Выпуск № 4 (341) | 1967 - страница 67

тщательно и систематически, как в других музеях, но она бесспорно интересна, в ней есть своя прелесть. Директор музея Франческо Пастура, человек, горячо любящий Беллини, сделал все, чтобы обогатить ее материалами и документами.

Естественно, что и в оперном театре Катании произведения Беллини занимают особое место. Кажется, что здешняя публика осталась нечувствительной к требованиям моды и сохранила любовь к своему Беллини. Такой местный патриотизм в Италии встречается часто, и во многих случаях он оправдан. Впрочем, это не ведет к чрезмерной замкнутости: на сцене театра Катании можно услышать «Дона Карлоса» и «Парсифаля», «Богему», «Так поступают все» и другие оперы.

В Катании мы слушали оперу Джордано «Федора», в которой некогда блистал Карузо. Опера написана на сюжет из жизни русской аристократии (!), изобилует эффектными ариями, ансамблями и дает певцам возможность блеснуть голосом, техникой, драматическим темпераментом. Видимо, это и является главной причиной того, что «Федора» удержалась доныне в итальянском репертуаре. Среди исполнителей спектакля был недавно вернувшийся на сцену Марио дель Монако. Некоторые считают, что его голос несколько потерял свою прелесть, но, как бы то ни было, артист и сейчас оставляет глубокое впечатление своим вокальным и сценическим исполнением. Выразительность фразировки, эмоциональность, пластичность движения — все это как нельзя лучше помогает воссозданию образа Лориса. Публика восторженно приняла Марио дель Монако.

В антракте нам удалось побеседовать с певцом, который тепло вспоминал о своих гастролях в Москве, о встречах со зрителями, о своих московских коллегах. По всему было видно, что поездка в Советскую страну принесла ему много волнующих и незабываемых впечатлений.

Из Катании наш путь лежал на север — в Милан. Всего два часа с небольшим полета отделяют Центральное Средиземноморье от предгорий Альп, вблизи которых расположен знаменитый город.

Для большинства любителей музыки Милан — это прежде всего театр «Ла Скала». О нем написано очень много, в том числе и на страницах журнала «Советская музыка», и нам не хотелось бы повторяться. Скажем лишь, что московские гастроли прославленного коллектива произвели неизгладимое впечатление не только на самих участников, но и на всех миланцев, внимательно следивших по газетам за успехами своих любимцев. В память о московской поездке в Милане выпущен прекрасно оформленный альбом, в котором собраны фотографии сцен из спектаклей, встреч с музыкантами и артистами, театральных и концертных залов. Красной нитью проходит через весь альбом мысль о том, что спектакли итальянского театра в Москве послужили сближению народов наших двух стран. Директор театра Антонио Гирингелли рассказал нам о громадном успехе ответных гастролей Большого театра СССР в Милане, о стажерах «Ла Скала» — молодых советских певцах, снискавших уважение товарищей и миланской публики. «Мы рады, — сказал А. Гирингелли, — укреплению связей с замечательным коллективом Большого театра».

Здание Миланской консерватории им. Верди во время войны было сильно повреждено налетами авиации. Теперь оно полностью восстановлено и обновлено: классы стали просторнее и удобнее, а концертный зал, вмещающий почти 2000 человек, отвечает самым строгим требованиям.

Перестроено и помещение библиотеки. Хранилище, занимающее четыре этажа, спланировано в расчете на будущее, и поэтому при всем богатстве библиотеки на ее полках много свободного места. В читальном зале и у каталогов посетителей немного, однако общий годовой оборот библиотеки, обслуживающей профессоров и студентов консерватории, велик. Об этом можно прочитать на страницах «Annuario» («Ежегодник»), где наряду с отчетными материалами встречаются и интересные историко-музыкальные статьи. В одной из них, принадлежащей перу директора библиотеки Г. Барнблана, мы находим сведения об экзаменаторах, отказавшихся принять Верди в число студентов консерватории, носящей ныне его имя. Небезынтересно напомнить, что одним из этих академических судей был некто Базили, приблизительно в то же время отпугнувший своим сухим педантизмом и гениального Глинку.

Одно из главных сокровищ библиотеки — два шкафа с музыкальной коллекцией капеллы Санта Барбара из Мантуи (Archivo gonzaghesco). Здесь хранятся редчайшие рукописи, и среди них десять неизданных месс Палестрины. Исследованием этого архива и занят сейчас Г. Барнблан. Рукописи были приобретены в середине прошлого столетия за 50 (!) лир у настоятеля монастыря, считавшего, что старинные произведения a cappella обременяют полки, которые можно заполнить новыми партитурами, более необходимыми, с его точки зрения. Что ж, благодаря этому манускрипты нашли свое настоящее место в консерваторской библиотеке. Но сколько рукописных сокровищ скрывается до сих пор в монастырских архивах!

В этом доме родился Артуро Тосканини

Говоря об итальянском музыковедении, нельзя не вспомнить Институт Верди в Парме. После Милана этот город кажется тихим и несколько старомодным. В Парме много памятников старины — собор и баптистерии XI века, театр Фарнезе, перестроенный из античного амфитеатра, картинная галерея, где есть два произведения Корреджо и чудесная головка ангела работы Леонардо да Винчи. Все это гостеприимные хозяева показывают с чувством гордости за свой город, столь характерной для Италии.

Парма — город старых музыкальных традиций. Здесь находится оперный театр, построенный женой Наполеона Марией Луизой, получившей после Венского конгресса титул Пармской герцогини и привезшей сюда из Парижа ценнейшую нотную библиотеку. Город тесно связан с именами Верди, родившегося и проведшего значительную часть жизни в его окрестностях, и Тосканини, увидевшего свет в скромном домике, на одной из пармских улиц. Естественно, что именно в Парме находится и Институт Верди.

В библиотеке этого института много книг и различных материалов о великом композиторе, партитуры и клавиры всех его произведений, образцово классифицированные копии писем. Подлинников здесь очень мало: ведь институт основан сравнительно недавно, когда большинство документов уже нашло свое место в других архивах. При современной технике фотокопирования это, казалось бы, не должно составить особых затруднений для его сотрудников. Но беда в том, что они не все да могут получить доступ к частным собраниям, в том числе хранящимся у наследников великого композитора.

Деятельность института, возглавляемого профессором Марио Медичи, получила международную известность. Большой интерес представляют выпускаемые им сборники «Верди», посвященные отдельным операм и общим проблемам изучения творчества великого композитора. Многочисленных участников из разных стран привлекают «Вердиевские конгрессы», последний из которых состоялся в 1966 году в Венеции. Его участники имели редкую возможность услышать оперу «Отелло» во дворе Дворца дожей, являющемся местом действия одной из сцен шекспировской трагедии.

Из Пармы рукой подать до вердиевских мест. В Ронколе мы увидели бедный крестьянский домик, в котором родился великий композитор. Перед домиком поставлен небольшой памятник; он выглядит очень скромно, и именно здесь это хорошо, ибо гармонирует своей простотой с окружающей обстановкой.

В нескольких километрах от Ронколе находится вилла Санта Агата, на которой композитор провел много лет своей жизни. Как только появилась возможность, он приобрел землю и поселился в родных краях, где все напоминало ему о детстве и юности.

Биографы Верди часто упоминают о его любви к земле, и эта любовь зримо воплотилась в прекрасном парке виллы, где сохранились деревья, посаженные рукой композитора, определившего и всю планировку аллей, куртин и прудов, по которым плавают лебеди. Если пройти через парк, то за оградой глазу откроется простор равнины с дальними рядами тополей. Все это было дорого сердцу Верди, часто любовавшегося отсюда родной природой, не столь романтичной, как в других краях Италии, но по-своему привлекательной. Перед домом, на небольшом холмике, стоит колонна с бюстом композитора.

Комнаты Верди находятся в первом этаже, их окна выходят прямо в парк. В кабинете на письменном столе стоит малахитовый письменный прибор — подарок петербургских почитателей, поднесенный ими композитору после премьеры «Силы судьбы». На полке — партитуры квартетов Гайдна, Моцарта и Бетховена, всегда находившиеся под рукой у Верди. Стены украшены картинами и барельефами, по большей части изображающими сцены из его опер. Здесь же рояль, которым композитор пользовался при сочинении «Аиды», «Отелло» и «Фальстафа»; другой инструмент — эпохи «Травиаты» — находится рядом, в комнате его жены.

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка

В этом доме родился Артуро Тосканини

Содержание