значительны его мысли и насколько доказательна та аргументация, которая призвана их подтвердить.

Более основательны упреки, высказываемые Г. Шохману по поводу основной тенденции его обзора. По мнению ряда читателей, эта тенденция заключается в том, что индивидуальные особенности интерпретации многих наших известных скрипачей, например В. Климова, Н. Бейлиной, Э. Грача, рассматриваются с точки зрения некоего искусственно сконструированного единственного «типа подлинно современного музыканта». Его отличительная черта — «интеллект прежде всего». И только он, по мнению Г. Шохмана, «может дать музыканту столь необходимую ему ныне универсальность художественного мышления».

Справедлива ли такая постановка вопроса? Нет, подчеркивается в полученных нами откликах, она спорна, а в чем-то и ложна.

Во-первых, надо ли, верно ли, в принципе, мерить многообразие индивидуальных явлений в искусстве меркой одного-единственного «абсолюта»? Во-вторых, не оказывается ли на поверку даже сам этот абстрактный «абсолют» («идеал» Г. Шохмана, по-видимому?) слишком бедным? Ведь черты рационализма в нем явно преобладают над всеми прочими, а в этом случае не оборачивается ли искомая «универсальность мышления» ремесленной гладкостью, нивелированностью трактовок? Да, наконец, был ли и есть ли такой конкретный артист, которому, говоря словами Г. Шохмана, может быть обеспечено «стопроцентное попадание» в характерные тонкости самых разнообразных стилей»?

Хотя на нынешнем горизонте скрипичного исполнительства, подчеркивают наши оппоненты, блещут многие звезды «экстракласса», которым, бесспорно, свойственно, опять же говоря словами Г. Шохмана, «редкое сочетание сильного интеллекта и великолепного артистизма», трудно представить себе этакого «суперскрипача».

Между тем, Г. Шохман его знает и называет: это — Виктор Данченко, имя которого «неслучайно», подчеркивает автор, появляется в самом «конце обзора», как бы в его кульминации. К сожалению, «кульминация» не получилась. Напротив, благодаря явной преувеличенности похвалы, молодой музыкант В. Данченко, в сущности, оказался в странном, даже неловком положении перед своими коллегами. (Ведь ни один из них не мнит себя эдаким «абсолютным чемпионом» по скрипке!)

Вот круг примерных вопросов, которые поставили перед Г. Шохманом его оппоненты — наши читатели, отметив при этом, что они бесспорно уважают право каждого музыканта высказать устно или печатно свое мнение об игре любого исполнителя и, в принципе, поддерживают стремление «Советской музыки» выйти за пределы газетных рецензий.

Выражая благодарность всем, откликнувшимся на статью Г. Шохмана, редакция отнюдь не полагает законченным этот разговор. Думается, он может послужить хорошим стимулом к развертыванию творческой дискуссии по насущным проблемам исполнительского искусства.

За рубежом

Болгария

Н. Рождественская

Солидарность молодежи планеты

София летом 1968 года превратилась в международную столицу юности. На ее улицах, подобных аллеям большого чудесного сада, в цветах снизу доверху — от клумб, газонов до балконов, окон, утопающих в кустах роз и олеандров, с зари до зари не меркла многокрасочная стихия праздника. То там, то здесь вспыхивали и знакомые, и непривычные мелодии, ритмы, наигрыши, танцы, песни, привезенные со всей планеты...

«Солидарность, Мир, Дружба» — девиз фестиваля постоянно звучал всюду: на форуме по международной политике и роли молодежи в борьбе за мир, на многолюдных дискуссиях в университетских аудиториях, на мощной демонстрации солидарности с борющимся Вьетнамом, на массовом митинге протеста против фашизма и угрозы неонацизма в ФРГ и в самый лирический день — «День девушек»... Этот девиз служил паролем и просто в знакомствах на софийских улицах: «Хау ду ю ду!» — говорил москвич, «Здравствуйте!» — отвечал молодой американец; «Бонжур», — протягивали руку парижанам гостеприимные хозяева, «Добърэ ден!» — откликались французы и поляки, финны и мексиканцы...

Мы ощутили теплоту болгарских сердец, щедрых на любовь и добрую память, буквально с той минуты, как приземлились в Софийском порту, специально реконструированном к началу Всемирного форума молодежи.

Эта добрая память о священной дружбе наших народов увековечена в названиях городов, бульваров и переулков.

Однажды наш шофер специально остановил машину возле храма Александра Невского, построенного в знак признательности русским воинам. И мы любовались внутренней росписью, выполненной болгарскими художниками Иваном Мычквичкой и Антоном Митовым вместе с В. Васнецовым, Г. Мясоедовым, Ф. Бруни.

Сколько улиц — имени русских писателей! В одном из парков я видела обелиск: на сером граните выгравированы десятки фамилий русских врачей и медицинских сестер, погибших в боях за освобождение страны от турецкого ига. А на самой высокой точке города, на бульваре Черниврых, стоит величественный памятник-гробница в честь советских воинов, сложивших свои головы за освобождение Софии от гитлеровского фашизма.

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка

За рубежом

Болгария

Н. Рождественская

Солидарность молодежи планеты

Содержание