Золотого обруча» настоятельно диктует Львовскому театру необходимость в ближайшее же время обратиться, например, к «Семену Котко» (кстати, это была бы прекрасная работа и для Е. Лысика). К тому же и театральный оркестр, состоящий сейчас преимущественно из молодежи, с большим удовольствием и вкусом играет современную музыку.

К сожалению, менее интересной оказалась постановка «Наталки Полтавки» Н. Лысенко. Как известно, хорошо поставить популярное, богатое сценической историей произведение подчас труднее, чем впервые интерпретируемую партитуру. «Наталка Полтавка» в этом плане особенно трудна. И не только потому, что исполнительские традиции ее в последнее полустолетие восходят к искусству таких актеров, как 3. Гайдай, И. Паторжинский, М. Литвиненко-Вольгемут. Пожалуй, каждая национальная культура нашей страны имеет у истоков своего оперного жанра творения, осветившие затем всю историю его развития. Это «Ануш» А. Тиграняна и «Алмаст» А. Спендиарова в Армении, «Лейли и Меджнун» и «Аршин мал алан» У. Гаджибекова в Азербайджане, «Абесалом и Этери» и «Даиси» 3. Палиашвили, «Кето и Коте» В. Долидзе в Грузии... Это и «Наталка Полтавка» на Украине.

Повесть о верной и преданной любви бедной крестьянской девушки к подневольному парню появилась многие столетия назад и была почерпнута И. Котляревским из сокровищниц фольклора. Очевидно, типические характеры, жизненно емкие ситуации, внешняя неприхотливость развития сюжета обеспечили вечную молодость этой пьесе. Не однажды обращались к ней композиторы. «Наталка Полтавка» насчитывает несколько музыкальных редакций. Но наиболее интересный, наиболее удачный вариант создал Н. Лысенко. В этом виде опера и по сей день идет на многих украинских оперных и драматических сценах.

«Наталка Полтавка» — это не отражение народной жизни, а, собственно, часть ее. Вобрав в себя то характерное, чем была богата украинская национальная культура, «Наталка Полтавка» и по сей день питает эту культуру. Живое свидетельство тому — «Золотой обруч».

Именно как картины жизни народной следует, по всей видимости, толковать эту оперу, тем более на музыкальной, а не на драматической сцене.

Ведь каждый образ в этой музыкальной драме — олицетворение необычайно емкого народного характера. Судьба Наталки вбирает в себя судьбы многих сотен и тысяч красивых украинских девчат, стойко и мужественно отстаивавших свое право на счастье. И Горпина Терпилиха — энергичная мать Наталки — тоже собирательный образ женщины из народа, стремящейся любой ценой добиться счастья для своей дочери, которое она, Терпелиха (уже одно имя говорит о том, сколько горя и бед выпало на ее вдовью долю), видит только в материальном благополучии...

Словом, я думаю, что на «Наталку Полтавку» ходят сегодня не для того, чтобы познакомиться с занимательным сюжетом. Посетители театров заранее знают, чем закончится эта драматическая повесть. И тем не менее, как правило, «Наталка Полтавка» неизменно идет с аншлагами. Аудиторию привлекает возможность вновь окунуться в неприхотливый, мудрый и ароматный мир народных характеров, чувств, помыслов, вновь ощутить самый дух национальных эмоций. Великая сила искусства находит свое выражение и в такой вот возможности передавать через конкретное — обобщенное, символизирующее культурное наследие целого народа. Поэтому сегодня недостаточно лишь правдоподобно и даже искренне сыграть «Наталку Полтавку», отдавая ее на «откуп» собственно интриге. Сегодня здесь много важнее умная и творческая режиссерская концепция, нежели «взаправдашность» и бытовизм.

К сожалению, постановщики этой оперы на львовской сцене (дирижер И. Юзюк, режиссер М. Шереметьев, художники Т. Риндзак, М. Булаевич, Б. Кривицкий и Л. Стащишин), на мой взгляд, избрали для себя как раз путь поверхностного показа сюжетных коллизий и ситуаций. Не образы-символы, а типажи — «натурально»-конкретные, словно нарочно «изукрашенные» множеством сценических штрихов и деталей. Они-то как раз и уводили героев оперы в область приземленно бытовую, жизнеподобную и потому далекую от необходимых здесь обобщений. Правда, исполнители играли и пели с большим старанием. Среди них в первую очередь нужно назвать Н. Тычинскую, лауреата Всеукраинского конкурса на лучшее исполнение роли Наталки. Красивый голос, отличный актерский темперамент помогли ей создать колоритный образ, во многом вышедший за рамки спектакля. Заслуживают быть упомянутыми П. Криницкая (Терпилиха), В. Игнатенко (Петро), Л. Головко (Возный), В. Лужецкий (Выборный), Г. Кузовков

(Микола). Однако вместе они не составили стройного ансамбля; мешало отсутствие единой мысли, которая направляла бы усилия актеров в общее русло. Каждый действовал как бы сам по себе, толковал свой образ в меру собственного понимания.

Сцена из оперы «Золотой обруч»

Еще большие нарекания вызывают хоровые и танцевальные эпизоды. Особенно важно было именно их не превращать во вставные номера, осмысливать каждый штрих, каждую деталь жизни народа на сцене. Но, увы, в спектакле львовян мы увидели своего рода фрагменты сюиты из программы народного ансамбля песни и танца. Причем качество исполнения было много ниже, чем в ансамблях такого рода. К тому же малочисленные по своему составу хоровой и танцевальный коллективы «растворились», «потерялись» на гигантской сцене Дворца Съездов. Будем надеяться, что неудача с «Наталкой Полтавкой» — частный случай в практике Львовского театра и в ближайшее время оперные мастера Западной Украины порадуют москвичей интересными работами как в области классического национального наследия, так и оригинальными интерпретациями новых сочинений советских композиторов.

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка

Сцена из оперы «Золотой обруч»

Содержание