«Семь красавиц» в постановка Малого оперного театра в Ленинграде

вес, долго не смолкал гул одобрения и шквал аплодисментов. Да, это был подлинный триумф не только Кара Караева, но и советского балета, по праву снискавшего большую любовь и признание ценителей искусства во всем мире.

Среди зрителей был Назым Хикмет. После спектакля, потрясенный всем услышанным и увиденным, великий поэт крепко обнял Караева и чуть приглушенным от волнения голосом сказал: «Спасибо, брат! Спасибо за эту радость и гордость, которые ты подарил нам своей проникновенной, мудрой, новаторской музыкой. Счастлив народ, который имеет такого сына!»

Высокую оценку творческого дарования Кара Караева я услышал и от Дмитрия Дмитриевича Шостаковича во время беседы с ним на одном из заседаний Комитета по Ленинским премиям. Он охарактеризовал Кара, как большой талант, гордость не только азербайджанского народа, но и всего современного музыкального мира...

Мысленно переношусь к той поре, когда Кара Караев делал свои первые шаги в творчестве.

В Баку шла напряженная подготовка к предстоящей декаде азербайджанского искусства в Москве. С утра до вечера в здании филармонии имени Магомаева еще и еще раз просматривались номера большого концерта. Программу его завершала торжественная «Песня сердца» Караева, написанная на мои слова. Прослушав песню в исполнении большого коллектива певцов и музыкантов, основоположник азербайджанской профессиональной музыки Узеир Гаджибеков, наставник многих молодых талантов, в том числе и Караева, в присущем ему медленном, спокойном, но категорическом тоне сказал: «Этот юноша далеко пойдет!»

Слова патриарха азербайджанской музыки оказались вещими.

В последующие годы Кара создавал одно за другим новые значительные произведения: балеты, оперу (в содружестве с Дж. Гаджиевым), симфонии, оратории, сюиты, песни,..

Моя творческая дружба с Кара Караевым, начавшаяся с «Песни сердца» (1938), никогда не прерывалась. Несколько раз композитор обращался к моим стихам. И каждый раз я испытывал огромную радость от общения с ним, радость подлинного сотворчества с этим замечательным художником...

Сегодня, в день славного 60-летнего юбилея Кара Караева, я с гордостью называю его своим другом и выдающимся сыном моего народа, восхищаюсь им, как человеком и как творцом, обогатившим музыкальный мир блестящими образцами подлинно новаторского искусства.

Т. Салахов

народный художник СССР, первый секретарь правления Союза художников СССР

Композитор, мыслитель, новатор

Задолго до личного знакомства с Кара Абульфазовичем Караевым я чувствовал необыкновенный интерес к его личности. Это началось еще в пору моей юности в Баку, в 50-е годы. Я и мои сверстники постоянно слушали музыку Караева; его песни из кинофильмов, инструментальные пьесы, театральные произведения ежедневно звучали по радио, с экрана, в концертах... Музыкальные впечатления складывались в нечто целостное, штрих за штрихом добавляя новые черты к возникавшему в сознании образу композитора. И вот произошла встреча с самим Караевым — это было во время постановки в ГАБТе балета «Тропою грома». Я ходил на репетиции, наблюдал за Кара Абульфазовичем — вдумчивым и требовательным к себе, к оркестру, танцовщикам, и все больше убеждался в правильности своих «заочных» представлений о нем.

Главное, что, на мой взгляд, определяет творческий облик Караева-художника, — это его увлеченность делом. Караев — личность, живущая сегодняшним днем, современными задачами искусства. Скульптор В. Мухина как-то сказала: «Новое содержание в искусстве всегда рождает новые формы...» Новизна музыкального содержания — вот что поразило меня при прослушивании «Тропою грома». Яркие образы героев балета, обрисованные самобытно, нетрадиционно и вместе с тем с явной опорой на национальные — в данном случае южноафриканские — истоки, смелость автора, обратившегося к столь нетипичной для балетного жанра теме, — все это производило волнующее впечатление. Так у меня появилось — точнее, стало осознанным — желание запечатлеть образ Караева на полотне.

Должен сказать, что как художнику мне повезло. Не только потому, что я встретился с исключительно одаренной музыкальной натурой. Я узнал этого человека, как говорится, в деле, узнал через его музыку, — а таким путем глубже всего проникаешь в сокровенные тайники души творца. Все бытовое, незначительное, на что обращаешь внимание в повседневных встречах, уходит. Остается сама сущность человека.

В 1960 году я начал работу над портретом Караева. Бывал у него дома, он посещал мою мастерскую. Появлялись многочисленные этюды, рисунки, наброски... Писа-

«Тропою грома» в постановке Государственного музыкально-драматического театра Карельской АССР

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка

«Семь красавиц» в постановка Малого оперного театра в Ленинграде

Т. Салахов

народный художник СССР, первый секретарь правления Союза художников СССР

Композитор, мыслитель, новатор

«Тропою грома» в постановке Государственного музыкально-драматического театра Карельской АССР

Содержание