...На страну киргизов вероломно нападает коварный и злобный враг. Льется кровь людей, стелется дым пожарищ по степи. Манас, объединив в своем войске всех киргизских богатырей, освобождает землю от захватчиков.

По эпосу Каныкей — преданная спутница жизни батыра Манаса, в какой-то степени даже его соратница в боевых и государственных делах, остающаяся всегда верной чувству долга, чести и справедливости.

Все эти качества Киизбаева сумела передать великолепно. В ее Каныкей сочетались мягкая нежность и твердая воля, скромность и вместе с тем гордое достоинство, царственная величавость и материнская заботливость, глубоко почтительное отношение к старейшим и добросердечная простота в обращении с девушками.

Как много ума и такта проявила Киизбаева в поисках характерных черт своей героини, стараясь создать многогранный и очень цельный образ, как искала она спокойствие движений, пластичность жестов и полные чувства достоинства, неторопливые повороты головы. Взгляд — то задумчиво устремленный вперед, как бы старающийся провидеть будущее, то полный волевой решимости, то скромно потупленный долу. Найденные ею черты артистка старалась подчеркнуть и в вокальной фразировке, не преувеличивая эмоций, придавая весомую значительность каждому произнесенному слову. Правда, либретто оперы не давало большого простора для вокальной партии Каныкей; в сущности, у нее только одна развернутая ария и небольшое ариозо, не считая отдельных реплик. Однако даже и там, где Каныкей молчит, Киизбаева продолжает жить жизнью своей героини.

Премьера «Манаса» состоялась в начале 1946 года. Но когда спустя двадцать лет опера была возобновлена в новой авторской и сценической редакции, Сайра Киизбаева вновь вышла на сцену в роли Каныкей и сумела внести в образ своей любимой героини черты, придающие ей еще большую масштабность и мудрость.

Именно в этой партии Киизбаева выступала в Москве в Кремлевском Дворце съездов и в Ленинградском театре имени Кирова во время гастролей Киргизского академического театра оперы и балета в 1966 году. И снова ее сопровождал заслуженный успех.

Мне думается, что совершенно правильно писал в своей статье по случаю 50-летия артистки В. Шахрай: «Исполнение. С. Киизбаевой этой роли (Каныкей. — В. Ф.)... явилось своеобразным эталоном для всех последующих исполнительниц. Каныкей, как и Айчурек, вошла в число лучших образов киргизских женщин, созданных пытливой, всегда ищущей актрисой»⁴.

Имя Сайры Киизбаевой вошло в историю киргизской музыкальной культуры. Она вступила в театр на заре его существования. Рос, развивался театр, вместе с ним росла, развивалась как актриса и певица Сайра, участвуя почти во всех его постановках. Вместе с театром Киизбаева выезжала во все гастрольные поездки — в Ташкент, Алма-Ату, Кемерово, Ленинград, Москву. В 1958 году, во время второй декады киргизского искусства в Москве, Киизбаева за исполнение роли Натальи в опере Чайковского «Опричник» была удостоена звания народной артистки СССР.

Много времени и сил уделяет она концертной работе. Ее знают во многих городах братских республик, в том числе на Украине, в Прибалтике, Сибири, слышали ее и за рубежом.

В последние годы Киизбаева начала заниматься педагогической деятельностью, воспитывая в театре кадры молодых певцов, а также ведя вокальный класс во Фрунзенском институте искусств й музыкальном училище.

И все же облик Сайры Киизбаевой был бы неполным, если не упомянуть о ее большой общественной деятельности. Певица неоднократно избиралась депутатом Верховного Совета Киргизской ССР, членом Фрунзенского городского комитета партии. Ряд лет Киизбаева стояла во главе театра, которому отдала всю свою жизнь. Без преувеличения можно сказать, что имя Киизбаевой исключительно популярно. Нет киргиза, который не знал бы ее.

В ноябре прошлого года отмечалось 50-летие выдающейся киргизской актрисы. Огромный зал Государственного академического театра оперы и балета был заполнен до отказа. Собрались не только любители музыки города Фрунзе, со всех концов республики съехались почитатели ее таланта, прибыли представители общественности Москвы и братских республик. Нужно было присутствовать на этом торжестве, чтобы в полной мере оценить и ощутить сердцем всю искреннюю теплоту и сердечность произнесенных приветствий и меру благодарности слушателей своей любимой певице.

Счастлив художник, который мог заслужить такую любовь и признательность родного народа!

_________

⁴ Газета «Советская Киргизия» от 18 ноября 1967 года.

Страницы воспоминаний

М. Нахимовский

МАСТЕР РУССКОЙ ХОРОВОЙ ШКОЛЫ

Очень жаль, что о Николае Михайловиче Данилине, превосходном музыканте и выдающемся хормейстере, так мало написано. Имя его было известно еще в дореволюционные годы. Стоит обратиться к прессе тех лет и проследить, как отзывались газеты о концертах синодального хора под управлением Данилина в России и за рубежом. В весьма хвалебной рецензии на концерт 10 марта 1911 года (то есть меньше чем за год до вступления Н. Данилина в должность регента хора) было напечатано: «Дирижировал г. Данилин, регент несомненно талантливый, в совершенстве усвоивший школу такого выдающегося учителя, как покойный В. Орлов»¹.

Вскоре синодальный хор во главе с Данилиным выезжает за рубеж — в Германию, Австрию и Италию. Успех гастролей был ошеломляющим.

«Здесь музыкальному критику делать нечего, ибо дальше идти некуда...», — писали римские газеты.

«Синодальный хор... брал аккорд, простирающийся на четыре октавы, чего не встретишь в других европейских хорах», — отмечали варшавские газеты.

«Мнение слушателей было единогласно — до сих пор здесь еще не слышали подобного мастерства пения a cappella», — восхищались дрезденские газеты.

Справедливость требует отметить, что столь триумфальными успехами и всеми своими достоинствами синодальный хор был обязан прежде всего предшественнику Данилина В. Орлову — дирижеру необычайному, имя которого вошло в историю русского хорового искусства как символ хормейстерского совершенства.

Но зарубежная пресса объясняла это в значительной степени и руководством Данилина, сразу признав в нем дирижера большого размаха, настоящего высокоодаренного мастера.

*

...Родился Данилин в 1878 году в рабочей семье. Еще в церковно-приходской школе обнаружил незаурядные музыкальные способности и в 1890 году был принят в синодальное церковнопевческое училище. По его словам, все решили... котлеты. «Мать не хотела отдавать меня, боялась — пьяницей стану. "Певчие, — говорила она,— все пьяницы". "Мамка! — взмолился я. — Отдай меня, тут котлеты дают". Котлеты перетянули. Уж очень бедность одолевала».

Николая Данилина сразу заметили, он резко выделялся среди остальных учеников увлеченностью музыкой и каким-то особо тонким ее восприятием.

Училище Данилин окончил в 1897 году, стал народным учителем и преподавателем хоровых дисциплин: сольфеджио, чтения партитур. Жажда совершенствования привела его в 1902 году в Филармоническое училище, которое было закончено в 1907 году с золотой медалью по классу фортепиано у А. Корещенко. С 1904 года Николай Михайлович становится помощником регента синодального хора, работая сначала с В. Орловым, а затем с А. Кастальским. В 1910 году с уходом последнего, его ставят во главе хора.

Известно, что после Октябрьской революции Данилин не последовал примеру иных музыкантов, уехавших в эмиграцию. Как и Кастальский, он не мыслил себя вне России, вне русского хорового пения, не мог оставаться в стороне от жизни Родины. Некоторое время Данилин был главным хормейстером в Большом театре, затем начал заниматься педагогической деятельностью, воспитав великолепную плеяду хормейстеров и педагогов. Среди его учеников — М. Шорин, А. Степанов. Г. Дмитревский, В. Соколов, К. Птица, безвременно погибший Г. Лузенин и другие.

_________

¹ Журн. «Хоровое и регентское дело», 1911, № 3.

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка

Страницы воспоминаний

М. Нахимовский

МАСТЕР РУССКОЙ ХОРОВОЙ ШКОЛЫ

*

Содержание