Выпуск № 8 (441) | 1975 - страница 15

накопленных советскими мастерами в профессиональном творчестве. Автор, хорошо знающий закономерности народных мелодий, может весьма оригинально претворить их в собственной музыке. Например, П. Ривилис в «Унисонах» неожиданно раскрывает перед слушателем глубинные связи процесса развития в народном творчестве с григорианской псалмодией или с «бесконечной мелодикой» Баха. Подобные поиски перспективны для композиторского творчества, особенно в нашей многонациональной стране, где даже специалисты еще не успели «разведать» всех запасов фольклорных богатств. Изучение их помогает проникнуть в самую суть народного духа, в глубину исторических процессов и, следовательно, по-новому понять многие явления современности. Но необходим активный процесс сотворчества на основе сегодняшнего музыкального . мышления. Тогда его поиски не будут относиться только к «фольклорной сфере», но и обогатят искусство в целом. Ведь даже «Курские песни», основанные на подлинных народных мелодиях, — это удивительно «свиридовское» по духу и стилю сочинение. И в «Свадебке» Стравинского, несмотря на сходство композиторских и фольклорных мотивов, мы все же никогда не примем конечный результат за простую имитацию народного обряда, — столь очевидна здесь эстетическая и стилистическая концепция самого Стравинского. Из удачных сочинений нынешнего смотра выделяю в этом смысле Вариации для флейты и фортепиано В. Артемова: сам вариантный принцип взят автором из народной музыки.

Р. Косачева

довское». На мой взгляд, обратившись к подлинным обрядовым текстам, автор нашла им оригинальное и самобытное воплощение (я не говорю — единственно возможное), основанное на глубоком и всестороннем изучении закономерностей народного искусства и в то же время обогащенное достижениями современного профессионального мышления. Спор, который мы ведем, — о мере концепционности этого произведения; мне кажется, что восприятие ее субъективно в каждом отдельном случае. В этой связи я хотела бы напомнить о первом прослушивании цикла на Молодежном творческом объединении. Весьма показательно, что тогда оно не только не было названо фольклорным (несмотря на характерную манеру исполнения), но выступающие подчеркивали прежде всего обогащение звуковой палитры и манеры подачи текста, проводили совсем уже далекие параллели с другими национальными культурами, в частности с южноамериканскими. Иначе говоря, речь шла о сложном стилистическом сплаве, который мог возникнуть лишь в условиях развитого композиторского творчества.

С. Савенко

Важнейшую проблему «Композитор и фольклор» мы сейчас, конечно, не решим. Но показательно, что вспыхнул столь острый спор: проблема наболевшая. Если брать сочинения Т. Чудовой и Ж- Кузнецовой и воспринимать этих композиторов как представителей опре

деленных эстетических принципов, то нельзя согласиться с тем, что один принцип обработки хорош, а другой — плох. У обои.',

почтенные «родители» в современной музыке, и если за Чудовой в этом отношении стоит Стравинский, то за Кузнецовой — Свиридов. И все же мне лично кажется, что, когда слушаешь цикл Чудовой, действительно возникает ощущение слишком сильной зависимости от фольклорной модели, и потому я согласна с теми, кто высказывал автору пожела ние ярче выявлять свою индивидуальность. Словом, нет дурных принципов, все дело в убедительности их воплощения. Таков закон искусства.

Не могу согласиться с точкой зрения, что «Семь русских текстов» Т. Чудовой просто имитация фольклора (кстати, слух опытного профессионала, как правило, способен безошибочно отделить копию от оригинала, и в этой связи рассказанная Н. Зейфас история свидетельствует лишь о недостаточной компетентности руководителя экспедиции). Безусловно, это сочинение по духу своему не «стравинское» и не «свиридовское», а именно «чу

На авторских концертах

,.Д. Кабалевского

А Этот вечер был удивительным. Не просто авторский концерт — концерт-юбилей, в котором до полуночи звучали музыка, приветствия и поздравления, слова благодарности, признательности и восхищения. Иначе и быть не могло: сама личность юбиляра • — особенная в нашей жизни. Чествовали Кабалевского-музыканта, Кабалевского-человека, Кабалевского-педагога — настоящего «музыкального Макаренко», «деятеля крупного масштаба, огромного радиуса воздействия», как верно заметил А. Хачатурян Поистине богатейшая натура! Многообразие творческого облика художника нашло отражение в концертной части юбилейного вечера. Дмитрий Борисович Кабалевский предстал перед нами и как композитор, и как исполнитель, и как учитель эстетической красоты и красоты гражданской. С первой же минуты, когда за дирижерский пульт встал сам юбиляр и зазвучала его «Патетическая увертюра», в зале воцарилась атмосфера праздника — такой высокий и жизнедеятельный эмоциональный тонус заключен в этом сочинении. Программа концерта включала самые разные по жанрам сочинения. Вслед за «Патетической увертюрой» прозвучали полная трепетного лиризма симфоническая поэма «Весна» и Второй концерт для фортепиано с оркестром, впервые исполненный в новой редакции. Постоянное и строгое авторское внимание к уже созданному характерно для требовательного к себе художника. Второй концерт стал своеобразным лирическим центром всей программы. Прекрасно сыгравший его В. Фельцман верно почувствовал трогательно-непосредственный и вместе с тем страстный тон этой партитуры. Мы услышали также три восьмистишья на стихи Р. Гамзатова (солистка В. Левко), «Наши дети» из «Реквиема» на слова Р. Рождественского, песню «Не только мальчишки». Великолепным исполнителем (в том числе аккомпаниатором) показал себя в тот вечер Государственный академический симфонический оркестр СССР. Программа юбилейного вечера еще раз подтвердила: музыка Дмитрия Кабалевского активно утверждает

идеалы добра, справедливости, прогресса. И потому так естественно было воспринято собравшимися в Большом зале Московской консерватории награждение Дмитрия Борисовича Советским Комитетом защиты мира Почетной медалью «Борец за мир». Невозможно представить себе юбилей Кабалевского без музыки, адресованной детям и юношеству, без участия самих ребят. Почти половину всех приветствий юбиляру составили поздравления юных любителей искусства. «Дядю Митю» пришли поздравить его ученики из 209 школы, учащиеся профтехучилищ, ребята из Ансамбля песни и пляски имени В. С. Локтева Московского городского Дворца пионеров, из Детского хора Института художественного воспитания (художественный руководитель В. Соколов), из детской хоровой студии «Пионерия» (художественный руководитель Г. Струве). Причем свои поздравления они пропели (с чистейшей интонацией, а порой и мастерством) на мотивы песен композитора. И конечно, полно символического смысла бисирование очаровательной песенки «Счастье»...

В. Джани-заде

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка

Содержание