Выпуск № 7 (476) | 1978 - страница 31

визировалась сольная и ансамблевая деятельность его артистов. Регулярно действующим стал Камерный ансамбль (руководитель — Валентин Жук), правилом жизни сделались творческие отчеты оркестрантов, совсем недавно создан нонет из числа концертмейстеров групп и солистов. Г. Ротницкий. Хочется специально сказать и о нынешнем концертмейстере оркестра. Валентин Жук — широкоизвестный концертирующий скрипач. Но вот он только что признался, что давно мечтал об игре в оркестре. Исключительно важное признание, имеющее, на мой взгляд, огромное педагогическое значение! Ведь что греха таить — до сих пор в некоторых музыкальных вузах явно недостает серьезности, а подчас и подлинного профессионализма в отношении к оркестровому классу. В итоге страдает качество подготовки молодых инструменталистов. Иные из них приходят в хороший оркестр, слабо понимая его специфику, плохо ориентируясь в музыкальной литературе, кое-как читая ноты. И еще один момент, также немаловажный,— престиж самой профессии артиста оркестра. Нашему оркестру повезло. В лице Жука он обрел подлинного вожака, надежного проводника воли дирижера, замечательного музыканта, удивительно быстро вросшего в жизнь коллектива. Жук много играет с оркестром, порой выручая в самых, казалось бы, безвыходных ситуациях, когда, к примеру,

в гастрольной поездке неожиданно заболевает солист-скрипач. Огромный сольный репертуар Жука, блистательная память помогают ему в этом. И еще одно хотелось бы отметить — способность психологически моментально переключиться с сольного исполнительства — предположим Концерта Хиндемита в первом отделении концерта — на исполнительство оркестровое, когда во втором отделении нужно сыграть, скажем, Четвертую симфонию Брукнера. Э. Москвитина. Я бы никогда не стала говорить о себе — помимо других причин, еще ц потому, что арфистки (так уж повелось от Веры Дуловой, от Ольги Эрдели) почти всегда совмещают исполнительство сольное и оркестровое; у скрипачей же Валентин Жук — чуть ли не единственное исключение. Но хочется напомнить, что я, в отличие от него, пришла в оркестр, не имея еще за плечами побед в международных конкурсах. Говорю это, чтобы вновь подчеркнуть возможность, работая в оркестре, продолжать совершенствоваться как инструменталист, готовиться к международным конкурсам и даже успешно выступать на них. В. Жук. Добавьте к этому духовное обогащение, которое дает регулярное «общение» с такими шедеврами мировой музыкальной литературы, как симфонии Моцарта и Чайковского, Бетховена и Брамса, Малера и Шостаковича, как произведения Прокофьева, Стравинского, Брукнера. Одно дело слушать

Игорь Стравинский среди

музыкантов оркестра

их из зала и совершенно другое — самому участвовать в их исполнении. Я с трудом способен понять скрипача, который не хочет работать в оркестре, выдвигая причиной нежелание каждый день ходить на работу. И я совершенно отказываюсь понимать тех, кто утверждает, будто оркестровое исполнительство выхолащивает в артисте инициативу. B. Заболотный. Было бы неверным полагать, что все достижения оркестра — результат его работы с одними лишь художественными руководителями. Как можно сбросить со счета незабываемые впечатления от репетиций и концертов под управлением Андре Клюитанса, когда он открывал нам очарование партитур Франка, Дебюсси, словно впервые нами услышанных? Как забыть выступления с Четвертой симфонией Брамса под управлением Пауля Клецки, бетховенские симфонии, сыгранные с Германом Абендротом? Л. Двоскин. Незабываемы и выступления во главе оркестра Игоря Стравинского, особенно сыгранный тогда «Петрушка»... C. Гранит. А гастроли Сарджента, Малько, Цекки... А. Гофман. А выступления с Маазелем, Метой... Для меня, например, неповторимым впечатлением остался сыгранный с Маазелем Вальс Равеля. Трудно было поверить, что игрался он без репетиций. «Вы знаете равелевский Вальс? — спросил дирижер у оркестра на утренней репетиции. — И я не раз исполнял его, так что если вечером попросят, мы его с вами сыграем. Вы только внимательно на меня смотрите». Вечером, действительно, попросили, и сыгранный на «бис» Вальс произвел фурор. Такой свободы, такой раскованности, такого единения с дирижером, такой совместимости — нет, не в исполнении, это слово совершенно в данном случае не подходит, а в импровизации — мне не припомнить... С. Гранит. Рихтер, зашедший в тот вечер за кулисы, говорил примерно то же... Л. Двоскин. Как здесь уже отмечалось, славе Симфонического оркестра МГФ в большой степени способствовали его гастроли по стране и за рубежом. Началось «шествие» коллектива по концертным эстрадам мира в 1963 году. На сегодняшний день наши гастрольные маршруты охватили более 30 стран мира... С. Гранит. Не могу не перебить тебя, коллега, чтобы не вспомнить первый наш гастрольный успех — в 1962 году в Ленинграде, когда под управлением Кондрашина и в присутствии автора мы играли Четвертую симфонию Шостаковича. JI. Двоскин. Да, я помню тот вечер отлично. Дмитрий Дмитриевич вообще исключительно

тепло относился к нашему коллективу, всегда приходил на исполнения своих сочинений, высказывал в адрес оркестра много добрых слов. Я же хотел вспомнить о Загребском музыкальном фестивале 1963 года и гастролях в США в 1965 году. О репертуарном размахе этих гастролей свидетельствовал факт, признанный в Америке небывалым: в течение двух недель в Карнеги-холл в Нью-Йорке оркестр выступил с одиннадцатью разными программами!

Э. Тер-Сааков. Гастроли давно уже сделались традицией нашего коллектива. Иногда приходится слышать вопрос: считаете ли вы, что ваши выступления в СССР достаточно широки по своей географии? Хочу сказать: не считаем, убеждены, что география эта должна расширяться. Но не так-то просто бывает нам совместить стремление гастролировать по родной стране с необходимостью выполнения обязательств по абонементам в столичной филармонии, выполнением норм... В. Заболотный. Раз уж возник разговор о нормах, скажу, что, к великому нашему сожалению, Московская филармония в сущности почти утратила традиции регулярных выступлений своих оркестров — и нашего, и Госоркестра — на площадках Москвы, которые, условно говоря, можно назвать спутниками филармонических залов. Москва безмерно разрослась. Далеко не все любители музыки имеют возможность часто приезжать на основные филармонические площадки, и здесь наш долг, долг музыкантов-просветителей, способствовать тому, чтобы их встречи с большой музыкой происходили как можно чаше. А на практике нередко получается обратное. Ведь наш оркестр почти перестал звучать в Домах культуры имени Русакова, Горбунова, Дворце культуры ЗИЛа, мы перестали выступать перед студентами МГУ в Актовом зале и в Доме культуры на Ленинских горах и других студенческих клубах. А ведь помимо несомненной просветительской миссии, которую выполняли бы подобные концерты, они помогли бы самому коллективу быстрее выполнять свои нормы благодаря повторению по нескольку раз своих программ и высвобождать больше времени для тщательной подготовки очередных премьер, в частности симфонических циклов.

Мы не раз говорили об этом на заседаниях Художественного совета и рады возможности поставить этот вопрос на страницах «Советской музыки», мы убеждены в его важности. Э. Тер-Сааков. С 1976 года главным дирижером и художественным руководителем Симфонического оркестра МГФ является Дмитрий Георгиевич Китаенко. Не стану характеризо

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка

Содержание