Авторитетный музыкант

Музыкальная общественность Горького отметила 70-летие заслуженного деятеля искусств РСФСР, профессора Берты Соломоновны Маранц. Полвека отдала она делу воспитания молодых музыкантов, блестяще сочетая педагогическую деятельность с концертно-исполнительской. И сейчас пианистка своим замечательным искусством восхищает и покоряет слушателей. Ее исполнительскую манеру отличают глубокое эмоциональное и интеллектуальное постижение музыки, безукоризненный вкус, своеобразие интерпретаций, прекрасное чувство стиля и формы, звуковое и техническое совершенство. Репертуар ее обширен. Только за прошедший год она исполнила большую концертную программу, выступила с симфоническим оркестром филармонии. Значительное место в репертуаре пианистки занимают произведения советских, в том числе горьковских, авторов, с которыми ее связывает большая творческая дружба. Активная концертная деятельность Маранц способствует росту музыкально-исполнительской культуры в городе, служит великолепным примером для молодых музыкантов.

Педагогическая деятельность Берты Соломоновны, проходившая сначала в Уральской консерватории, а затем в Горьковской, где она многие годы возглавляла кафедру специального фортепиано, требует изучения. Претворяя традиции своего учителя Г. Г. Нейгауза, она создала собственную школу, стремясь к всестороннему развитию личности ученика, к расширению его кругозора, к воспитанию художника-гражданина.

Кропотливо и целенаправленно работая в этом направлении, Берта Соломоновна добилась прекрасных результатов: ее выпускники работают в музыкальных вузах Горького, Свердловска, Алма-Аты, Ростова; в многочисленных училищах и филармониях. Только что прошедший Всесоюзный конкурс пианистов в Ленинграде принес нам, горьковчанам, большую радость: воспитанник Берты Соломоновны, ныне студент третьего курса Московской консерватории по классу Е. Малинина, — Евгений Рывкин завоевал там вторую премию.

Необыкновенная преданность Берты Соломоновны своему делу, музыкантская и человеческая честность, творческая активность, стремление к самосовершенствованию, постоянная готовность помочь своим коллегам и ученикам создают вокруг нее атмосферу творческого горения и нравственной чистоты. Можно только присоединиться к словам, сказанным в одном из поздравительных писем, присланных юбиляру: «Пианистка, мастерство которой не поддается влиянию времени; опытный, вдумчивый, талантливый педагог, воспитавший множество достойных деятелей музыкального искусства, она принадлежит к наиболее уважаемым и авторитетным музыкантам нашей страны».

Н. Лузум

В ГОСТЯХ У В. А. ДАВЫДОВОЙ

Известная оперная певица, народная артистка РСФСР и заслуженная артистка Грузинской ССР, лауреат Государственных премий, профессор Вера Александровна Давыдова отметила свое 70-летие.

Имя Веры Александровны Давыдовой хорошо известно как в нашей стране, так и за рубежом. Это имя прочно вписалось в историю Большого театра Союза ССР, а теперь тесно связано с грузинской вокальной школой.

Уже почти два десятилетия Вера Александровна преподает в Тбилисской консерватории. Среди ее учеников солистка Большого театра СССР М. Касрашвили, солистка Тбилисской оперы Т. Гургенидзе.

Поклонники таланта Веры Александровны хорошо помнят созданные ею неповторимые оперные образы Кармен, Амнерис, Азучены, Кончаковны... На тбилисской сцене она исполняла партии Далилы и Шарлотты.

Ее замечательный талант проявился и на концертной эстраде. Незабываемы в ее исполнении романсы Глинки, Чайковского, Рахманинова, Брамса, Грига.

Корреспондент журнала встретилась с В. А. Давыдовой и попросила певицу рассказать о ее творческом пути.

— Мой дебют на оперной сцене состоялся в Ленинграде. Еще будучи студенткой консерватории, я исполнила на сцене Мариинского театра роль пажа Урбана в «Гугенотах» Мейербера. Пресса хорошо отозвалась о моем выступлении. За три года работы (1929–1932) в театре мною были спеты партии Марфы, Кармен и Амнерис. В последней роли я появилась и на сцене Большого театра в Москве весной 1932 года.

— Какая из Ваших ролей особенно любима Вами?

— Не могу отдать предпочтение какой-либо одной. Все они для меня одинаково любимы, как дети для матери. Я шла на каждый спектакль как на премьеру, как на праздник. Я волновалась каждый раз, будто пела впервые, а если такого волнения почему-то не возникало, мне становилось горько. Ведь, утратив подобное чувство, можно превратиться из художника в ремесленника.

— Следуя совету Вашего педагога Ивана Васильевича Ершова, Вы, одной из первых певиц, участвовали в постановках советских опер. Расскажите об этом.

— Уже на ленинградской сцене я пела в операх «Лед и сталь» В. Дешевова и «Черный Яр» А. Пащенко. Затем, уже в Большом театре, — в «Тихом Доне» И. Дзержинского, «Броненосце "Потемкин"» О. Чишко, в спектаклях «Мать» А. Желобинского, «Декабристы» Ю. Шапорина. Особенно мне запомнилось, с каким энтузиазмом работал весь оперный коллектив над «Тихим Доном». Постановку возглавлял Николай Семенович Голованов. Антонина Васильевна Нежданова хоть и не участвовала в спектакле, постоянно бывала на репетициях, делала замечания, давала полезные советы. В подготовке оперы вместе с композитором активное участие принимал М. Шолохов. Он рассказывал артистам об эпохе, которая показана в книге, давал характеристики главным действующим лицам романа, однажды привез из Вешенской в Москву казаков, которые исполнили перед артистами донские песни и пляски. За этот спектакль Иван Дзержинский и я, как исполнительница роли Аксиньи, получили дипломы. Петь в советской опере для меня было почетно и ответственно, но меня никогда не покидало чувство неудовлетворенности. Мне очень жаль, что Дзержинский не завершил оперы «Гроза», которая писалась специально для меня; не удалось спеть и Анну Каренину, хотя многие композиторы говорили, что мне могла бы удасться эта роль.

— Как известно, Вы были одной из первых советских артисток, выступивших за рубежом.

— Действительно, я гастролировала в скандинавских странах, Польше, Венгрии, Китае, Иране. Но особенно запомнилась моя первая поездка за рубеж в 1937 году в Финляндию, где отмечалось 100-летие со дня смерти Пушкина. Вместе со мной туда ездил Сергей Яковлевич Лемешев. Мы были рады, что наше искусство оценили высоко.

— Наряду с оперными партиями в Вашем репертуаре большое место занимали и камерные произведения. Исполненный Вами цикл из семи концертов «История развития русского романса» считается уникальным явлением в нашей концертной жизни.

— Цикл этот я спела в 1944 году в Москве в Большом зале консерватории. Такую идею подал мне мой концертмейстер А. Ерохин. Нам показалось своевременным и патриотичным в суровую военную пору дать слушателям возможность широко познакомиться с богатствами русского романса. В этом мы видели свой вклад в дело защиты нашей Родины. Программа цикла охватывала вокальную лирику русских композиторов, начиная с предшественников Глинки до наших дней. Всего я спела около двухсот произведений более чем сорока авторов. За исполнение цикла мне была присуждена первая из трех полученных мною Государственных премий СССР.

Камерным исполнительством я занималась на протяжении всей моей певческой жизни, в программы старалась включать произведения какого-либо одного автора, что давало возможность полнее раскрыть его духовный мир, показать разные стороны его творчества.

— Почти полвека жизни Вы прошли вместе с Вашим супругом Дмитрием Семеновичем Мчедлидзе. Каждодневное общение с талантливым певцом, выступавшим на сценах Кировского, Большого и Тбилисского театров, крупным музыкальным деятелем и педагогом как-нибудь отразилось на Вашей деятельности?

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка

Авторитетный музыкант

Н. Лузум

В ГОСТЯХ У В. А. ДАВЫДОВОЙ

Содержание