Выпуск № 2 (471) | 1978 - страница 57

вскрыть свойственную ей смесь лицемерия и хищной жажды власти. Эта партия стала одной из больших творческих удач Людмилы Шемчук и во многом предвосхитила образ мстительной и жестокой Ортруды в опере Вагнера «Лоэнгрин» — недавней работе молодой певицы. Ей удаются резкие переходы от притворного смирения к вспышкам злобы и мрачному хладнокровию. Создавая «крупный план» роли, Шемчук стремится к ее глубокому и динамичному внутреннему раскрытию, тщательно «лепит» интонацию, добиваясь выразительного произнесения слова. Ее гибкое, насыщенное меццо-сопрано переливается яркими красками. Еще в консерваторские годы, в классе педагога О. Благовидовой, Людмила Шемчук проявила интерес к камерному исполнительству, приняв участие в цикле концертов из произведений композиторов конца XIX — начала XX века, в вечерах старинного романса. Обширна и сложна была программа ее дипломного концерта. Последние годы репертуар певицы пополнился сочинениями белорусских авторов: Л. Абелиовича, Г. Вагнера, Э. Тырманд, С. Кортеса, А. Мдивани. Новая программа была подготовлена к VII Международному конкурсу в Рио-де-Жанейро, проходившему в июне 1977 года. Сложность конкурса определялась не только представительностью состава его участников, объемностью репертуара, включающего образцы вокальной литературы от старинных мастеров до сочинений бразильских авторов, но и тем, что вся программа исполнялась на языке оригинала. Это заставило во многом пересмотреть уже сложившиеся интерпретации тех или иных произведений. Так, в рассказе Азучены детальная работа над оригинальным текстом повлекла за собой поиск новых интонационных штрихов, определенного смещения актерских акцентов. Конкурс для Шемчук стал поэтому еще и школой обогащения творческого опыта. Сейчас Людмила Шемчук готовится к VI Международному конкурсу имени П. И. Чайковского. Не так давно певица была приглашена в труппу Большого театра Союза ССР.

Очень интенсивно шло творческое развитие и другого представителя белорусской оперной молодежи — Александра Дедика. Сегодня, в свои тридцать два года он имеет внушительный репертуарный багаж: более тридцати партий, четыре самостоятельные концертные программы. Эти цифры — свидетельства фанатичной влюбленности Дедика в искусство классического пения, свидетельство неиссякаемой трудоспособности и сценической выносливости певца, обладающего сильным, подвижным драматическим тенором оригинального тембра. Певческая карьера Александра начиналась, как и у многих, со школьного хора. Неизменный запевала в «Орленке», затем — активист художественной самодеятельности Калининградского Дома культуры рыбаков, позднее — участник Ансамбля песни и пляски Краснознаменного Балтийского флота. Первый увиденный и

услышанный им «живой» музыкальный театр — Белорусская опера, гастролировавшая в Калининграде, — через несколько лет стал первым театром, где Дедикпевец дебютировал. Правда, сперва как артист хора. Но занятия в Белорусской консерватории с замечательным педагогом Михаилом Акимовичем Зювановым помогли ему сделаться солистом. Вскоре Александр получил возможность проверить себя на музыкальных сценах в Чебоксарах, Одессе, Новосибирске, Челябинске, где он выступал в операх «Паяцы» (Канио спел еще в 19 лет), «Трубадур», «Тоска», «Кармен»... После Конкурса имени Глинки, проходившего в 1973 году в Кишиневе, лауреат второй премии Александр Дедик по приглашению главного дирижера Белорусского театра Я. Вощака снова приехал в Минск. Уже в апреле 1974 года он представлял этот театр на Международном конкурсе имени П. И. Чайковского, где завоевал четвертую премию.

Лет пять назад Дедик был очень увлечен итальянскими операми. Сегодня сфера его пристрастий — отечественная классика и те произведения западноевропейской оперной литературы, которые отличаются глубокой психологической разработкой образов. Работа над ролью начинается у него с изучения литературного источника, дополнительных материалов о стиле эпохи, отображенной в произведении. «Все остальное, — говорит Александр, — содержится в музыке. Вслушиваешься в нее, находишь для себя объяснение каждому нюансу, сопоставляешь логику музыкальной драматургии с жизненной логикой — и многое в авторском тексте раскрывается.,,»

В технически сложных партиях А. Дедик демонстрирует стабильное качество звучания всех регистров, красочность нюансировки, выразительность декламации. Он стремится убедительно передать внутренний мир своих героев, с чем связан и тщательный поиск внешнего рисунка роли. Певец очень придирчив в выборе грима. В результате ему удается создать очень разные образы — будь то искренне любящий, но немного безвольный Хозе, или Герман, в котором страстная одержимость сменяется душевной надломленностью, или восторженно-влюбленный, немного ветреный Водемон, или Самозванец, пытающийся скрыть за внешней бравадой и позерством уязвленную гордость. По-новому раскрылось дарование артиста в вагнеровском «Лоэнгрине». А. Дедик, которому всегда удается сыграть открытость чувства, в этом спектакле неузнаваемо сдержан, даже пассивен. Пластический рисунок роли, вокальная «пластика» носят печать отвлеченного, «неземного». Впечатляет знаменитый рассказ посла Грааля, который Дедик проводит словно на одном дыхании, сочетая ровное р с отчетливой дикцией. Одна из последних работ Дедик а — партия Джордано Бруно в одноименной опере С. Кортеса.

ем и усталостью — особенности его натуры. Вечная неудовлетворенность достигнутым, внутренняя дисциплинированность, самоконтроль и самокритичность — прекрасное дополнение к профессиональным качествам певца! ...Написанный рукой А. Свешникова «приговор» абитуриенту Московской консерватории Александру Рудковскому гласил: «Готовый тенор». А ведь совсем еще недавно он, сельский мальчишка, прятался на уроках пения за спины товарищей, стесняясь собственного голоса, считая, что поет неправильно и вовсе не имеет музыкального слуха.

Случай помог поверить в себя. Уже без колебаний мальчишка с Гомельщины едет в областной центр поступать в музыкальное училище. Там, в Гомеле, и теперь работав! его первый учитель — Иван Степанович Проценко. Академией музыки стала для Александра Московская консерватория (кпасс профессора Г. Тица). Студентом четвертого курса Рудковский участвовал в Международном конкурсе имени П. И. Чайковского и завоевал звание лауреата. Местом своей самостоятельной работы он выбрал родную Белоруссию. С 1972 года певец — солист Белорусского театра оперы и балета. Преданность одному театру вовсе не противоречит творческой «общительности» Александра. Он пел в Большом и в Кировском театрах, на оперных сценах Вильнюса и Риги, участвовал в сложнейшем соревновании вокалистов в Барселоне (21-й Международный конкурс имени Марии Каналье), где был признан первым среди мужчин. «Фантастическим тенором» назвала Александра Рудковского во время зарубежных гастролей одна из газет. Его сильный, свободно льющийся, ровный, богатейший в верхнем регистре голос с весьма необычной для лирического тенора легкой баритональной окраской, виртуозная вокальная техника привлекают внимание ценителей оперного искусства. Альфред, Альмавива, Герцог, Эрнесто (в новой постановке «Дона Паскуале») — эти партии, несмотря на различие композиторских стилей, в чем-то похожи друг на друга. Амплуа лирического тенора, как правило, «голубой герой», и это мало импонирует натуре Александра. Потому-то как актеру ему особенно близки три образа: Ленский (в студенческие годы работа его над этой партией была «благословлена» С. Лемешевым, позже он дебютировал в ней в Минске), Рудольф в «Богеме» и Юродивый. Миниатюрная по времени звучания партия Юродивого чрезвычайно содержательна. Исполняя ее, Рудковский особенно остро ощущает известный театральный феномен: всякий спектакль играется будто впервые. Слушая и наблюдая его Юродивого, можно заметить непрерывный актерский поиск, новые и новые интонации в таких знакомых всем нам словах... Сценическая судьба не баловала Рудковского премьерными постановками: большинство его партий было «вводами» в уже готовый спектакль. Такое трудное, в сущности, самостоятельное (если не считать поверхностной режиссерской разводки по мизансценам) вжива

Так уж сложилось, что Александру Рудковскому приходится работать в театре «без дублеров», вести в одиночку основной теноровый репертуар. Напряженно, ответственно: ведь подстраховать или заменить некому. Главное — стабильно, как в спорте, держать форму. Окажись в подобном положении кто-либо другой — неизвестно, долго ли выдержал бы. Рудковский выдерживает. Справляться с творческими трудностями ему помогают талант, мастерство. Справляться с напряжени

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка

Содержание