Константин Константинович на самодельных нотных листах записал песню, и мы иногда вместе пели ее. И еще мы любили петь русскую народную «То не ветер ветку клонит...»

Нахожу запись от 18 августа 1943 года:

«Сейчас мы в подразделении старшего лейтенанта Охапкина, то бишь, — уже капитана. К ордену Красной Звезды у него прибавился орден Отечественной войны II степени. Вообще, сегодня у него — день удач. Получил письмо от жены и как только разорвал конверт, оттуда выпала большая картонная красная звезда — подарок сына. И еще — "гость" пришел к нам сегодня.

"Гость" — перебежавший немец. Зовут его Ганс. Сейчас он рассказывает Стин Стинычу: против нас стоит 15-я воздушно-полевая дивизия, сформированная из разбитых воздушных частей, из их технического и обслуживающего персонала. Ганс недавно приехал из Франкфурта, где провел отпуск. Сам студент. Договорился с женой и матерью, что, как только вернется на фронт, перейдет к русским, что и выполнил. Многие солдаты хотели бы сдаться в плен, но боятся репрессий по отношению к родным. (Ганс пальцами показывает решетку.) Да, он знает об отставке Муссолини и продолжает уже сам:

— Гитлер тоже капут, Геринг — капут, Геббельс — капут, рейх — капут...

Капитан Охапкин обращается к Сакве:

— Ведь это плоды и Вашей агитации. Не пропадают даром Ваши передачи...

Ганс подтверждает, что все солдаты внимательно слушают советское радио, если удается, а агитатора — особенно».

Я не стану рассказывать о разных боевых эпизодах, в которых принимал непосредственное участие Константин Константинович Саква. Скажу только, что еще в 1941 году в одном из боев под Ярцевом Константин Константинович был тяжело ранен в плечо, долго лечился в разных госпиталях. Очень боялся, что рука отнимется или пальцы плохо будут шевелиться. А это означало трагедию: лишиться главного в жизни — музыки. Война есть война. Боев у нашей дивизии было много, и боев жестоких. На реке Молочной немцы подвергали нас массированным бомбежкам, бросали против нас свою новую технику — «фердинанды» и «тигры». Но мы все-таки прогрызли их «линию Вотана» (кажется, так назвали они свой последний оборонительный рубеж перед Днепром) и освободили Мелитополь.

Наступать на Николаев нам пришлось по такому бездорожью, что в грязи вязли даже «виллисы» и «студебеккеры». Орудия и всю боевую технику солдаты тащили на себе по сплошному раскисшему чернозему, такому вязкому, что сапоги сами сползали с ног. Мы двигались вперед за счет какого-то сверхчеловеческого напряжения, но Николаев взяли. За успешные действия во время операции «Багратион» наша дивизия была награждена орденом Ленина.

В освобождении Таганрога, Мариуполя, Барановичей и Бреста, в прорыве немецкого фронта в районе Бобруйска, в форсировании Днепра и Вислы, во взятии Гумбиннена и Цинтена мы все, и в том числе капитан Саква, принимали непосредственное участие. Мы с ним, к примеру, были в первой лодке вместе с командиром батальона, когда наша часть под непрерывным огнем противника форсировала Днепр и занимала плацдарм на правом берегу.

Когда Кёнигсберг был блокирован советскими войсками и судьба его уже предрешена, нашу дивизию перебросили под Берлин. Вместе с другими частями Красной Армии она преграждала путь двадцатипятитысячной группировке войск противника, рвавшихся к немецкой столице из района города Котбуса. А день Победы мы встречали под Прагой. У меня сохранились две фотокарточки. Какой-то чехословацкий фотограф снял нас с Константином Константиновичем на площади перед ратушей.

Уже после капитуляции фашистской Германии, когда дивизия возвращалась к себе на родину, мы остановились как-то в одном немецком городе. Редакция расположилась в двухэтажном доме владельца ткацкой фабрики. Мы заняли первый этаж — большой зал-гостиную, обставленную мебелью мореного дуба, и еще четыре комнаты. Хозяева перебрались на верхний этаж. В зале стоял рояль. После обеда Константин Константинович засел за инструмент. Он сыграл «Патетическую» сонату Бетховена, потом «Лунную» и «Аппассионату». Погода стояла ясная, теплая, окна были раскрыты настежь. С первой же минуты вся семья хозяина спустилась вниз и, стоя в дверях, слушала музыку гениального немецкого композитора в исполнении офицера советской, большевистской армии. Потом появились слушатели и перед окнами, и чем дальше, тем больше их собиралось.

Я не мог оценить тонкости игры Константина Константиновича с точки зрения профессиональной, но мне казалось тогда, что

играл он вдохновенно, прекрасно. И я видел, какое впечатление производила на слушателей его игра. А среди них были и люди, искушенные в музыке: две дочери и сын хозяина неплохо играли на рояле.

Когда Константин Константинович закончил «Аппассионату» и встал, все зааплодировали. Я видел, как многие утирали слезы. Может быть, музыка производила на немцев такое впечатление еще и потому, что подтверждала: Красная Армия принесла на немецкую землю мир, а не войну; Красная Армия пришла не для того, чтобы мстить, а чтобы освободить немецкий народ от чумы фашизма! Бетховен под пальцами советского офицера был красноречивым доказательством этого.

30 лет прошло с той поры. Капитан Саква давно вернулся к своей мирной профессии, окончил консерваторию и стал известным музыкантом. Он много пишет о советской музыке, не оставляет мысли опубликовать свои работы о Моцарте, много делает для развития и пропаганды советской музыкальной культуры. И в 30-ю годовщину нашей исторической Победы над фашизмом я хочу пожелать своему фронтовому другу, ветерану Великой Отечественной войны, крепкого здоровья, большого счастья, самых больших успехов на любимом поприще.

Е. Десятник

Участник Великой Отечественной войны

Запевала 38-й армии

Композитору, прошедшему через суровые испытания минувшей войны, есть о чем рассказать людям языком музыки.

С винтовкой в руках Герман Леонтьевич Жуковский, ныне народный артист Украинской ССР, участвовал в августовских боях сорок первого на землях Полтавщины, воевал у Днепра. Был контужен. Прошел сквозь ад лагерей смерти Хорола, Семеновки, Градежска, Кременчуга. В тылу у врага, в подполье, создавал свою оперу «Честь». А когда наши войска изгнали из Каменец-Подольска оккупантов, пришел в городской театр, чтобы исполнить свое произведение перед командирами и политработниками 10-го танкового корпуса.

С подразделениями 70-й Гвардейской дивизии композитор рядовым ушел дальше на запад, а в это время в оперном театре освобожденного Киева уже начались репетиции его оперы.

По дороге на Львов солдата Жуковского срочно вызвали в политотдел 38-й армии.

«Вы владеете не только винтовкой, но и другим оружием, обладающим огромной мощностью. Настало время пустить его в ход», — сказал генерал Д. Ортенберг.

И Жуковский стал руководителем армейского ансамбля песни и пляски. Его маршрут пролегал от огневых позиций в районе Западной Украины до карпатских высот, по землям Южной Польши и Германии. С ансамблем через Судеты добирался с передовыми подразделениями армии к подступам Праги, за которую еще шли ожесточенные бои.

«Наш командарм, генерал Кирилл Семенович Москаленко, — рассказывает композитор, — не только любил народные и солдатские песни, но и сам умел их петь с такой чуткостью, с такой душевной интонацией! Не удивительно, что мы, ансамблисты, очень внимательно прислушивались к его просьбам и советам. Совершенно новы и неожиданны были для нас, "штатских", его пожелания, чтобы ансамбль имел свою тактику, свою маневренность. Скажем, нужно ли ансамблю всегда выступать всем составом? Не лучше ли разбиться на несколько концертных бригад с тем, чтобы одновременно, в нескольких частях армии дать концерты, особенно перед началом наступательных действий войск? Или, допустим, необходимо дать концерт в летной части. Значит, нужен такой репертуар, который был бы близок именно летчикам, особенно в начале и в заключении концерта. У танкистов, предлагал, например, командарм, хорошо начать концерт вот такой песней:

Родная граница, родная страна.
Все дальше на запад уходит война.
И в первой шеренге танкисты идут,
Забытое счастье планете несут...

Еще он рекомендовал нам работать не только для солдат и офицеров, но и для населения освобожденных сел и городов. Когда мы подошли к Карпатам, именно Кирилл Семенович натолкнул меня на мысль о создании произведения на гуцульские темы. Там,

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка

Е. Десятник

Запевала 38-й армии

Содержание