Скупо и как-то неразумно транслируются и выступления многих зарубежных артистов. С большим успехом, например, проходили в Москве концерты Пьетро Ардженто. В одной из программ под управлением итальянского дирижера исполнялись в первом отделении постоянно звучащие в концертах и по радио увертюра Россини «Вильгельм Телль» и Итальянская симфония Мендельсона, а во втором — едва ли не впервые — фрагменты из оперы Мануэля де Фальи «Жизнь коротка» и музыка из сюиты Гулда «Спиричуэлс». Что транслировало Всесоюзное радио? Нетрудно угадать. Ну, конечно, первое отделение!..

Мне, наверное, скажут: на все не хватает времени. На этот аргумент очень нетрудно ответить. Настолько нетрудно, что даже как-то неудобно вновь и вновь возглашать: но хватает же времени на круглосуточные потоки эстрадных шлягеров, так называемых «молодежных» песенок и танцевальных ритмов!

Я отнюдь не против легкой музыки и джаза в частности. Надо быть невеждой, чтобы отвергать изумительную музыку Джорджа Гершвина, пренебрегать высокоталантливыми композициями Дюка Эллингтона, игрой «суингового» ансамбля Вуди Германа. Очень интересны и показанные «Метрономом» выступления артистов американского «Модерн джаз-квартета» и нашего ансамбля при участии Г. Гараняна.

Но джаз многолик. Граница между художественно полноценным и духовно ущербным здесь очень тонка, зыбка, порой едва различима. Поэтому нельзя поддерживать в любителях легкой музыки сознание его универсальности. А именно с этих позиций и воспитывает своих слушателей «Метроном». Вот чего надо бояться товарищам из радио, ответственным за музыкальную пропаганду, — бояться неизмеримо больше, чем некоторых спорных, сложных, но серьезных сочинений...

Перейду к музыкально-образовательным беседам. Здесь есть свои удачи. Это прежде всего некоторые выпуски «Музыкального часа для молодежи», изумительные по ясности и по «чувству аудитории» встречи Д. Кабалевского с детьми, лекции В. Конен, комментарии и программы К. Аджемова. Превосходны также передачи по книге Г. Нейгауза «Об искусстве фортепианной игры» (редактор — Р. О. Генкина), понравились слушателям общительные по тону (хотя и не столь уж углубленные) рассказы Р. Гофмана о французских музыкантах. Очаровательны и очень полезны беседы Ленинградского радио для детей «Гуслина консерватория».

А остальное — как правило, лишь бесчисленные рубрики, бесплодным балластом заполняющие время, отведенное для музыкального вещания. Сам того не ведая, Н. Чаплыгин дал это понять со всей очевидностью в своей статье, опубликованной в декабрьской книжке «Советской музыки» за прошлый год. Достаточно пробежать глазами иные названия, которыми оперирует главный редактор музыкального вещания: «Песня», «В свободный час», «Песня солдатской славы», «Песня берет интервью», «Весна в Первомай», «Слово о песне», «Вспомни, товарищ», «Где же вы, друзья однополчане», «В воскресенье в сельском клубе», «Над селом опускается вечер», «Сельское утро», «На полевом стане», «Будьте знакомы», «Музыкальный календарь», музыкальные викторины и т. д. и т. п.

Можно сколько угодно говорить о том, что люди нуждаются в отдыхе, что они испытывают потребность в простой песне, веселых танцах. Все это справедливо. Но один этот перечень уже показывает, что пропаганда серьезной музыки, несущей людям радость ничем не возместимую, поставлена на радио далеко не идеально...

Несколько слов по поводу оформления музыкальных передач, их, так сказать, технологии. Путаница стала здесь настолько обычным делом, что буквально со страхом включаешь приемник, ожидая услышать очередную невообразимую мешанину. Вот лишь отдельные примеры.

На одном из вечеров звукозаписи, посвященном творчеству Хиндемита, вместо его Питсбургской симфонии была пущена (без всяких последующих разъяснений) запись балета Стравинского «Игра в карты».

В другой раз были переставлены местами части кантаты Прокофьева «Александр Невский». Мало того, что им дали «не свои» названия, но их еще и сопроводили пояснениями, предназначенными для совсем иных фрагментов сочинения! В тот же день вместо обещанной записи Сонаты Прокофьева ре мажор для скрипки соло прозвучали его же «Пять мелодий» для скрипки и фортепиано.

Вечерам звукозаписи вообще «везет». На одном из прошлогодних декабрьских собраний «Провансальскую сюиту» Мийо внезапно заменила Соната Бриттена для виолончели и фортепиано. Аджемов, правда, принес слушателям извинения, но сюита Мийо тогда так и не прозвучала.

Недавно коллектив радио поставил под руководством Ю. Арановича ораторию Гайдна «Времена года». Объявили трансляцию — по две части в передаче: «Весна» и «Лето», «Осень» и

«Зима». Однако на протяжении нескольких недель звучали, повторяясь, «Весна» и «Лето», «Лето» и «Осень», «Весна» и «Осень» и снова «Весна» и «Лето». Четвертая же часть исчезла бесследно!

А вот какие приключения пришлось «пережить» сюите Равеля «Сон Флорины». Вначале были перепутаны пленки с записями: «Мальчик с пальчик» дважды блуждал в поисках дороги, а «Дурнушка-императрица пагод» так и не смогла совершить свое царственное омовение. Во второй раз просрочили время для передачи сюиты и заменили ее вообще другой музыкой — покороче. В третий раз «Сон Флорины» состоял лишь из трех частей вместо пяти. В четвертом случае (исполнительские варианты с комментариями К. Аджемова) неоднократно звучали отдельные части, зато другие не прозвучали вообще. Словом, хотелось бы наконец послушать эту музыку целиком!..

Уже не первый год передается по радио запись сонаты И. Стравинского для двух фортепиано (соч. 1943 года), и неизменно вначале почему-то идет вторая, медленная часть, затем две быстрые — первая и третья. Очевидно, запись смонтирована ошибочно, и никому на радио до этого нет дела...

К недостаткам организации радиопередач относится и распределение во времени намеченных музыкальных программ. Вот только два примера. 24 ноября прошлого года по радио в одно и то же время (с 18 часов 20 минут до 20 часов) звучали: по первой программе — интереснейший концерт недели Ленинградского искусства в Москве (Е. Мравинский дирижировал Третьей симфонией В. Салманова), по третьей программе — редко попадающие в эфир произведения Бартока, Прокофьева и Дебюсси; по программе УКВ — впервые за долгие годы опера Рахманинова «Франческа да Римини». А 4 февраля тоже одновременно передавались беседы о музыке Э. Шабрие (третья программа) и Д. Энеску (УКВ). Что же слушать?

Упорядочению работы музыкального вещания, улучшению ее контакта с аудиторией должен, конечно, содействовать бюллетень «Радиопрограммы». Но как-то очень уж необязательными по отношению к слушателям стали они ныне.

Помнится, в свое время здесь тщательно расшифровывались все намеченные концерты — вплоть до объявления исполнителя каждого номера. Но со временем такая пунктуальность стала казаться издателям «Программ» излишней. Между тем публикация подробных сведений имеет принципиальное значение: ведь в этом случае слушатель уже не будет крутить ручку приемника в надежде выловить что-нибудь «интересненькое», не будет производить форменное расследование, дабы узнать, что же скрывается под безликой рубрикой «В концертном зале». Приходится бегать по улицам, изучать афиши, списывать по числам программы концертов в консерватории, в зале им. Чайковского. Выясняется, к примеру, что можно ожидать «Stabat Mater» Россини. Планируешь время, специально освобождаешь вечер, откладываешь дела. Наконец, включаешь приемник и... внимаешь «песнопениям» Н. Сличенко!

В «Радиопрограммах» есть раздел «Что мы транслируем», но заполняется он очень нерегулярно. Неужели наладить этот участок работы дело непосильное? Думается, что вполне посильное. Более того, вероятно, следовало бы обеспечить любителям музыки и такой «сервис», как объявление в программах хронометража крупных произведений. Тогда людям легче было бы планировать свое время, а то и подготовиться к магнитофонной записи полюбившихся сочинений.

Все, о чем говорилось выше, в конечном итоге сводится к одному: необходимо, чтобы наше музыкальное радиовещание стало самым массовым и самым серьезным, постоянно действующим университетом культуры. Потребность в прекрасном у советских людей возрастает с каждым годом. И она должна быть удовлетворена!

Сим. Дрейден

«Эту музыку любил Ильич»

Уже дважды появлялась на голубом экране эта передача, подготовленная Ленинградской студией телевидения. И, разумеется, замысел ее нужно горячо поддерживать. Неутолим интерес ко всему, что связано с образом Ленина. И кому как не радио и телевидению — театру миллионов — воссоздавать со всей документальной точностью страницы ленинской жизни, оживлять страницы воспоминаний. Но после знакомства с

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка

Сим. Дрейден

«Эту музыку любил Ильич»

Содержание