Выпуск № 12 (445) | 1975 - страница 50

Г. П. Горбунов, член союза композиторов В. С. Калинников и П. Д. Крылов — постановили и подписали:

1) [Что] помещенные в сборнике песни переведены на ноты с фонографических записей и по своему литературному и музыкальному содержанию и художественному значению представляются особо ценными для усвоения учащимися.

2) Что приведенные в сборнике статьи, рецензии и отзывы известных музыкальных деятелей будут способствовать распространению правильных понятий о высоком литературном и музыкальном значении русской народной песни.

3) Что М. Е. Пятницкий является до настоящего времени единственным в России деятелем, широко пропагандирующим в течение 20 лет — за свой собственный риск и страх — народную песню в непосредственном исполнении певцов из той среды, из которой вышла сама песня, т. е. из крестьян, вследствие чего он заслуживает поддержки со стороны Музыкального отдела.

4) Что вследствие сказанного Музыкальный отдел при приобретении сборника Пятницкого не может ставить своей целью извлечение коммерческой прибыли.

5) Что происходивший в мае месяце с/г в Москве Всероссийский съезд по внешкольному образованию при обсуждении вопроса о музыкальном просвещении народа постановил в первую очередь собирание, издание и распространение произведений народного песнетворчества.

Поэтому Музыкальный отдел полагает справедливым уплатить М. Е. Пятницкому за приобретаемые у него 1000 экземпляров его сборника 32 000 руб. (цена экземпляра 40 р., скидка 20%).

Постановление состоялось 7-го июня, а сегодня 12 августа. Целых 2 месяца тянется дело, а «возу все нет ходу». Деньги я не получил.

Прошу Вашего содействия к ускорению постановления Музыкального отдела и проведению [его] в жизнь.

Я жду решения. Крестьяне на полевых работах сейчас. Через две недели я начну концерты, и мне необходимы средства.

М. Пятницкий.

(ЦГАЛИ, ф. 2001, oп. 1, д. 2, лл. 4–4 об.)

Но послано было другое письмо, более краткое, где речь шла уже не о приобретении книги, а о субсидии. В этом письме значительно усилилась аргументация в пользу пропаганды народного творчества.

Народному комиссару по просвещению Анатолию Васильевичу Луначарскому

Митрофана Ефимовича Пятницкого

Прошение

С наступлением осеннего сезона, когда страдная рабочая пора крестьянина кончается, — обычно в течение последних лет, — звучала в Москве русская народная песня (концерты М. Е. Пятницкого с крестьянами). С болью душевной думаю: зазвучит ли она в предстоящем сезоне?

Истекший сезон прошел благополучно: было дано около 80-ти концертов, начиная с Кремля и кончая фабриками и заводами, народными театрами и клубами, и даже в пригородах Москвы (Петровско-Разумовское).

О значении этих концертов для народа свидетельствуют прилагаемые документы. Да Вы и сами имели случай слушать пение крестьян

(27 мая 1918 г. в Комиссариате народного просвещения) и видеть настроение собравшейся на концерт публики.

Дайте возможность звучать по-прежнему русской песне. Придите мне на помощь, как Вы уже это делали, и разрешите мне выдачу единовременной субсидии на ведение крестьянских концертов по усмотрению Вашему, принимая во внимание настоящую дороговизну жизни.

При этом прилагаю ходатайство Музыкального отдела Народного комиссариата просвещения за № 74498 от 14 августа 1919 г.

М. Пятницкий.

1919, август 15.

(ЦГАЛИ, ф. 2001, oп. 1, д. 13, лл. 1–1 об.)

Резолюция Луначарского от 21 августа 1919 года гласила:

Прошу Музо урегулировать отношения государства с хором Пятницкого.

Как известно, со временем «отношения государства с хором» были урегулированы наилучшим образом: хор стал государственным. Сохранению же уникального коллектива мы во многом обязаны Луначарскому, приложившему все усилия для изыскания переходных мер материальной помощи.

Прекрасным дополнением к статьям Луначарского, истолковывающим творчество Скрябина, являются его письма, показывающие, что мемориальный музей композитора был сохранен во многом благодаря заботам Анатолия Васильевича. Он стремился к тому, чтобы музей стал не только культурно-просветительным учреждением, знакомящим с жизнью великого композитора, но также и центром, ведущим активную научную работу.

Наркомпрос
Главнаука, т. Лупполу

Дорогой Иван Капитонович!

Не возможно ли оставить при Главнауке музей им. Скрябина? Дело в том, что в юбилейном чествовании Скрябина я в присутствии 2 000 людей в зале консерватории сказал, что этот музей должен быть оставлен как память великого музыканта и что при нем следует организовать научно-музыкальный кружок по изучению скрябинской и послескрябинской новейшей музыки. Это было принято, могу сказать, с энтузиазмом всеми присутствующими. Я уже переговорил кое с кем из научных музыкальных работников, которые согласились войти в кружок. Думаю, даже при всей моей загруженности, лично принять участие в этом музыкальном кружке. Пожалуйста, сообщите мне, что Вы можете сделать для этого небольшого, но могущего стать ценным музея.

(ЦПА ИМЛ, ф. 142, oп. 1, д. 450, л. 86)

М[осковский] О[тдел] Н[ародного] О[бразования]
Заместителю заведующего музыкальным отделом
О. Л. Бему

Дорогой Оттон Людвигович,

В ведение МОНО перешел музей им. Скрябина. Я присоединяюсь к просьбе Правления этого музея о том, чтобы его не закрывать и не свертывать. Я думаю, что при нем мог бы быть организован научно-музыкальный кружок по изучению музыки Скрябина и послескрябинской новейшей музыки у нас и на Западе. Я лично хотел бы принять участие в таком кружке. Я наметил уже кое-каких музыкальных деятелей, которые уже согласились на такую работу. Вот почему, если есть малейшая возможность спасти этот музей от свертывания, я всячески буду настаивать на этом. Ваша помощь здесь чрезвычайно нужна.

(ЦПА ИМЛ, ф. 142, oп. 1, д. 442, л. 62а)

26 июня 1930 года Луначарский писал:

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка

Содержание