ИСПОЛНИТЕЛЬСКОЕ ИСКУССТВО
В. Дельсон
Л. Раков
В. Дельсон
Романтический талант
Широта аудитории, успех выступлений Станислава Нейгауза растут из года в год. В этом есть отрадный признак: истинно прекрасное, художественное, а следовательно, и подлинно живое, правдивое, человечное в нашем искусстве всегда находит себе признание. Концертная практика постоянно доказывает, что бренно все внешне показное, бравурно эффектное и чувствительное, что неувядаемо лишь глубинное, внутренне страстное в своей непосредственной чистоте эмоционального выражения. И хотя мысли эти можно отнести не только к искусству Нейгауза, не случайно они, точно сами собой, возникают именно в связи с его творческим обликом.
Цель творчества — самоотдача,
А не шумиха, не успех,
Позорно, ничего не знача,
Быть притчей на устах у всех, —
писал один из самых любимых поэтов Нейгауза Б. Пастернак в своем программном стихотворении «Быть знаменитым некрасиво...»1 Душевная скромность, неприятие шумливой мишуры успеха, уважение к высокой сущности исполнительского творчества — таковы этические черты С. Нейгауза — человека, артиста. Углубление в самую суть исполняемого («во всем мне хочется дойти до самой сути, в работе, в поисках пути, сердечной смуте») и в то же время артистическая увлеченность, эмоциональная виртуозность, лишенный рассудочности интеллектуализм — вот слагаемые его пианистического облика.
Артисты такого склада, как правило, не легко выходят на широкую концертную дорогу. Им не свойственно достигать блестящих результатов на
_________
1 Высокая культура «Пастернаковского дома» в Переделкине, где пианист живет большую часть года, — дома особенно близкого, можно сказать, родного всей семье Нейгаузов, оказала заметное влияние на его общехудожественное развитие.
В письме Н. А. Табидзе от 6/IV 1960 года Пастернак пишет касательно Станислава Нейгауза: «Много радости приносит Стасик, очень хорошая у него,
конкурсных соревнованиях, где их нередко «обходят» уже на старте исполнители более эффектные, более «техничные». Да они и не слишком-то умеют бороться за свое место на лестнице славы; жажда первенства во что бы то ни стало их не обуревает, она им органически чужда.
Но если уж они достигают постепенного признания, то как бы невзначай обнаруживается, что успех их прочен и глубок, что он почти независим от «капризов» публики и случайностей концертной «фортуны».

Станислав Нейгауз1 — прямой и непосредственный наследник искусства своего отца — Генриха Густавовича Нейгауза не только в сфере собственно исполнительства, но и шире — в педагогике, в своем отношении к музыке вообще. Здесь и общая музыкальная культура, дающая возможность пианисту находить верный ключ к столь различным авторам, как Бетховен и Лист, Брамс и Скрябин, Шопен и Прокофьев, Рахманинов и Дебюсси, Моцарт и Шуман...
Здесь и романтическая (в широком смысле) увлеченность самим процессом исполнительского творчества, отдача всего себя страстно любимому миру музыки...
Здесь и особо свойственная Генриху Нейгаузу импульсивность, напористость, взрывчатость игры, неизменно заражавшая слушателей устремленностью динамики и властностью волевого начала. Исполнение Станислава также нередко представляет собой словно прорвавший плотину поток, как бы подчиненный лишь имманентным законам своего движения.
Здесь и «энергия воображения», как говорил Томас Манн, сильно развитая способность образного представления, ассоциирования, без которых музыкальное исполнительство мертво: они придают ему широту жизненных связей — реалистическую основу.
Наконец, здесь и тонкая (чеховская) способность к выражению подтекста («исполнительски воплотить подтекст порой бывает столь же абсолютно необходимо, сколь и точно воспроизвести все условные обозначения самого текста», — говорил Генрих Нейгауз).
Весь склад С. Нейгауза как музыканта и человека определил и его собственно пианистический облик. Так, например, он склонен к исполнению «с риском». Ему совершенно не свойст-
_________
очень близка мне форма таланта, форма отношения к искусству и понимания его. Да и жизни тоже, вероятно...» («Вопросы литературы» № 1, 1966, стр. 184)
_________
1 Закончил музыкальную школу им. Гнесиных (класс В. Листовой), затем училище при Московской консерватории (класс В. Белова), в дальнейшем — Московскую консерваторию и аспирантуру в классе отца (1953 год).
-
Содержание
-
Увеличить
-
Как книга
-
Как текст
-
Сетка
Содержание
- Содержание 6
- «Набат» 7
- Утверждение героики 11
- Певец Бурятии 17
- Народ-творец 22
- Куплетность и формообразование 26
- «Огненные годы» 29
- Один вечер в «Ванемуйне» 34
- Из автобиографии 39
- Встречи и размышления 47
- Жизнь, отданная борьбе 54
- Их не сломили… 60
- Полтавская находка 63
- Романтический талант 71
- Трое из трехсот 76
- Третий Международный имени Чайковского. Говорят члены жюри 81
- Впечатления слушателя 87
- 14 ответов Джейн Марш 90
- Все сокровища искусства — народу 92
- «Эту музыку любил Ильич» 96
- Песни и танцы Чукотки 99
- Семиотика в помощь фольклористике 104
- Школа на Садовой 111
- Еще раз о способных и неспособных 117
- По следам наших выступлений 121
- На хоровом празднике 125
- Из дневника музыканта 127
- В шести городах… 137
- На музыкальной орбите 140
- Музыка — революционное оружие 144
- Первый опыт 146
- Карл Бём о Рихарде Штраусе 148
- Коротко о книгах 149
- Хроника 152