Авторский вечер Арама Ильича Хачатуряна на этот раз был особенно интересным: наряду с общеизвестными, поистине классическими его сочинениями — монументальной Второй симфонией и фрагментами из балета «Спартак», впервые исполнялись в этом году «Три концертные арии для голоса с оркестром», сочиненные еще в конце сороковых годов. Композитор выступил ярким дирижером-интерпретатором своего творчества.

«Три концертные арии» проникнуты тонким ароматом национальной поэзии прошлого (переводы В. Брюсова, К. Бальмонта и А. Уманца). Сочинения эти глубоко симфоничны. В известной мере они близки жанрам трехчастной вокально-симфонической поэмы или Концерту для голоса с оркестром.

В первой арии — «Поэме», — пожалуй, основная роль отводится колориту, звукописи. В стихах акцентируется скорее их фоническая сторона, чем смысловая, аллитерация звуков обыгрывается в музыке. Большое значение приобретают здесь элементы импровизационности, особенно в вокализе запева (так предстает преломленная традиция, без сомнения уходящая в глубь веков, к импровизационному искусству ашугов).

Черты драматического развития, напряженного рассказа присущи «Легенде» (вторая ария). Развитие здесь осуществляется инструментальными средствами, голос становится лишь одной из красок богатой оркестровой палитры.

Завершает цикл «Дифирамб» — пылкое любовное признание, всё произнесенное как бы на едином дыхании.

Арии отлично прозвучали в исполнении солистки Музыкального театра имени Станиславского и Вл. И. Немировича-Данченко Вивеи Громовой. Певица сумела уловить характер той особой свободы, которая, кажется, составляет главную особенность этих произведений. Солистка проявила широкое эмоциональное дыхание, показала тонкость нюансировки. Серебристый, нежно-живой тембр ее верхнего регистра создавал иллюзию звучания голоса посреди неоглядного воздушного пространства (Особенно явственно ощущалось это в первой арии). Взволнованно прозвучал «Дифирамб».

Прошедший с ярким успехом авторский концерт заключили многократные «бисирования» популярных и любимых слушателями произведений А. Хачатуряна.

Р. Косачева

ЮБИЛЕЙ ФРАНЦУЗСКОГО КОМПОЗИТОРА

Семидесятипятилетие со дня рождения Дариуса Мийо — одного из крупнейших, ныне еще здравствующих композиторов Франции — было отмечено в Москве двумя концертами: один из них провел совсем недавно сложившийся камерный ансамбль радио и телевидения под руководством А. Корнеева¹, следующий своей главной цели — пропаганде советской и западноевропейской современной музыки, другой организовала кафедра зарубежной истории музыки Московской государственной консерватории. В последнем прозвучало немало интересных и малоизвестных у нас произведений Мийо, таких как фрагмент из оперы «Хоэфоры» по Эсхилу (в записи), «Четыре портрета» для альта и фортепиано (И. Богуславский и А. Литвиненко). Великолепно сыграла Н. Гутман Первый виолончельный концерт.

Особенно большой общественный резонанс имело выступление камерного ансамбля: в его программе шесть произведений из семи исполнялись впервые.

В музыке этой не было ярких драматических контрастов, открытой эмоциональности, способной сразу захватить слушателей. Ее красота в другом — в особой умеренности, сдержанности тона, в причудливой игре светотеней, в выдержанных мягких пастельных красках. Музыкальный язык Мийо отличается богатым полимелодизмом. Мелодий в партитуре едва ли не столько же, сколько инструментов в данном ансамбле. При этом они лаконичны, просты и всегда интонационно индивидуальны. Ладовая их сфера — диатоника, наложение же диатонических тем в разных тональностях приводит к своеобразному эффекту гармонической политональности.

Интерпретация всех инструментальных номеров программы (Соната для флейты, гобоя, кларнета и фортепиано; Пастораль для гобоя, кларнета, фагота; Дивертисмент для духового квинтета; Сюита из хореографической композиции «Сновидения Якова» для гобоя и струнных; «Осеннее концертино» для двух фортепиано и инструментального ансамбля) отличалась безупречным вкусом и великолепным чувством ансамбля, и в то же время артисты показали мастерство высокого класса, когда в совместном выступлении не теряется ни одна индивидуальность.

Наибольшее впечатление в программе произвели два сочинения: «Каталог цветов» и кантата «Мать и дитя», в которых солировали В. Иванова и С. Яковенко.

«Каталог цветов» на текст Люсьена Доде для голоса и инструментального септета — цикл прелестных миниатюр, воспевающих нежные краски и тонкие запахи цветов.

Мелодическая сущность этих пьес заключена в инструментальном сопровождении, в то время как вокальная партия отличается большой свободой и приближается к декламации. Состав ансамбля различен для всех частей цикла. В первой части отсутствует контрабас и фагот, вторая исполняется струнным квартетом, а шестая — флейтой со струнными.

Партитура красочна, разнообразна, богата тембровыми находками. Двояка роль голоса, с одной стороны раскрывающего поэтическое содержание (слово в интерпретации В. Ивановой приобретает почти осязаемую пластику и выразительность), с другой — носителя определенного тембра, равноправного «инструмента» ансамбля. (Запомнилась шестая пьеса цикла, где вокальная партия проходит в унисон с флейтой.)

Кантата «Мать и дитя» на стихи бельгийского поэта Мориса Карема по существу является небольшой, длящейся всего 9 минут четырехчастной поэмой для чтеца и инструментального квинтета. Произведение проникнуто нежностью, любовью, воспоминаниями детства, благодарностью к матери.

Кантата оригинальна по замыслу. Ее лишь условно можно назвать сочинением вокальным, ибо текст здесь не поется, а особым образом произносится в строгом подчинении общему музыкальному ритму.

В новом для себя амплуа — речитатора — выступил С. Яковенко, певец с богатым опытом исполнения произведений современных композиторов.

Трогательные стихи Карема артист читал проникновенно, стараясь донести до слушателей тончайший смысл этой поэзии.

В этой программе исполнители показали небольшую, но характерную и очень привлекательную часть творчества Мийо. Мийо светлого и улыбчатого, Мийо — лирика и поэта, — наследника Рамо и Куперена.

Среди произведений для инструментальных ансамблей с успехом была исполнена соната для флейты, гобоя, кларнета и фортепиано. Это раннее сочинение Мийо (1918) стилистически, может быть, еще не очень ровное и не совсем самостоятельное, но по-юношески непосредственное, темпераментное, где он не скупится на красивые темы и красочные гармонии.

Концерт в целом доставил большое эстетическое наслаждение и обогатил наше представление о творчестве замечательного французского композитора.

Л. Кокорева

ВЕЧЕР СОВЕТСКОЙ МУЗЫКИ

Любители камерной музыки не могут пожаловаться на план филармонических концертов первой половины сезона. Прошло не так уж много времени,

_________

¹ Ансамбль выступил в следующем составе: флейта — А. Корнеев, гобой — А. Зайонц, кларнет — В. Тупикин, валторна — В. Кривошанов, фагот — В. Власенко, скрипка — М. Баранов, альт — Г. Фирсов, виолончель — В. Симон, контрабас — Л. Андреев, фортепиано — Г. Хаймовский (партию второго фортепиано исполнял Е. Либерман).

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка

Р. Косачева

ЮБИЛЕЙ ФРАНЦУЗСКОГО КОМПОЗИТОРА

Л. Кокорева

ВЕЧЕР СОВЕТСКОЙ МУЗЫКИ

Содержание