Выпуск № 6 (451) | 1976 - страница 36

Выступает Северный хор

тать». И совершенство, достигнутое коллективом Н. Мешко, прежде всего следствие ясности ее творческих убеждений.

«Народные хоры, — говорит Нина Константиновна, — призваны искать, хранить и вновь дарить людям богатейшие музыкальные и хореографические сокровища своего края (ведь не случайно же они носят названия Северный, Волжский, Кубанский или Сибирский!). Воспитательное, эстетическое воздействие таких хоров на народ огромно. И потому основу их репертуара должны составлять народные произведения — вечно живые, бесконечно обновляемые новыми поколениями талантливых народных певцов. Их творчество всегда было современным, их всегда волновали все важные события, но каждый рассказывал о них своеобразно. И на Севере пели о том, что происходило в Киевской Руси, — но по-своему, выражая свою точку зрения, свою оценку. И сегодня фольклор — это не только история, это тоже наша современность. Фольклорные сельские коллективы для нас, профессиональных хоров, неиссякаемый источник творчества, причем сегодняшнего, насущного.

Ведь традиционное народное искусство воспевает самые высокие нравственные идеалы: честность, патриотизм, уважение к человеку, старшим, женщине, чувство собственного достоинства и т. п. Разве сегодня эти идеи не актуальны? Что касается исполнительской манеры, то я, естественно, не за натурализм. Наша задача, — отбросив ненужные наслоения, недостатки, свойственные отдельным народным певцам, — сохранить в своей манере их вдохновение, их умение ярко раскрыть образ песни. Наше современное прочтение фольклора — и в отборе его лучших образцов, и в более стереофоническом звучании голосов, и в осмысленном введении динамических оттенков… Оно и в самой условности сценического обобщения. И все ж при этом мы должны твердо опираться на народную почву. Никогда не соглашусь с тем, что проникновение в наше искусство эстрадных штампов — это новаторство, это современность. Однотипные переплясы и стереотипные трюки (в которых нет характеров), оглупленные герои (некая смесь лубка и канкана!), грубоватое поведение в хороводе (где всегда был свой этикет!), нео-

правданные выходы и уходы приводят к стиранию граней между коллективами. И овладение академической манерой тоже, безусловно, убивает всякую самобытность, которая, повторяю, подчеркнута даже названиями народных хоров.

А унификация костюмов! Хочется спросить: неужели мишура и блестки, укороченные сарафаны немыслимых расцветок, гигантские кокошники и есть наша современность? Настоящий народный костюм всегда отличался благородством. Современность нашего жанра — прежде всего в глубоком понимании (с высот современной культуры и профессиональной подготовки) народного материала, в бережной передаче содержащихся в нем нетленных духовных ценностей другим поколениям (содержание, характер песни диктуют и характер ее обработки). Народные хоры призваны говорить о сегодняшних делах на своем, местном языке, в сложившихся традициях. И композиторам необходимо изучать эти традиции глубоко и серьезно.

На нас лежит высокая обязанность — сохранить все ценности народной культуры, простоту которой передать очень трудно, потому что это гениальная простота. Молодежь должна узнать и полюбить народное искусство своих предков. В то же время мельчайшие наши ошибки и недостатки, как в бесчисленных зеркалах, тут же отражаются в деятельности сотен самодеятельных хоров, которые, полагаясь на наш профессионализм, веря нам, сами могут пойти по пути неверному, растерять то, что должны искать и хранить».

Примерно два года назад Мешко выступила в «Советской музыке» со статьей о необходимости возродить утраченную в профессиональных хорах важную черту народного пения — импровизационность. И вот слова подтвердились делом. Замечательным событием стало выступление на теоретической конференции, завершившей смотр, творческой группы Северного хора. В отличие от фольклорной группы Сибирского хора, которая спела записанные собирателями песни по партиям (несколько странно прозвучало само название фольклорная группа — в русском народном хоре!), творческая группа северян представляет собой нечто новое, важное и, думается, необходимое на современном этапе жизни жанра...

«Творческая группа существует у нас только один год, хотя мы давно искали форму ее жизни, готовились к ее появлению, — говорит Нина Константиновна. — Почему возник такой замысел? Дело в том, что демонстрация фольклора на концертной эстраде потребовала стабильности качества исполнения, и поэтому профессионалы отказались от одного из главнейших компонентов народного искусства — импровизации. В результате утратилась самая яркая сторона жизни народной песни, помогающая полнее раскрыть индивидуальность певца. Между тем в народном хоре существуют возможности для возрождения народного обычая: здесь нет дирижера, чья воля подчиняет себе всех участников. Именно раскованность, желание каждого выразить свое понимание песни и покорили меня в концерте Кубанского хора. Мы в своем коллективе тоже стремимся воссоздать на сцене те условия, в которых песня рождается, живет в народном быту. И главное здесь — овладеть мастерством народной импровизации».

Творческая группа северян — своеобразный эксперимент в этом направлении. Поют в ней горожане, раньше работавшие в профессиональных хорах, одна из певиц — выпускница студии при хоре. Всего за год участники группы выполнили поставленную перед ними задачу. Когда пробовали сравнить их импровизационный распев с подлинной народной партитурой, получалось полное совпадение.

«Сами певцы очень довольны своим творчеством, — смеется Нина Константиновна, — попробовать свои силы в импровизации захотелось и другим, и сейчас мы разрешаем лучшим из них отходить от партитуры. Повторяю, это таит в себе огромные возможности творческого раскрытия личности каждого певца».

Победа Государственного кубанского казачьего хора была неожиданной, но тем более впечатляющей. Выступление кубанцев отличалось своеобразием и даже, можно сказать, творческой дерзостью. Их концерт оказался не похожим ни на один из показанных на смотре. Молодой художественный руководитель Кубанского хора В. Захарченко сделал как раз то, на что не осмелился пойти А. Квасов: вынес на сцену казачью песню, насколько это возможно, в ее исконной бытовой форме. В программе читаем: «Песня записана в станице Казанской», «…в станице Некрасовской…», «…в станице Афипской», «…Темиргоевской…». Подлинный песенный фольклор Кубани предстал во всем своем музыкально-поэтическом и жанровом разнообразии. Впервые, например, мы услышали с профессиональной сцены свадебную песню, на фоне которой звучал плач-причет невесты-сироты. Здесь не просто пели, а проживали каждую песню, как это делается в народном быту. Причем сценическое действие, сопровождавшее шуточные и плясовые номера, было основано на существующих и поныне народных играх. Не случайно композитор А. Абрамский, выступая на теоретической конференции по итогам смотра, с восхищением говорил, что

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка

Выступает Северный хор

Содержание