Выпуск № 11 (336) | 1966 - страница 10

копленный веками развития европейской и в первую очередь русской культуры, он приобщает свой народ к великой сокровищнице мирового искусства. С другой стороны, художник ответствен за то, чтобы это перенесение не было механическим, чтобы классические формы прижились на его родной почве, напитались бы ее жизненной стойкостью. Как же Ямпилов этого достигает? Обратимся к некоторым его произведениям.

*

О прекрасной природе советской Бурятии, о людях этого края рассказывается в симфонической сюите «Цветущий край» (1953). Ее четыре части — красочные, образно конкретные картины. Перед слушателем предстают живописные пейзажи («Рассвет», «В горах Восточных Саян»), всадники, скачущие по степи («Юность»), веселый национальный праздник («Торжественная песня»). В основу финала сюиты, рисующего картину народного гулянья, композитор положил замечательную фольклорную мелодию «Слава Ленину!», придав ей характер радостного энергичного марша:

Пример

Волевой призыв темы и звонкие фанфары труб сменяют островки мягкой сердечной лирики (вторая мелодия финала). По замыслу автора «Торжественная песня» — это не только картина праздника, но и символическое «шествие» народа советской Бурятии к его светлому будущему. Сюита «Цветущий край» завоевала широкое признание, проникновенные слова посвятил ей замечательный бурятский певец, народный артист СССР Лхасаран Линховоин: «Слышу на улице передаваемую по радио знакомую мелодию; звучит национальная музыка советской Бурятии, свободного, счастливого народа. Многие из прохожих прислушивались к ней, и в их глазах я читал живой интерес: эта музыка была им близка и понятна. Это наш Бау Ямпилов, — с гордостью говорю я, — это его сюита «Цветущий край».

*

К далекому прошлому обратился композитор в одночастной «Эпической поэме», посвященной «бурятскому Ломоносову», выдающемуся ученому и просветителю Доржи Банзарову (1955). Романтическая фигура Банзарова, борца с шаманством, давно привлекала композитора. Еще в начале 50-х годов он написал вокальную «Балладу о Доржи Банзарове» (на слова С. Дунаева).

Драматизм «Эпической поэмы» рождается из конфликта двух непримиримо враждебных образов. Первый из них — дикий и исступленный шаманский танец. «Вот оглушительно ударил бубен, — все в чуме затряслось, заколыхалось — гикал, гукал шаман страшным голосом... зрители начали подхватывать хором никому не ведомую песню. Голоса их дики, исступленны — словно медвежий рык; они рычали, взлаивали по-собачьи; вот кто-то подавился, кто-то пронзительно завыл. Действо началось. Все кругом взбесилось», — это описание В. Шишковым шаманского «действа» в романе «Угрюм-река» приходит на память при звуках первой темы из «Эпической поэмы»; дико завывают тромбоны, пронзительно свистит малая флейта, грохочут ударные. Шаманский танец перерастает в обобщенный образ мрачного мира «черной веры», веками державшей народ в духовном рабстве.

Добро, мудрость и душевная красота воплощаются в другом образе, связанном с Доржи Банзаровым. Национальная по складу мелодия звучит в теплом тембре скрипки. Вокруг нее сплетаются певучие подголоски, сосредоточенные у всей скрипичной группы.
«Эпическая поэма» Ямпилова показала, что бурятская музыка сейчас уже готова освоить такой сложнейший жанр, как симфония.

*

В национальной культуре живет немало волнующих сказаний и легенд. Конечно, Бау Ямпилов, как и другие наши композиторы, в своем творчестве не мог пройти мимо этого драгоценного наследия. И в поэтической легенде (балет-поэма «Красавица Ангара», созданный в содружестве с Л. Книппером), и в веселых рассказах о «бурятском Насреддине» (музыкальная комедия «Будамшу») композитор старался выразить народную веру в справедливость, мудрый взгляд на жизнь.

Балет-поэма «Красавица Ангара» (либретто бурятского драматурга Н. Балдано) основан на народной легенде, связанной с одухотворением природы Бурятии, величавого озера Байкал, прозрачной Ангары¹. Сюжет вызвал к жизни ярко эмоциональную музыку. Каждое действующее лицо в балете охарактеризовано выразительной запоминающейся те-

_________

¹ «Красавица Ангара» с успехом исполнялась в Москве в дни второй декады бурятской литературы и искусства (1959 год).

мой. Незабываемое впечатление оставляет, например, сурово-эпическая мелодия старого Байкала:

Пример

Оригинальна оркестровая находка композиторов — звучание «подводного колокола».

*

«…порой набегал сюда ветер,
Он крался на цыпочках между стволами.
Он трогал их нежно. И точно струны, —
Голосом звонким сосны гудели.
И люди, услышав песню деревьев,
От радостных звуков ее молодели».

Влюбленность в просторную и величественную красоту гор и степей Бурятии слышится в этих строках. Они взяты из баллады «Гудящие сосны» известного национального поэта Н. Дамдинова.

В философском подтексте произведения, в лучших традициях бурятского народного творчества, но вполне самобытно раскрывается мысль об общности судеб людей и природы. Образ сосен, «поющих» под струями ветра, противостоящих вьюгам и невзгодам, словно воплощает человеческую стойкость; одиноко растущая сосна сходна с покинутым друзьями тоскующим человеком; сосны стоят рядами, как бойцы; поют стены дома, построенного из сосен; «ветер, сидя верхом на волнах, ласково гладит им белые гривы». Молодые сосны, упрямо поднимающиеся к свету, символизируют вечное цветение и обновление жизни.

Неудивительно, что Ямпилов, издавна тяготеющий к образам природы, положил балладу в основу поэтического текста оратории с одноименным названием (написана для солистов, смешанного хора и оркестра). Семичастная композиция воспринимается как целый монолит, что связано не только с ее стилистическим единством, но и с интонационной общностью частей. Лаконичная тема «поющих сосен», открывающая первую часть («Сосны поют»), становится музыкальным стержнем, объединяющим ораторию. Ее неторопливое размеренное движение, продолжительный органный пункт создают характер сурово-сосредоточенного спокойствия:

Пример

Национальный колорит темы обусловлен интонациями бурятской песенности и пентатонической ладовой основой.

Музыкальная характеристика «поющих сосен» на протяжении оратории неоднократно видоизменяется. Уже в первой части она принимает облик энергичного, устремленного марша; на варианте этой мелодии строится и пятая часть («Колышется знамя на древке сосновом»). Финал оратории («Так в мире рождаются светлые звуки») — кульминация в развитии основного образа. Здесь он провозглашается «соединенными силами» всего исполнительского состава. Настойчиво утверждается в хоровом фугато и торжествует мысль о вечном цветении и обновлении жизни.

Образу «поющих сосен» противопоставляется «одинокая сосна». Тема ее впервые возникает в третьей части («Соснового бора не стало»). Пасторальные ламентации (у деревянных духовых) сообщают музыке характер скорбного одиночества. Дальнейшее развитие эта тема получает в четвертом разделе («Все срублены сосны»). Здесь она сопровождает раздумчивый монолог баса, внося в него горько-щемящий оттенок:

Пример

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка

Содержание