Выпуск № 11 (420) | 1973 - страница 27

Не случайно первый настоящий режиссерский успех Наталии Сац принесла сказка «Негритенок и Обезьяна» ⁵ — спектакль, целиком построенный на музыке, где поступки, характеры героев раскрывались во многом через танец, пантомиму. Не ошибусь, если скажу, что для маленьких москвичей довоенного времени «Негритенок и Обезьяна», а также появившийся несколько позже «Золотой ключик» по сказке А. Толстого (оба спектакля в постановке Сац, оба с музыкой Л. Половинкина) были такими же яркими, запоминающимися событиями, как для взрослых лучшие работы МХАТа той поры. Уходя из театра, ребята уносили в памяти не только полюбившихся им героев, но и связанную с ними музыку. В московских дворах и на школьных переменах можно было не раз услышать веселую песенку Буратино: «Это очень хорошо, даже очень хорошо...»

Центральный детский театр стал, по существу, местом, где детей приобщали к музыкальному искусству. Такая задача решалась не попутно, а как одна из важнейших. Шли поиски новых форм, новых путей, способных привести в этот прекрасный мир ребят всех возрастов, включая самых маленьких. В процессе этих поисков родился совсем новый жанр — симфоническая сказка для детей, которую параллельно с чтецом «рассказывают» инструменты оркестра. Сказку эту — «Петя и Волк» — сочинил, как известно, С. Прокофьев, увлеченный инициативой и замыслом Наталии Сац (она же была первой рассказчицей сказки и выступает в этом амплуа по сей день).

Но не только детям служил ее режиссерский талант. Интереснейшая страница жизни Наталии Ильиничны связана с постановками опер во взрослых театрах. Ее крестным отцом на этом поприще был знаменитый немецкий дирижер Отто Клемперер, с которым она познакомилась еще в 20-ые годы во время его гастролей в СССР и с которым состояла в переписке вплоть до недавней его кончины. Это он рискнул пригласить молодого режиссера, да еще женщину (что уже само по себе было по тем временам неслыханным), поставить вместе с ним «Фальстафа» Верди на сцене берлинской Королевской оперы. Успех спектакля, основанный, по свидетельству прессы, прежде всего, на единстве музыкально-сценического движения, на полном взаимодействии всех факторов театра, был не только личным успехом молодой постановщицы, но и успехом советского искусства, которое она представляла в тогдашней Германии, где весной 1931 года уже существовал фашизм, злобно клеветавший на все советское.

Прошло совсем немного времени, и океанский корабль увез Наталию Сац в Южную Америку, в далекий Буэнос-Айрес. Здесь в знаменитом «Театро-Колон» она поставила «Свадьбу Фигаро» Моцарта (дирижировал Клемперер) с участием оперных звезд из разных стран. Русская Наташа, как звали ее все, сумела подчинить своей воле (вновь приходится вспомнить это слово) капризных баловней оперной сцены, ценивших превыше всего личный успех, сумела заставить их двигаться, общаться друг с другом, а не только выпевать ноты. И этим немало поразила аргентинскую публику и прессу, которая писала, что «спектакль глубоко психологичен, как это бывает только в драме», что тем самым «русская художница создала новую эпоху в искусстве оперы». Те же достоинства режиссерского почерка Сац — психологичность, жизненную правдивость, музыкальность — высоко оценили и наши слушатели, когда много лет спустя на сцене алма-атинского Большого оперного театра шла в ее постановке «Чио-Чио-сан» Пуччини с талантливейшей Куляш Байсеитовой в заглавной роли (дирижировал В. Пирадов).

Премьера вызвала широкий отклик. О ней восторженно отозвались на страницах «Казахстанской правды» Николай Черкасов, Корнелий Зелинский, Серафима Бирман, Сергей Эйзенштейн. В статье последнего читаем: «Спектакль доказывает возможность полного слияния музыкальной стихии со стихией зрелищной, на чем строится существование и осуществление таких празднеств подлинной театральности, как постановка Наталией Сац “Чио-Чио-сан” в Большом оперном театре Алма-Аты».

Опыт оперной режиссуры и опыт театральной работы для детей — они слились воедино, когда во втором пятидесятилетии своей жизни Сац создала и возглавила уже упомянутый мною первый в мире Детский музыкальный театр. Создала буквально на пустом месте — без традиций, без репертуара, без необходимых певческих и артистических кадров (их тоже пришлось создавать, то есть определенным образом воспитывать уже в процессе подготовки первых спектаклей).

Впрочем, традиции в широком смысле слова, конечно, существовали. Пестуя свое новое детище, Сац опиралась на воспринятый ею еще в юные годы богатейший пласт музыкальной и театральной культуры, где главным требованием к искусству было глубокое и правдивое отражение жизни. Пожалуй, никогда ра-

__________

⁵ Спектакль этот в том виде, как его поставила Сац, шел в ряде театров у нас и за рубежом. Недавно он возобновлен ею на сцене Детского музыкального театра.

нее проблема поисков сценической правды не вставала перед Наталией Ильиничной с такой остротой: ведь воспринять эту правду, вопреки всем оперным условностям, должны были дети, чья реакция на всякую фальшь обычно мгновенна и бескомпромиссна. И здесь вновь причиной всех удач стала верность музыке — то, что поиски правды шли не вопреки ей, не около нее, а в ней самой.

Вспомним, например, постановку Сац оперы Д. Кабалевского «Сестры» — как точно совпало здесь лаконичное, камерное режиссерское решение с характером музыки, как оно помогло глубже раскрыть ее достоинства и, прежде всего, тонкий лиризм, душевную теплоту. Удача эта особенно знаменательна, поскольку опера и спектакль обращены к самой трудной и взыскательной возрастной категории — к старшеклассникам.

А сколь близки оказались режиссеру яркая театральность, темперамент, то лукавый, то злой юмор музыки Т. Хренникова в детской сатирической опере «Мальчик-великан». (Замечу, что оба автора еще на заре своей композиторской юности работали с Наталией Сац, создавая музыку к ее драматическим спектаклям.)

Вообще, сам факт существования Детского музыкального театра стимулирует появление оперной литературы для детей (до сих пор можно было говорить только об отдельных произведениях). Надо ли доказывать, сколь это важно для эстетического воспитания будущих поколений и какая ответственность ложится на плечи коллектива и его руководительницы в их поисках авторов и наиболее талантливых (вспомним слова Горького), и наиболее ощущающих специфику искусства, адресованного детям.

Возвращаясь к разговору о традициях, на которых Сац воспитывает своих артистов, не могу промолчать еще об одной — о традиции самоотверженного, бескорыстного служения искусству. Сац удалось сплотить коллектив подлинных энтузиастов, умеющих работать с полной самоотдачей, причем в очень нелегких условиях ⁶, не знающих, что такое премьерство. Эти отличительные черты сыграли, думается, не последнюю роль в том, что театр за очень короткий срок завоевал безоговорочное признание детской аудитории, что многие его спектакли вызвали положительные отклики у музыкальной и театральной общественности.

Наталии Ильиничне не раз приходилось выступать с докладами о своей работе и у нас в стране, и за рубежом. Во время одного из таких выступлений перед театральными деятелями Чехословакии Сац, отвечая на вопрос, содействует ли Советская власть развитию детского театра, сказала: «При буржуазном строе такой театр существовать не может. Он — дитя Октября».

Невольно хочется это определение отнести к самой Наталии Ильиничне. Ее энергия, общественный темперамент, ее неуемная жажда открывать новое, наконец, ее стремление служить тем, кому принадлежит будущее, — где же как не в стране, рожденной Октябрем, могли раскрыться эти черты с такой полнотой. Характер личности оказался воистину созвучным характеру эпохи.

Недавно Наталии Ильиничне исполнилось семьдесят лет. Трудно в это поверить — столь молода она духом, столь активна. Достаточно взглянуть на маршруты ее последних зарубежных поездок: Болгария, ГДР, Австрия, Канада, Испания, США, где ей вручили Национальную премию Театральной ассоциации Америки и Ассоциации детских театров. Постановки спектаклей, доклады, встречи... И одновременно напряженная работа в театре. Нет, и по сей день не порвалась нить, связывающая теперешнюю Наталию Сац, народную артистку РСФСР, лауреата Государственной премии СССР, кандидата искусствоведческих наук, с девочкой Наташей, храбро шагавшей по улицам холодной и голодной Москвы 20-ых годов в поисках помещения для детского театра, с девочкой, которая когда-то на вопрос Луначарского, сколько ей лет, ответила, желая скрыть свои несолидные годы: «При чем тут возраст?». И оказалась права. Наблюдая сегодняшнюю кипучую деятельность Наталии Ильиничны, убеждаешься, что у таких людей, как она, возраст всегда ни при чем.

_________

⁶ У театра до сих пор нет собственного зала, большинство спектаклей проходят на выездах в разных, подчас плохо приспособленных помещениях.

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка

Содержание