Выпуск № 10 (359) | 1968

необходимой якобы современной молодежи поучал нас: бессмыслица, мол, тем хороша, что, когда исполняющий и слушающий ее знают «правила игры», любой абсурд приобретает свойства «контактности», доставляет чувство, что ли, взаимного эстетического удовольствия.

Так вот, «от лица идиотов» Галич сочиняет и поет двусмысленную «Балладу о прибавочной стоимости», от этого же «лица» он поучает молодых людей премудростям «Закона природы»:

Повторяйте ж на дорогу
не для красного словца:
Если все шагают в ногу,
мост обрушиваеца!
Пусть каждый шагает как хочет!

Это — уже программа, как верно определяет автор упоминавшейся статьи Мейсак. Он, герой и инвалид войны, подорвавший связкой гранат себя, блиндаж и гитлеровцев в бою под Можайском, с чувством возмущения пишет о песне Галича «Ошибка», которую тот исполнял во время своих новосибирских гастролей. Где-то под Нарвой мертвые солдаты слышат трубу и голос: «А ну, подымайтесь, такие-сякие, такие-сякие». Здесь подло все — и это обращение к мертвым «такие-сякие», и вот эти строки:

Где полегла в сорок третьем пехота
Без толку, зазря,
Там по пороше гуляет охота,
Трубят егеря...

Как видим, люди, прикидывающиеся идиотами, действуют с явным «заходом на цель» — с явной пропагандистской задачей. Она ясна: бросить в юные души семена недоверия, подозрительности, духовно разоружить, опустошить молодежь.

Тем большей критики заслуживают руководители филармоний и местных органов культуры — первые и главные ответчики за состояние концертной жизни своего города, которые, однако, что-то не подымают голоса против идейной и художественной низкопробщины, когда она широким потоком движется «по другому ведомству».

Критикуя качество многих эстрадных программ, необходимо в то же время не только бранить эстраду, но и помочь ей. Здесь нужны более квалифицированные руководители, талантливые режиссеры, необходима организация их подготовки в специальных учебных заведениях.

Но главное средство борьбы с пошлятиной и безыдейщиной — это создание талантливых произведений большого эстрадного искусства. В этой связи на совещании руководителей концертных организаций говорилось о подготовке тематических эстрадных концертов, которые сменили бы наспех собранные программы с наспех подобранными исполнителями. Эта работа уже начата во многих концертных организациях страны. Она должна стать хорошим предвестником Всесоюзного конкурса артистов эстрады, который Министерство культуры намерено провести в 1969 году. Большие надежды мы возлагаем и на песенный конкурс, объявленный Министерством культуры СССР, Союзом композиторов СССР и Всесоюзным радио. Итоги его будут подведены в 1970, Ленинском году, что ко многому обязывает. На эстраде, по радио, в быту молодежи должна зазвучать хорошая патриотическая, лирическая, звонкая эстрадная песня. Есть же у нас талантливые композиторы! Есть опыт, полувековые традиции, есть мощные рычаги пропаганды. Важно только вернуть песне ее высокое гражданственное предназначение, что-то изменить в самом сознании ее создателей и пропагандистов, смелее пойти «против волны».

Теперь о последнем по счету, но не по значению — об организационной деятельности филармоний, о гастрольной работе.

Конечно же, полупустые или пустые залы во время концертов — вина прежде всего не публики, а руководителей филармоний. Так, неутешительна картина посещения концертов в Баку. Достаточно сказать, что лауреат международных конкурсов, талантливый пианист В. Крайнев играл сольный концерт для 18 человек. И это никого не встревожило. В Кишиневе симфонические концерты посещают 50 – 60 человек. И с этим тоже свыклись. При почти пустом зале проходил в октябре 1867 года в Куйбышеве концерт Зары Долухановой. Выдающаяся артистка вынуждена была дать свое выступление по сокращенной программе.

Причина здесь одна: крайне слабая работа по организации слушателей, невнимание к гастролям филармонических исполнителей, зато крайнее усердие при проведении кассовых эстрадных концертов. Как правило, реклама филармонических программ бедна, невыразительна, размещена случайно. А рядом — кричащие, несуразные по размерам, дурные по вкусу плакаты и афиши, анонсирующие выступления эстрадных певцов.

Оставляет желать много лучшего культура работы с гастролерами на местах. Приехавшего в Кировоград (УССР) баяниста В. Галкина никто не встретил, не показал дороги, не помог донести инструмент. В Свердловске, куда артист прибыл в позднее время, произошло то же самое. Перед ним даже не извинились, напротив, заявили: мы ночью не работаем. В тот же Свердловск выехал В. Пикайзен. Только здесь он узнал, что концерт будет в Алапаевске. В Алапаевске же оказалось, что Пикайзен будет выступать... в перерыве собрания членов ЖЭКа. Конечно, последние остались довольны, но это вряд ли можно было назвать сольным концертом талантливого молодого музыканта. Нечто аналогичное произошло с Н. Шаховской в Улан-Удэ, где ей предложили

денек отдохнуть, затем выступить по телевидению (несколько минут); затем поехать на встречу со студентами одного из вузов. Студенты и преподаватели ничего не знали о приезде артистки, но интерес их был так велик, что они сами все организовали, и получился прекрасный концерт, однако не при помощи, а вопреки филармонии.

Многое зависит и от центральных организаций, ведающих планированием гастролей. В этом планировании, даже когда речь идет о крупных исполнителях, нет четкости, а порой и элементарной логики: то в один и тот же город направляют подряд пять-шесть пианистов, а в другой — едут друг за другом скрипачи с концертом Брамса; то, наоборот, инструменталисты не появляются месяцами, уступив эстраду вокалистам. И так далее.

Недостаточно продумано распределение гастролей по стране в целом, в масштабах каждой республики, области, города. В результате получается где-то густо, а в иных местах совсем пусто. Скажем, Восточная Сибирь и Дальний Восток, да и некоторые автономные республики России, расположенные ближе к столицам, получают, прямо скажем, мизерный гастрольный паек по сравнению с городами — давними центрами культуры. Здесь не используются даже явно видимые ресурсы. Через Хабаровск, например, пролегает трасса поездок многих крупнейших художественных коллективов и артистов на гастроли в Японию. Город их гостеприимно встречает и провожает, но этим контакты хабаровцев с именитыми гастролерами и ограничиваются. А ведь есть возможности, притом без особых организационных усилий и материальных затрат, использовать замечательные художественные силы для выступлений и в Хабаровске, и в других городах Дальнего Востока.

Еще одна проблема, требующая разрешения: необходимо, чтобы гастроли известных исполнителей проходили и за пределами областных центров. Вот, к примеру, в Иркутске за пять первых месяцев нынешнего года выступили: Я. Зак, Б. Давидович, М. Мдивани, М. Габарашвили, дирижеры К. Элиасберг, Р. Вартанян, Р. Матсов, Уральский народный хор, Ансамбль песни и танца Коми АССР, эстрадные оркестры Эстонии и Ленинграда, М. Миронова и А. Менакер, П. Муравский и ряд других исполнителей. Для пяти месяцев не слишком много, хотя в целом приемлемо. Но ведь Иркутск — центр огромной области, куда входят Братск, Ангарск и Усть-Илим (где, кстати, недавно выстроен прекрасный молодежный клуб), промышленные города Шелехов и Железноводск, ряд городов-новостроек, вроде Байкальска. Сюда-то большое искусство не доходит. Все эти города, за исключением разве Ангарска и Братска, должны довольствоваться эстрадой, притом представленной не М. Мироновой и А. Менакером, а бригадами, вроде группы цыган с участием Васи Васильева или ансамбля лилипутов «Метелочка».

Все беды — и бесплановость, и недостаточный контроль, и слабая координация — происходят во многом из-за многоступенчатости инстанций, ведающих гастролями. Сейчас дело упорядочивается. Всесоюзным центром, который будет заниматься планированием и координацией гастролей по стране, а также межреспубликанским обменом ведущими художественными коллективами и артистическими силами, определен Союзконцерт. Ему даны широкие полномочия. Резко будет сокращено число организаций, пользующихся правом устройства гастролей. Сама жизнь, концертная практика показывают преимущество централизованного а следовательно, более равномерного и целесообразного распределения гастролирующих артистических сил в стране. Есть уверенность, что дело сдвинется.

Коренного пересмотра требует, наконец, вопрос об оценке и поощрении деятельности концертных организаций. Сейчас здесь главная мерка — рубль, выполнение финансового плана, а к ней уже добавляют художественно-идеологический уровень работы. Отсюда многие упущения. Органами культуры разрабатывается ныне совершенно иная форма творческого, именно творческого, измерения результатов концертной деятельности, сочетающая разумную экономику с высокой художественной политикой.

Концертная работа — слишком важная область художественной деятельности, слишком близко задевает она интересы сотен тысяч миллионов людей, чтобы далее мириться с недостатками в ней. Начинать наводить порядок в нашем общем деле надо с решения вопросов репертуара. Надлежит поставить прочный заслон идеологическому и художественному браку. Главное же — создание отличных произведений и программ.

Все эти и многие другие проблемы, о которых не раз говорилось, в частности и на страницах журнала «Советская музыка», нужно решать обдуманно и быстро. Приближается 1970, Ленинский год. Предстоят многие художественные события, в том числе празднества в Москве, Ленинграде, столицах союзных республик под ленинским девизом «Искусство — народу». В их проведении многое будет зависеть от инициативы концертных организаций, от каждого коллектива, артиста.

Задач много. Есть традиции работы. Хорошие надо развивать, с дурными поскорее прощаться. В конечном же счете филармонии, концертные организации обязаны хорошо выполнять главную задачу, которую им доверили: способствовать идейному, эстетическому и духовному воспитанию человека, народа, воздействовать на умы и сердца оружием, самым мощным и прекрасным, — оружием искусства.

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка

Содержание