руки его отражают ее сущность, а не только метроритмическую сетку, вступления инструментов, нюансы, темпы...

«Если Вы потом пробуждаетесь от этого грустного сна и должны вернуться в суматоху жизни, то с Вами легко может случиться, что эта вечно подвижная, всегда беспокойная, всегда непонятная суета станет страшна для Вас, словно кружение танцующих фигур в ярко освещенном бальном зале, куда Вы заглядываете из ночной тьмы с такого расстояния, что музыка больше не слышна. Тогда жизнь становится для Вас бессмыслицей, страшным сном, от которого Вы, может быть, внезапно проснетесь с криком отвращения. Это — третья часть!» — так определял ее содержание сам композитор. Дирижер нашел оригинальное решение для передачи этого замысла. В трактовке Темирканова «пробуждение от грустного сна», о котором пишет Малер, происходит не сразу, «суматоха жизни» настойчиво стучит в дверь, но лишь постепенно вторгается в сознание, где потом и господствует, все подавляя своим торжествующим perpetuum mobile.

Совершенно иные краски — в четвертой части — в песне «Urlicht» на стихи из «Чудесного рога мальчика». Проникновенные pianissimo, выразительное пение — не только солистки Е. Гороховской, но буквально каждого из инструментов, принимавших участие в исполнении этой тончайшей и поэтичнейшей миниатюры.

И, наконец, — финал. Напряженнейший, неистовый, исступленный, исполненный мучительной борьбы, которая приводит в заключение к торжественному, ликующему гимну. К оценке интерпретации финала в полной мере относится все то, что уже было сказано по поводу «Тризны». Также убедительно была вылеплена форма — еще более сложная и объемная, чем в первой части. Столь же точным оказался и расчет звучности, с железной непреложностью подводящий к центральной кульминации — заключительному хору на стихи Ф. Г. Клопштока.

Исполнителями финала, наряду с оркестром, были К. Изотова, Е. Гороховская, хор Ленинградского телевидения и радио и Хор студентов Ленинградского университета (художественный руководитель Г. Сандлер), по праву разделивших успех концерта. Хочется отметить и еще одного солиста — концертмейстера оркестра Л. Шиндера.

Исполнением Второй и Третьей симфоний Темирканов доказал, что имеет право на редкое наименование «малеровского дирижера». Остается надеяться, что он еще не раз подтвердит это право. Быть может, именно ему мы будем обязаны премьерами никогда еще не звучавших в Ленинграде Шестой и Восьмой симфоний? Или крайне редко исполняемой Седьмой? Время покажет. Сегодня же мы от души благодарны ему за Вторую.

Л. Михеева

ТАРТУ

Всесоюзный камерный

В прошлом сезоне местом проведения очередного Всесоюзного фестиваля камерной музыки был избран Тарту — старинный университетский город, издавна игравший роль культурного центра Эстонии, в частности центра ее сравнительно молодой музыкальной культуры. С именем тартуской поэтессы Лидии Кондулы и ее отца Янсена связаны важнейшие начинания культурной жизни Эстонии: первые спектакли национального театра и певческий праздник, 100-летие которого недавно отмечалось. Напомним и о давних музыкальных традициях Тартуского университета, в зале которого с 1809 года стали регулярно проходить концерты. Здесь выступали Клара и Роберт Шуман, Лист, Сарасате, позже, уже в XX веке, — С. Прокофьев, Н. Метнер, А. Гречанинов, Н. Орлов, А. Боровский, К. Аррау, И. Унгар и многие другие знаменитые музыканты. Активна и разнообразна современная концертная жизнь Тарту. В распоряжении исполнителей два зала — замечательный по акустическим качествам Колонный актовый в университете и новый концертный зал в здании театра «Ванемуйне».

Всесоюзный фестиваль камерной музыки нынешнего года не имел точного стилистического «прицела», как это было, например, в 1972 году в Вильнюсе, где звучала музыка Моцарта и современных композиторов. В Тарту одни концерты посвящались целиком творчеству какого-либо композитора, в программы других входили сочинения различных музыкальных стилей.

В десяти концертах приняли участие музыканты из РСФСР, Армении, Грузии, Литвы и Эстонии. На открытии фестиваля в зале театра «Ванемуйне» выступил хорошо известный эстонским слушателям вокально-инструментальный ансамбль солистов Московской филармонии «Мадригал» Первое отделение его концерта состояло из произведений английской музыки трех столетий — XIV, XV и XVI, второе — немецкой музыки эпохи Реформации. По-

давляющее большинство публики впервые получило возможность услышать звучание виолы да гамба и продольных флейт. Отличное впечатление оставил клавесинист Б. Берман. Большое внимание ансамбль уделяет и зрелищной стороне концерта: освещение сцены свечами, стилизованные костюмы солистов — все это способствовало еще более цельному восприятию музыки.

На следующий вечер в том же зале звучала музыка Вивальди в исполнении Государственного камерного ансамбля Армении. Руководитель ансамбля 3. Саакян рассказал, что он долго и тщательно составлял программу. Из более чем пятисот изученных им партитур дирижер отобрал Соncerti grossi C-dur, G-dur, F-dur, концерты для флейты с оркестром а-moll и для одной, двух, трех и четырех скрипок с оркестром, две арии из кантаты «Неблагодарная Лидия» и арию из оратории «Триумф Юдифи» (солистка О. Габаян). Из солистов ансамбля хочется отметить флейтиста Л. Алояна.

Выступлением Литовского струнного квартета (Э. Паулаускас, К. Калинаускайте, Ю. Фледжинскас, Р. Кулипаускас) начались концерты в Колонном актовом зале Тартуского университета. Наряду с Квартетом G-dur Моцарта (К–387), были исполнены третий квартет «Девять писем и Post Scriptum» Ю. Юзелюнаса (с участием Т. Николаевой) и Фортепианный квинтет Д. Шостаковича. Квартетисты показали себя зрелыми музыкантами, ясно чувствующими форму и стиль каждого интерпретируемого сочинения.

Ансамбль «Барокко» выступал в Эстонии впервые. «Мы работаем в древнем городе Ярославле, — сообщил руководитель ансамбля скрипач И. Попков, — и, естественно, мы задались целью возродить русскую инструментальную музыку XVIII века». Последняя была представлена в их программе Концертом g-moll М. Березовского для четырех инструментов и клавесина. Сюитой Е. Фомина «Орфей», Симфонией C-dur из Ярославского сборника неизвестного автора XVIII века. Ансамбль играл также произведения Куперена, Перголези и Телемана. Есть в репертуаре «Барокко» и сочинения XX века, главным образом советских авторов.

Актовый зал Тартуского университета

От Эстонии на фестивале выступили два коллектива — Квинтет духовых инструментов и Таллинский камерный хор. Духовой квинтет (С. Саудус — флейта, X. Вярв — гобой, Р. Карин — кларнет, Э. Саанпере — фагот, У. Уусталу — валторна), начавший свой творческий путь в 1942 году в Ярославле в составе государственных художественных ансамблей ЭССР, — старейший камерный коллектив, республики. Многочисленные выступления Квинтета во всех союзных республиках, а также за рубежом (в ГДР и Финляндии) свидетельствуют о его плодотворной деятельности. О том же говорит и ряд сочинений эстонских композиторов, специально написанных для этого ансамбля. В фестивальной программе Квинтета прозвучали Фортепианный секстет Я. Ряэтса и Квинтет К. Синка и М. Куулберга, а также Фортепианный секстет Ф. Пуленка (партию фортепиано в обоих секстетах исполняла В. Вахи).

Таллинский камерный хор, организованный в 1962 году при Союзе композиторов Эстонии, состоит из тридцати пяти певцов — в основном это хоровые дирижеры и преподаватели музыки средних школ. Возглавляют коллектив дирижеры К. Аренг, А. Ратассепп, A. Юлеоя. С большим успехом прошли гастроли хора в Москве, Ленинграде, Вильнюсе, Берлине, Ростоке, Брно, Братиславе. В 1971 году коллектив завоевал звание лауреата и две первых премии на международном фестивале хорового пения в Ареццо (Италия).

Исполнительские возможности коллектива действительно замечательны — в этом вновь убедил фестивальный концерт. Особенно виртуозно, и вместе с тем выразительно, звучат сопрано, владеющие палитрой динамических красок от ррр до f. В низких голосах, быть может по объективным причинам, мы не слышали такой же гибкости и технической свободы.

Камерный хор выступил на фестивале с программой очень широкого диапазона, быть может даже излишне «пестрой». В нее вошли произведения Джезуальдо, Монтеверди, Векки, Танеева, Калинникова, Г. Свиридова, эстонских композиторов К. Крээка, М. Саара, П. Сюда, У. Найссоо, B. Тормиса, эстонские и другие народные песни.

Самый живой интерес вызвали

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка

ТАРТУ

Всесоюзный камерный

Актовый зал Тартуского университета

Содержание