Выпуск № 12 (445) | 1975 - страница 42

та Изаи и первая часть концерта по выбору участника. В третий тур попадают 12 человек (премий 12) и играют весь концерт с оркестром и одну из предъявленных шести пьес. Какую именно — решает жребий. В конкурсе принимает участие очень сильный скрипач из Вены Однопосов, получивший первую премию на международном конкурсе, в 32 или 33-м году в Вене². <...> Хоть бы скорей этот конкурс кончился. Мне не нужно тебе рассказывать, какая это трепка нервов, так как ты все это со мной переживаешь. Надо сказать, что я сравнительно чувствую себя хорошо и настроен драться зверски, но, увы, не все от меня зависит, многое зависит от того, как будут играть другие.

Марина должна была играть завтра днем, но ввиду того, что она не совсем здорова, вероятно, будет играть 24-го. Однопосов, Миша, я и еще 9 человек играют послезавтра утром. Лиза — послезавтра днем³ <...>

Брюссель, 1937. Счастливый победитель

III. 26 марта 1937 года.

Брюссель

...За два дня, с 23-го по 26-е столько новостей произошло, столько горестей, радостей и трепки нервов, что в одном письме всего не опишешь. Начну с того, что в тот же день, когда я играл в первом туре (23) и когда отправил тебе последнее письмо⁴, во второй половине дня играла Лиза. Играла исключительно, а так как никто от нее ничего не ожидал (ее не знали), она произвела впечатление разорвавшейся бомбы <...> после первого тура она осталась фавориткой.

25-го начался второй тур. В связи со всем происшедшим я так нервничал, что чувствовал себя совершенно разбитым и больным. Как тебе, вероятно, уже стало известно, из 58 игравших во второй тур попали только 21, причем целый ряд очень сильных скрипачей не попали (Антон, Маджиар и другие). То, что наши все попали — замечательно. Надо сказать, что конкурс вообще невероятно трудный и необычайно высокого класса.

Да, так вот, 25-го (вчера) утром я себя так чувствовал, что думал отказаться от дальнейшего участия в конкурсе. К тому же, за два-три часа до моего выступления я узнал, что жюри постановило играть с роялем весь Концерт вместо первой части, я же повторял только первую. У меня буквально ноги подкосились. В таком состоянии я поехал играть. По дороге меня так тошнило и останавливалось дыхание, что я решил приехать и отказаться играть. Кстати, я был бы уже далеко не первым отказавшимся. Многие не выдерживают этого сумасшедшего напряжения. Когда я приехал, играл Однопосов Чай-

ковского. Замечательно играл. За кулисами я сидел с опущенными руками и не знал, что делать.

Но представь себе, я вышел на эстраду и почувствовал, что все эти глупости сразу прошли и что я буду играть в полную силу. И что ты думаешь — Сонату Изаи я сыграл очень хорошо⁵, а Концерт Чайковского так, как никогда не мечтал, с таким напором и так блестяще технически как никогда в жизни⁶. Успех был колоссальный. Все члены жюри приходили и поздравляли меня, а мне все это казалось сном. Опять пошли разговоры: «ну, конечно, вот это первая премия» и т. д. После этого сверхчеловеческого напряжения я свалился и весь вечер пролежал трупом.

Сегодня я весь день провел на конкурсе, так как решил послушать некоторых конкурсантов. Утром играла Лиза. Играла очень хорошо, но такого впечатления, как в первом туре, не произвела. Разговоры об абсолютном ее превосходстве закончились, она это почувствовала и сегодня целый день плачет <...>

Если бы ты видела, какое море слез, разочарований, обманутых надежд представляет из себя для большинства этот конкурс. Когда я приеду — расскажу тебе много мрачных деталей. Завтра последний день второго тура. Больших изменений в общем настроении он дать не может, так как все «корифеи» уже играли. Перед третьим туром складывается такая ситуация: я думаю, что есть шансы всем пятерым попасть в финал, а это значит всем пятерым получить премии, так как в финале будет играть 12 человек, а премий тоже 12 <...> Конечно, последний тур может внести существенные изменения, но настроение сегодняшнего дня таково.

Напряжение в кулуарах конкурса потрясающее. Об участниках нечего говорить. Все потрясены необычайно высоким классом советской делегации. Завтра вечером будет известно, кто именно в числе 9-ти человек вылетает. Новые слезы! Вообще крови здесь проливается невероятное количество. Вот это пока примерно все <...>

IV. 1 апреля 1937 года

Брюссель

<...> Можешь себе представить, какой сегодня волнительный день — вечером будут оглашены результаты конкурса. Позавчера я играл в 3-м туре Чайковского с оркестром и Пассакалью. Играл, по-моему, очень хорошо, так же, как во втором туре. Успех был очень большой. Я очень доволен тем, что играл все 3 раза в полную силу. Лучше я не могу, а остальное от меня не зависит <...>.

Сейчас трудно сказать, кто получит первую премию, но шансы у меня безусловно есть. Впрочем, можно получить также четвертую. Вчера после выступления наших девушек состоялся прием у министра просвещения. Там мне наговорили массу комплиментов, причем рассыпались такие люди, как Флеш, Тибо, Куленкампф, Сигети⁷. Сигети слышал меня по радио из Москвы концерт Виотти и сонату Изаи. Я шел спать счастливый, а встал сегодня опять с сомнениями, болью в сердце и тошнотой. Я не сплю ежедневно с 5–6 ч. утра. При моей привычке спать утром можешь себе представить, как я растрепан. Долго, вероятно, придется мне приводить себя в порядок. Но хоть результаты были бы хорошие. Шансы есть крупные, теперь бы только немножко счастья.

Позавчера, перед тем, чтобы отправиться играть, я получил твое письмецо. Не можешь себе представить, как оно меня ободрило, вчера я получил от вас всех телеграмму и сегодня от мамы письмо. Для меня сейчас твои письма — воздух, пойми это и пиши чаще.

Надо сказать, что живем мы все поразительно дружно и делим все радости и невзгоды сообща. Это придает силы.

Все газеты полны сообщений о фантастических результатах со-

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка

Брюссель, 1937. Счастливый победитель

Содержание