Выпуск № 9 (370) | 1969 - страница 56

зиологии, социологии, теории информации, статистики, кибернетики. Опыты такого рода помогают преодолеть субъективизм музыкальной критики и науки, опереться на объективные закономерности творческого процесса. Этот путь выработки интегральной методики приблизит нас к сущности сложной метаморфозы, в результате которой факты действительности становятся художественными образами.

С развитием философии и эстетики, новых наук возможности теоретического и исторического музыкознания необычайно возросли. У нас появились такие книги, как «Музыковедение и кибернетика», «Философские и эстетические вопросы музыки», «Количественные методы музыкального анализа». Постепенно дифференцируется сама музыкальная наука, обогащаются ее различные области. Интересно, что этот процесс идет наряду с осознанием необходимости комплексных исследований, что стимулирует тесное сотрудничество ученых разных профилей.

Перед нами открыты обнадеживающие перспективы для самой серьезной работы. Отряд болгарских музыковедов с каждым годом пополняется все более квалифицированными специалистами. Я не буду сейчас перечислять всех, но, бесспорно, мы можем рассчитывать не только на таких известных деятелей, как Асен Карастоянов, Богомил Старшенов, Венелин Крыстев, Николай Кауфман, Пенчо Стоянов, Стоян Джуджев, Стоян Петров, Стефан Лазаров, но и на более молодых, таких, например, как Генчо Гайтанджиев, Димитр Христов, Елена Тончева, Иван Хлебаров, Любомир Кавалджиев, Леа Коен, Розалия Бикс, Светла Адрашева, Слав Кожухаров и многие другие.

Следует также иметь в виду, что созданный в 1949 году при Болгарской академии наук Институт музыки объединяет большую часть активно работающих специалистов. А это важный фактор их дальнейшего развития.

В. Крыстев

НА ИСТОРИКО-РЕВОЛЮЦИОННЫЕ ТЕМЫ...

Болгарская композиторская школа молода, она не вошла еще в свое девятое десятилетие и пока число этапов ее развития невелико. В конце XIX века она училась гармонизовать народную песню, и пионеры профессиональной музыки в последующие два-три десятилетия продолжали работать в этом жанре. Крупные инструментальные жанры оказались под силу лишь следующему поколению композиторов, расцвет деятельности которых приходится на 20-е годы нашего века. Именно они подняли болгарское искусство до уровня профессионально зрелой и национально самобытной школы. По существу, те же авторы решали и задачи создания новой социалистической культуры. И здесь необходимо отметить необычайное для периодов капитальных исторических переломов идейно-эстетическое единство и творческий энтузиазм художников. Перспективы, которые открыла перед ними новая власть, воодушевили их. Гражданская совесть и честность привели большинство из них к социалистическим убеждениям. Это была историческая победа политики партии в области культуры.

Народно-демократическая струя в музыке композиторов 30-х годов во многом была близка концепциям социалистического искусства. Это направление и получило яркое развитие после 9 сентября 1944 года (разумеется, в данных заметках я не берусь обозреть его в полном объеме). Богатейший и далеко не исчерпанный многовековой фольклор, обогащенный городской, рабочей и партизанской песней, послужил основой творчества многих национальных авторов в наши дни. Народная основа нашей музыки отмечена героико-романтическими чертами, столь органично присущими эстетике социалистического реализма. Но еще в 30-е годы среди композиторов, объединенных в общество «Современная музыка», были убежденные сторонники социалистических идей, что, естественно, находило отражение в тематике и содержании их произведений. Героическими интонациями пронизаны патриотические песни Добри Христова, романтические программные симфонические сочинения Петко Стайнова, Панчо Владигерова и Венелина Стоянова. Драматической концепционностью, не находящей своего разрешения в оптимистических апофеозах, примечательны отдельные произведения Любомира Пипкова, Филипа Кутева, Святослава Обретенова.

Революция 9 сентября дала необычайно активный толчок развитию песенного жанра. Эти дни ассоциируются в сознании каждого болгарина со знаменитыми партизанскими маршами «Септемврийци» и «Чавдарци», с песней «Пала темная мгла», со старыми пролетарскими маршами «Дружная песня», «Рабочие и работницы» и со ставшими у нас столь популярными советскими массовыми песнями. Это было романтическое

время, когда именно песня служила выражением революционного энтузиазма масс.

Но фашизм еще жил. Освобожденная Советской Армией, Болгария присоединилась к тем, кто бился против него. И тема революции в нашей музыке слилась с темой победы над фашизмом в Отечественной войне. Меньше чем за год сражений песня пережила огромный подъем, сходный по масштабам с расцветом этого жанра и в советском творчестве в тяжелые времена борьбы против гитлеровцев. Болгарское искусство, пожалуй, не знает другого столь же активного взлета героической темы, как в первые два-три года после революции. Песни выполняли в то время функцию плаката. Для широких обобщений не хватало времени, нужен был мгновенный отклик на свершения молодой социалистической страны. На призыв Г. Димитрова, обращенный в 1945 году к болгарским композиторам: «Выразить в новых музыкальных произведениях как героическую борьбу нашего народа против фашизма до 9 сентября, так и его всесторонний творческий подъем в настоящее время», — отозвалась прежде всего массовая песня, а затем и более крупные жанры.

Среди наиболее популярных авторов упомяну Асена Карастоянова, Святослава Обретенова, Любомира Пипкова, Георгия Димитрова, Тодора Попова, Георгия Златев-Черкина, Александра Райчева, Парашкева Хаджиева, Марина Големинова, Димитра Петкова... История партии со времен Бузлуджанского съезда (сентябрь 1923 года), антифашистское сопротивление и партизанская борьба до победы 9 сентября 1944 года и разгрома фашизма, подвиги Красной Армии и дружба с Советским Союзом — вот темы многих их произведений. И уже после окончания войны, в период мирного развития нашего государства, в лирической массовой песне продолжал звучать пафос исторических сражений.

Если первое десятилетие после социалистической революции привело к утверждению героического пафоса в массовой песне вообще, то в следующее десятилетие здесь определились три основных аспекта: прославление партии, дружба с Советским Союзом и борьба за мир.

Интонационная основа подобных сочинений — результат активного взаимодействия многих факторов. История народной и профессиональной болгарской музыки насчитывает интересные этапы становления этой основы. В не исследованных еще пластах фольклора выделяется героическая юнацкая эпическая песня. Позже, в XVII и XVIII веках, создается гайдуцкий героический эпос. В XIX веке из взаимодействия сельских повстанческих напевов и городских маршей возникают первые образцы революционного фольклора. Этот процесс активного взаимодействия продолжался и после освобождения: рождались и крепли крылатые мотивы болгарского рабочего класса, патриотические марши и гимны, мелодии Александра Морфова и Добри Христова времен Балканской войны, затем антифашистские и партизанские песни 20-х, 30-х и начала 40-х годов... Музыкальная самобытность этих сочинений неодинакова, но в истории народа они всегда выполняли одну и ту же мобилизующую функцию.

Не вдаваясь в подробный анализ жанрово-интонационных и структурных особенностей данного жанра после 9 сентября, отмечу, что он развивался как бы по трем дорогам. Первая восходит к традициям солдатских, рабочих и партизанских маршей. Их интонационные структуры имеют уже вековую историю, но и по сей день они не потеряли своей жизненности и значимости.

Вторая ветвь опирается на сельские напевы, которые синтезируют широкий круг интонаций народных возрожденческих и партизанских мелодий. И наконец, третье направление черпает свой тематизм из сельской бытовой песни.

Среди сочинений, основанных на каждой из этих интонационных сфер, можно указать яркие образцы глубокого воплощения современных героических тем.

Более трудным был процесс обновления хоровой песни a cappellа — самого развитого и художественно зрелого вокального жанра в болгарской музыке. Как правило, сочинения этого рода покоились на очень стабильной интонационной основе — крестьянском мелосе. Но в 30-х годах наряду с героико-романтической балладой (например, у П. Стайнова) в этом жанре появляются уже образцы с отчетливо выраженной социалистической тематикой (у Св. Обретенова). Что касается хоровых пьес 40-х и 50-х годов, то в них явно преобладает пафос жизнеутверждения, прославления подвига. Подобную концепцию встречаем мы в сочинениях Г. Димитрова, П. Хаджиева, М. Големинова, А. Райчева, Д. Петкова, Т. Попова.

Нетрудно заметить в некоторых из них тенденцию обновления традиционной болгарской баллады или гайдуцкого напева ритмами и интонациями массовой песни. Стираются не только интонационно-структурные границы, но и сюжетно-тематические. Именно содержание послужило главной причиной проникновения в этот жанр характерной песенной мелодики.

Аналогичный процесс наблюдается и в сольной песне (разумеется, в ней всегда были сильны лирические настроения). Начало ему было положено несколькими сочинениями на революционную тему Св. Обретенова и Л. Пипкова. Болгарские композиторы обращаются к лучшим об-

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка

В. Крыстев

НА ИСТОРИКО-РЕВОЛЮЦИОННЫЕ ТЕМЫ...

Содержание