Наконец, Четвертая симфония Е. Глебова для струнного оркестра (1968). Признаться, она произвела на меня впечатление скорее многочастной концертной композиции типа сюиты, нежели собственно симфонии. И дело не в том, что она звучит всего около двадцати минут, и не в том, что Глебов избрал сравнительно ограниченный состав оркестра. Дело в том, что его музыке не хватает в данном случае, на мой взгляд, той глубины и масштабности содержания, того размаха, который присущ избранному им жанру. Иначе говоря, в новом сочинении Глебова есть схема симфонии, но нет ее наполнения ².

Несколько слов о концертах камерной музыки. Мне кажется, работа в этих жанрах в Белоруссии, как и в некоторых других республиках, еще не стала глубокой органической потребностью композиторов. Это не значит, однако, что среди сочинений, прозвучавших в камерных вечерах в Доме искусств, не было интересных или, по меньшей мере, внушающих надежды.

Испытываешь большое удовлетворение, слушая вокальный цикл Э. Тырманд «Земное притяжение» на стихи Максима Танка. В этой музыке сказывается понимание особенностей голоса, умение развить тему, подчеркнуть кульминацию. А вот Поэма для скрипки и фортепиано того же автора схематичная, слабая.

В Сонате для флейты и фортепиано Д. Смольского ощущаются поиски современного языка, стремление отойти от привычных приемов, приевшихся штампов. Однако музыка несколько суховата, нарочита (особенно в ритмическом отношении). Способный музыкант, Д. Смольский сейчас как бы на распутье: он словно плывет и плывет по реке и никак не решится, к какому берегу пристать, а ему уже пора выбрать свою дорогу.

Вокальный цикл И. Лученка на стихи советских поэтов свидетельствует об одаренности молодого автора, о яркости его мелодического дарования.

Несколько вещей представились проходными, случайными. Это романсы А. Богатырева, Шесть прелюдий для фортепиано М. Шнейдермана, Романс для скрипки и фортепиано А. Туренкова.

Немного хочу сказать о других прослушанных сочинениях. Концерт для виолончели и духового квинтета О. Янченко — неяркая работа. Музыка — и не современная, и не традиционная — надуманная, искусственно сконструированная.

Струнный квартет Д. Каминского также не вызвал сочувствия, сопереживания. Я буквально не узнал автора Фантазии на белорусскую тему Для фортепиано с оркестром. В чем тут дело? Помимо всего прочего, вероятно, в отсутствии ощущения специфики квартетного письма...

Очень неинтересными показались, к сожалению, три романса Е. Дегтярика, посвященные заветной ленинской теме.

В балладе Е. Глебова «Перепелочка» умело, со вкусом использована народная мелодия. Но с досадой подумалось: опять «Перепелочка»! Сколько же можно обращаться к одним и тем же нескольким (хотя и по-настоящему выразительным) образцам, эксплуатировать один и тот же, уже не раз использованный участок фольклора? А какие неисчерпаемые новые возможности может дать его глубинная разработка! Неглубокое отношение к народному творчеству особенно удивляет в атмосфере общего устремления белорусской музыки к национальным истокам. И не только музыки. В республике ведутся тщательные, интереснейшие исследования ранее неизвестных пластов фольклора талантливым музыковедом Л. Мухаринской. Они заслуживают всяческой поддержки.

Запомнился концерт в музыкальной школе-одиннадцатилетке. Участники его — сами ребята — играли в основном музыку белорусских композиторов, написанную специально для них. И что весьма отрадно, в республике создано очень много сочинений для детей. Кстати сказать, в школе прекрасный зал, в котором вполне можно устраивать камерные концерты.

Минский театр оперы и балета показал в дни юбилейного пленума «Альпийскую балладу» Глебова. Очень понравилась музыка — яркая, броская ³. Балет был отлично исполнен, дирижер Т. Коломийцева провела спектакль весьма темпераментно. Но постановочная сторона оказалась мало продуманной: оформление без фантазии, на редкость однотонны, скупы световые эффекты, наивна символика (скажем, проекция применена слишком примитивно-обнаженно).

С песенным и эстрадным жанрами белорусского творчества мы познакомились на большом концерте в Клубе имени Дзержинского. Были исполнены произведения добротные, с хорошим распевом. Понравились, например, песни «А мне в счастье верится» Ю. Семеняки, «Журавли над Полесьем летят», «Комсомольская юность», «Память сердца» (о Минске) И. Лученка, «Крепость над Бугом» М. Шнейдермана, «У каждого есть своя песня»,

_________

² Мне представляется необходимым упомянуть о том, что насторожило меня в некоторых из прослушанных работ, а именно: самодельное желание быть «поновей», «посовременней», которое приводит иногда к обезличению музыки, к отрыву ее от национальной почвы. Например, в Четвертой симфонии Глебова я ощутил, правда в незначительной степени, жесткость гармонии, порой гармонические кляксы, внешние звуковые эффекты, отсутствие певучего мелодизма. А это обидно ощутить у такого талантливого композитора.

³ На основе этого балета композитор написал симфонию. Трудно сказать без прослушивания, возникла ли в этой характерно-балетной, иногда иллюстративной, музыке подлинная глубина и обобщенность, присущие симфоническому жанру.

«Только раз» Д. Смольского, «Вечером ясным» В. Оловникова.

Особо хочется выделить «А мне в счастье верится» Ю. Семеняки. Композитору удалось на народной основе написать броскую эстрадную песню. Не здесь ли, в обогащении эстрадного национальным — путь подобного рода искусства?

Однако в целом композиторская практика пока отстает от исполнительских возможностей. В республике очень хороший эстрадный оркестр (руководитель — Б. Райский) и певцы. Можно было бы при таких условиях добиться большего многообразия жанров, тем, средств.

Мне не удалось послушать большой и интересный концерт хоровой музыки под управлением Г. Ширмы. Я надеюсь, что мои товарищи, которые слушали хоровую музыку, выскажут в печати свои мысли о ней.

Заканчивая этот маленький отчет, хочу сказать: возможности развития музыки Белоруссии очень велики. Внимание государственных и партийных органов к искусству также способствует тому, что сплоченный Г. Ширмой талантливый отряд музыкантов Белоруссии уверенно идет к новым творческим достижениям. И сейчас, приближаясь к 100-летию со дня рождения В. И. Ленина, можно быть уверенным, что композиторы славной Белоруссии создадут новую хорошую музыку.

Украина

Л. Колодуб

Накануне новых свершений

Пятый съезд композиторов Украины проходил перед всесоюзным композиторским форумом. Готовясь к творческому отчету с высоты всесоюзной трибуны, музыканты республики с особо придирчивой тщательностью проверяли свои «боевые посты».

В беглых записях по следам еще не остывших, не уложившихся в строгой последовательности впечатлений, конечно, нет возможности представить картину съезда в широкой панораме его насыщенных событиями пяти рабочих дней. Поэтому позволю себе зафиксировать лишь то, что показалось наиболее существенным.

Первое — интенсивный рост творческих сил. Это относится не только к молодежи. Многие уже достаточно зрелые авторы показывали произведения, в которых их индивидуальность раскрывалась с новой стороны. Один из примеров — прозвучавшая в записи Симфониетта для камерного оркестра, ударных, фортепиано и электрооргана И. Шамо. Ее контрастные, порой разноречивые образно-стилистические сферы — от эстрадноджазовых ассоциаций до сонористических приемов — приведены к единству через их индивидуальное преломление. Искания композитора представляются мне созвучными опытам А. Эшпая, отчасти Р. Щедрина в его Втором фортепианном концерте.

Интересно следить за развитием композиторской индивидуальности М. Скорика. В каждом новом произведении он решает новые художественные задачи, и вместе с тем какие-то ценности накапливаются и утверждаются. Перерастая рамки личных достижений, такие находки способствуют расширению образного мира и обогащению выразительных средств украинской музыки в целом. Прозвучавшая на съезде Партита М. Скорика для камерного оркестра (журнал «Советская музыка» о ней как-то писал) привлекает глубиной мысли, цельностью и органичностью ведущей идеи. По-своему переосмыслены здесь традиции старинной полифонической музыки, а зрелость мышления автора сказывается, помимо всего прочего, в особой отточенности формы, в строгом отборе способов выражения.

Из молодых композиторов, которые находятся сейчас в процессе активного становления, хотелось бы акцентировать внимание на фигурах Л. Дычко и Ю. Ищенко. Л. Дычко была представлена кантатой «Ленин», написанной еще на студенческой скамье и теперь показанной в новой редакции. Это произведение кажется мне не только знаменательным в творческой биографии автора, но и лучшим на данную тему из всего того, что было создано на Украине.

Долгое время Л. Дычко работала по преимуществу в камерно-вокальных жанрах. Именно здесь она сумела нащупать свой стиль, в котором импульсивность, смелость образных сопоставлений сочетается с импрессионистической утонченностью, богатой нюансировкой красок и настроений. Что же касается крупной формы, то овладение ею давалось автору труднее. В симфонических «Метаморфозах», одноактном балете «Предрассветные огни» явно ощущалась разностильность, целое было слабее подробностей. Кантата «Ленин» в этом смысле — значительный шаг вперед. Сочинение примечательно искренним лиризмом, отсутствием ложного пафоса, стилистической цельностью. И хотя диапазон выразительных средств по сравнению с предшествующими опусами автора несколько сузился и произведение явно родилось в русле установившейся традиции (наиболее оче-

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка

Украина

Л. Колодуб

Накануне новых свершений

Содержание