На авторских концертах

…Р. Щедрина

Каждый концерт из произведений Родиона Щедрина — приметная веха в музыкальной жизни столицы. Особенно если интерпретаторами его произведений выступают столь талантливые и яркие артисты, как дирижер Ю. Темирканов, возглавивший в этот вечер Госоркестр СССР, Л. Зыкина, А. Эйзен, Л. Белобрагина, а также Большой хор Всесоюзного радио и Центрального телевидения (художественный руководитель К. Птица, хормейстеры Л. Ермакова и С. Нечаев).

Вошедший в программу авторского вечера в Большом зале консерватории Второй концерт для оркестра «Звоны» был написан еще в 1968 году по заказу Нью-Йоркской филармонии к 125-й годовщине со дня ее основания и тогда же исполнен Нью-Йоркским оркестром под управлением Л. Бернстайна. Три года назад «Звоны» услышала ленинградская публика. Для москвичей же это была премьера. В партитуре нашли отражение поиски композитором новых, неисследованных пластов старинного русского певческого искусства (знаменные распевы) и народной инструментальной музыки, которая, по словам Асафьева, во многом зиждется на ударности и звоне. Известно, что в отечественном симфонизме немало интересных примеров использования звонных интонаций и ритмов; наиболее органично и многообразно они воплощены в музыке Рахманинова и, пожалуй, Стравинского.

Одночастный концерт для оркестра Р. Щедрина привлекает оригинальным творческим подходом к музыкальному материалу, а именно: подчинением его современным принципам формообразования и фактуры, приемам оркестрового письма и организации звуковой ткани. Традиционный для жанра концерта принцип сопоставления оркестровых групп и отдельных инструментов, выступающих каждый с достаточно самостоятельной и виртуозной партией, несомненно, выдержан и здесь, равно как и в первом оркестровом концерте Щедрина — «Озорных частушках». Однако если там царит атмосфера радостного оживления, ослепительной праздничности, то характер и тембровая палитра «Звонов» совсем иные. Это — суровая, тревожная, сумрачных тонов музыка, с резкими динамическими контрастами и красочными переливами, несколько напоминающими игру светотени старинных фресок. Не случайно, по словам самого автора, некоторые страницы «Звонов» вдохновлены уникальной живописью Андрея Рублева. Инструментарий концерта также включает специфические тембры, и прежде всего колокола (саmраnе ordinario и саmраnе russo), пронизывающие своим звучанием всю пьесу.

В трактовке Юрия Темирканова эта сложная, обладающая своеобразной красотой партитура приобрела поистине магическую притягательную силу, отчего надолго осталась в памяти слушателей. Вообще очевидно сходство творческих натур Щедрина и Темирканова, проявляющееся в театральности их художественного мышления, стремлении к образной конкретности, яркости, тяготении к острым контрастам и при этом в умении охватить целое. Исполнение отличалось четкой выстроенностью формы, верно найденными пропорциями между контрастными разделами и подчинением их единому драматургическому стержню, целеустремленным движением к генеральной кульминации, наконец, яркой ее подачей.

Все эти качества проявились и в интерпретации двух

других сочинений композитора, прозвучавших в тот же вечер, — Второй симфонии и оратории «Ленин в сердце народном».

В симфонии, состоящей, как известно, из двадцати пяти прелюдий, мастерское владение материалом и формой целого было особенно необходимо. И дирижер, не оставив без внимания ни одну из мельчайших деталей партитуры, часто данных в наплывах или полифонических сочетаниях, сохранил чувство перспективы, создав законченную концепцию. Напомним: главные образы симфонии раскрыты композитором своеобразно, путем звуковых ассоциаций. С одной стороны, гул самолетов, ритмы похоронного марша, скорбные плачи, с другой — разноголосица мирного города, гудки автомобилей, шелест шин, колотушка ночного сторожа, настройка музыкальных инструментов… Из этих эпизодов-кадров и складывается структура симфонии. Но иллюстративность музыки и мозаичность формы, на наш взгляд, тут чисто внешние; они лишь помогают наиболее доходчиво, образно выразить глубокий, порой символический смысл сочинения, отраженный в эпиграфе к нему — строках из стихотворения А. Твардовского «Когда окончилась война»:

К вам, павшие в той битве роковой
За наше счастье на земле суровой,
К вам, наравне с живыми, голос свой
Я обращаю в каждой песне новой.

Если Вторая симфония Щедрина сравнительно редко звучит с эстрады, вероятно в силу сложности партитуры и необычности строения цикла (хотя ее двадцать пять прелюдий вполне определенно группируются в пять частей, каждая из которых имеет свой круг образов и настроений), то оратория «Ленин в сердце народном», отмеченная Государственной премией СССР, хорошо известна любителям музыки. Сопоставления эпического и лирического, эпического и трагического образуют основу ее драматургии. Именно эти контрасты особенно рельефно были выявлены Темиркановым. Исполнив в более медленном, чем обычно, темпе начало первой и третьей частей (Lamento I и Lamento II), дирижер подчеркнул их близость к былинным жанрам и тем самым углубил конфликт с эпизодами драматическими, бурно вторгающимися в неторопливое скорбное повествование. Солисты А. Эйзен и Л. Белобрагина пели взволнованно и искрение, продемонстрировав свободное владение достаточно своеобразным мелодическим материалом, истоки которого — прозаическая речевая интонация.

В эпилоге же оратории проникновенно и по-человечески тепло прозвучал голос Л. Зыкиной, не знающей себе равных в исполнении этой поэтической, словно идущей из самой глубины души русской мелодии, пронизанной светлым чувством любви народа к Ленину.

Завершение концерта этим глубоким по мысли и совершенным по музыкальной выразительности финалом оказалось поистине символичным: ведь авторский концерт Родиона Щедрина был приурочен к историческому событию — XXV съезду КПСС.

И. Лихачева

…А. Эшпая

Авторский вечер — всегда событие. Авторский вечер композитора, завоевавшего многомиллионную слушательскую аудиторию, — событие вдвойне.

Речь пойдет о концерте из произведений Андрея Эшпая, состоявшемся в Большом зале консерватории в рамках традиционного фестиваля «Русская зима». В программу вошли кантата «Ленин с нами» по Маяковскому, Вариации на тему Н. Я. Мясковского, Третья симфония, Концерт для оркестра и Второй фортепианный концерт¹. Все они ярко представляют творчество зрелого мастера, способного охватить все многообразие происходящих сегодня событий и преломить их убедительно и глубоко, постичь духовную красоту своего народа и его культуры, классической и современной.

Талант, помноженный на поиск, — вот что отличает творческий путь Эшпая с самых первых его шагов в искусстве. Как-то трудно сейчас представить себе нашу музыкальную жизнь без сочинений этого композитора, без его концертов и симфоний, песен и киномузыки. В каждом жанре (а Эшпаем освоены почти все!) автор добивается своего, оригинального решения, неизменно привлекает щедростью и богатством фантазии, открытием нового. В этом отношении программа авторского вечера, о котором идет речь, была весьма показательной. Всем известно, сколь трудна для художника ленинская тема. «Такие сочинения нельзя создавать на основе каких-то канонов. Вряд ли это будет искренне со стороны композитора и вряд ли его сочинение будет принято слушателями. Эта музыка требует новых мыслей и новых, «“незатертых” интонаций», — утверждает сам композитор². Искренность и правдивость его слов подтверждает музыка кантаты «Ленин с нами». В основу сочинения положены два ранних стихотворения Маяковского — «Последняя страничка гражданской войны» и «Кое-что про Петербург», а также стихотворение «Ленин с нами» и отрывок из поэмы «Хорошо!».

О кантате в свое время немало писали, и все же,

_________

¹ В концерте приняли участие Большой хор Всесоюзного радио и Центрального телевидения, Государственный академический симфонический оркестр СССР под управлением Д. Китаенко и солисты Ю. Кривошеев, П. Мещанинов, В. Степанов, Р. Комачков и автор.

² Цит. по кн.: А. Богданова. Андрей Эшпай. М., 1975, с. 88.

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка

На авторских концертах

…Р. Щедрина

И. Лихачева

…А. Эшпая

Содержание