Выпуск № 7 (476) | 1978 - страница 42

вом» колорите темы Adagio особо сказались ее мастерское владение инструментом, тонкое ощущение фразы. В тон сумрачной сдержанности, с которой была исполнена начальная тема, было и интонирование скрипача. «Порывы» сильной эмоции лирического героя, не достигающие «высвобождения», производили сильное драматическое впечатление, последняя же «попытка» (ц. 26) обернулась надеждой, предчувствием, светлым ожиданием. Поэтичность, по-весеннему светлый колорит отличали исполнение третьей части. Брусиловский лепит образы мягко, бережно, чутко. Тонкие микро -tenuto при «вводе» той или иной темы (например, перед цц. 27, 30, 31) способствовали органичности развития музыки. Вместе с тем показалось, что прочтение этой части в лирикосозерцательном ключе (так, в кульминации — цц. 35, 36 — из-за «профильтрованное™» не хватало, на мой взгляд, живого эмоционального разворота) сделало в целом интерпретацию Сонаты несколько одноплановой. Финал, несомненно, мог бы стать в большей мере художественным итогом развития. Впрочем, искренность передачи от сердца к сердцу, удивительная чистота мира, омытого «весенней капелью (заключительное Piu moderato, dolcissimo), растворенность всех коллизий в солнечном свете последних тактов — такое прочтение несмотря на сказанное превратило Сонату в подлинную лирическую поэму. Второе отделение концерта скрипач посвятил в основном миниатюре. Цикл из Пяти мелодий С. Прокофьева в исполнении Брусиловского обрел композиционное единство благодаря соразмерности в выявлении различных граней лирики композитора — светлой мечтательности (мелодии 1, 2, 5), порывистых эмоциональнодраматических всплесков (средний раздел 1-й, 3-я мелодия), скерцозности — то мягкой, улыбчивой (мелодии 2, 4), то острой, колючей (средний раздел 5-й мелодии). Отмечу, что художественной цельности служили и чутко выверенные паузы между пьесами. Запомнились третья мелодия с разнообразием эмоциональных оттенков окраски звука, выразительным жалобно-печальным portamento в эпизоде Мепо mosso и «затаенностью» интонирования Tempo 1; мягкое по колориту и внутренне сдержанное прочтение 1-й и 4-й мелодий. Живой интерес слушателей вызвало включение в программу обработок музыки Дебюсси и Равеля. Следует заметить, что в их исполнении существуют определенные трудности. Французские транскрипторы в соответствии с характером и содержанием музыки Дебюсси и Равеля устремляются в область едва уловимой игры настроений и смены чувств, призрачных, трепетных звучаний. Здесь важную роль играет тембровая харак

теристика, сонорная интерпретация образов оригинала. Это хорошо почувствовал Брусиловский, сосредоточив внимание (особенно в «Прекрасном вечере» Дебюсси) на пастельности тонов, воспроизведении «воздушной дымки», вибрирующей и окутывающей образы. В Арабеске № 1 им были выявлены акварельная прозрачность колорита, изысканная, капризная утонченность метроритмики. Передаче общего настроения способствовали приглушенные краски и мягкая светотень фортепианного сопровождения. К сожалению, и это очень досадно, указанные выше качества не нашли должного отражения в еще более изысканной и утонченной «Пьесе в форме хабанеры» Равеля — Катрин. Пьеса, на мой взгляд, была сыграна без должного аромата, несколько ординарно, заземленно. В непроизвольных затуханиях мелодической линии обратил на себя внимание недостаток (впрочем, легко устранимый) в звукоизвлеченин скрипача, отмечавшийся еще в отдельных моментах в первом отделении — недостаточно прямолинейное ведение смычка у конца (от «неполного раскрытия» локтя), которое порождает некоторую «одышку» в произношении. В целом, как показалось, творческой индивидуальности скрипача ближе мягкая камерная лирика, умение наполнить негромко сказанное «слово» тонкими оттенками эмоционально-психологического содержания. Эти достоинства в некоторой степени обернулись недостатком в рапсодии «Цыганка» Равеля, требующей иных художественных качеств — динамизма, эмоционального размаха. Среди пьес, сыгранных на «бис», артист с блеском и виртуозным размахом исполнил сложнейшую фантазию Е. Цимбалиста на темы оперы Римского-Корсакова «Золотой петушок». Успех этого сочинения лишний раз подтвердил, что в ранее прозвучавшей «Цыганке» скрипач не до конца проявил лучшие черты своего дарования. В этот вечер Брусиловский предстал в камерном репертуаре. Избранная им манера способствовала в целом наиболее убедительному раскрытию его замыслов, его взгляда на исполняемые произведения. Взволнованность его музыкальной речи, умение раскрыть поэзию, звучащую в музыке, умная организованность процесса музицирования — все это оставило сильное художественное впечатление. Дальнейшее развитие Брусиловского как интерпретатора крупных полотен (напомним успешное исполнение им Концерта Брамса) должно выявить амплуа этого вдумчивого и серьезного музыканта, определить масштаб его творческих исканий.

В. Руденко

КАРМЕН МОРАЛЬ

До нынешних дней профессия дирижера продолжает оставаться по преимуществу мужской. Даже в нашей стране, где женщинам реально доступны все профессии вплоть до космонавтов, для того, чтобы перечислить имена женщин-дирижеров, достаточно пальцев одной руки. Вряд ли их намного больше во всем остальном мире. Интересно было познакомиться с единственной вс всей Латинской Америке молодой представительницей столь редкой профессии, возглавляющей крупный симфонический оркестр. Должен сразу сказать, что знакомство это оказалось приятным. Кармен Мораль родилась в столице Перу Лиме, училась игре на фортепиано в родном городе в Национальной консерватории у Родольфо -Хольцмана. Завершила свое образование в Нью-Йорке в Колумбийском университете и Манхэттенской высшей музыкальной школе, где на протяжении трех лет ее руководителями по классу дирижирования были йонел Перля и Ласло Халас. Магистр музыки, Мораль с 1970 года — художественный руководитель и главный дирижер Национального симфонического оркестра Перу, неоднократно гастролировала в странах Латинской Америки, США. Подготавливая свое выступление с Московским симфоническим оркестром (10 февраля, Большой зал консерватории), Мораль умело и уверенно провела репетиции, показав достаточный опыт и мастерство. Врожденная музыкальность сочетается у молодой артистки с серьезной школой. Ее бесспорные достоинства — художественный вкус, живое, непосредственное ощущение стиля, темперамент, обостренное чувство ритма, умение раскрыть архитектонику произведения. Ведя оркестр внешне как бы без всяких усилий, Мораль не только мгновенно реагировала на то, как воспринимаются в коллективе ее указания, но и подчиняла его своей воле. При этом — никакой позы, ничего напоказ. Программу открыла Сюита из одноактного балета Мануэля де Фальи «Любовь-волшебница». Сюита включает почти полностью музыку этого балета. К сожалению, на сей раз (как это часто делается) в ней были пропущены два замечательных вокальных номера, а в третьем партия голоса была передана валторне. И хотя есть на такой вариант соответствующее указание автора, невольно вспоминается, насколько усиливали впечатление от сюиты вокальные номера. В концерте, где мы впервые услышали это прекрасное сочинение под управлением Л. Стоковского, в качестве солистки выступила И. Архипова. «Фалья почти не пользуется цитатами, но глубоко проникает в характер испанского мелоса; его произведения народны в самом полном смысле этого слова», — писал Ю. Крейн в предисловии

Гастролеры из-за рубежа

к партитуре балета. Не удивительно, что эта музыка оказалась особенно близкой творческой натуре Кармен Мораль и была интерпретирована ею с большой любовью и тонким чувством стиля. Порадовал оркестр

На репетиции

в целом и его солисты — маститый концертмейстер пер вых скрипок Б. Симскнй, концертмейстер виолончелей М. Флидерман, флейтист В. Пакуличев, гобоист А. Савельев, валторнист В. Мизенин, отлично исполнившие многочисленные сольные эпизоды. Творческой удачей дирижера следует признать и трактовку «Фантастической симфонии» Берлиоза. Естественны и гибки были предложенные темпы. Сказалось умение Мораль цельно воссоздать всю партитуру, насыщенную контрастами. В. Ересько проявил в G-dur’HOM Концерте Равеля присущие пианисту изящество исполнения, соединенное с энергией и темпераментом, красивый, певучий звук, лиричность высказывания (это особенно ощущалось во второй части произведения). Ю. Гаврилов

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка

Содержание