В Тринадцатой симфонии особенно широко применена политональность — средство, помогающее выразить динамичные, психологически острые современные образы и конфликты. В отдельных случаях (например, в третьей части, представляющей собой как бы призыв к действию) автор, оперируя двенадцатью ступенями диахроматической тональности (термин Л. Карклиня), создает не совсем обычный ладовый колорит, сообщающий музыке внутреннюю взрывчатую энергию:

Надо отметить, что у Я. Иванова всегда ярко выражена устойчивость музыкальной архитектоники, в том числе тонального плана. В конечном итоге функциональные связи четко прослеживаются и в общем тональном плане Тринадцатой симфонии, и в отдельных деталях: в структуре тем, опорных пунктах мелодического движения и т. д. Так, например, в начале первой части политональность возникает как результат активного движения мелодических голосов, но в развитии преобладает d-moll:

В своих прежних симфониях композитор нередко насыщал музыкальную ткань остинатностью. В «Symphonia humana» автор очень умеренно применяет этот прием. Полифонический по преимуществу склад фактуры обеспечил господство принципов линеарности. Впрочем, уже в предыдущих четырех симфониях Я. Иванов почти полностью отошел от гомофонно-гармонического стиля и сосредоточил основное внимание на горизонтали. Комплексное мелодическое движение в его Тринадцатой симфонии способствует весомости того или иного голоса. Яркие примеры такого рода — начало второй и третьей частей.

Особо важное значение в драматургии симфонии приобретает метроритмика — свободная, широкая, непериодичная. Медленно развертывающиеся эпические образы имеют преимущественно регулярное метрическое строение. Изменение же метрики нередко фиксирует начало кульминации. Причем контраст в этой области (как и в предыдущих произведениях композитора) часто дается не по вертикали, а по горизонтали.

Каждая симфония Я. Иванова содержит достижения в оркестровке. Новый опус написан для тройного состава. Помимо широкого использования чистых тембров (особенно в крайних частях симфонии) композитор применяет немало «синтетических» сочетаний. Яркий пример в этом смысле представляют Preludio, где, как уже говорилось, именно инструментовка придает разный характер одному и тому же музыкальному материалу. Первую прелюдию исполняют контрабасы и виолончели, вторую — трубы и тромбоны, колорит третьей определяют деревянные духовые...

Верный своим творческим принципам, Я. Иванов избегает «обнаженных» чувств, внешних эффектов, эмоционального красноречия. Его музыка проста, сурова и глубоко человечна. Гармоничное единство чувств и мыслей — одна из важных предпосылок создания подлинных эстетических ценностей. Симфонизму Я. Иванова присуще это единство, оно является его коренной особенностью.

В заключение подчеркнем, что, хотя в «Symphonia humana» нет прямых цитат из народных песен, нет легко узнаваемых элементов фольклора, — это истинно латышская музыка по особенностям мышления и мировосприятия, по характеру выразительности; думается, к ней смело можно отнести слова Г. Свиридова, сказанные однажды о Восьмой симфонии Я. Иванова: «Это вполне латышская музыка, которая могла родиться только под небом Латвии».

Впервые в нашей республике предпринята попытка отобразить средствами эпически возвышенного симфонизма образ великого Ленина. В этом принципиальное значение зрелого художественного опыта Яниса Иванова. Достижение его стало новой удачей национальной культуры, достойным вкладом в советский симфонизм и в советскую музыкальную Лениннану в целом.

_________

начальное фугато вводит в круг интенсивных размышлений. Значительное остротрагическое развитие получает благодаря канонической имитации в тритон главная тема Пятой симфонии. Характерны также пассакальи в Восьмой и Девятой симфониях.

Сказ о первой горе

Слова Г. Латыпа, перевод М. Тазетдинова

Музыка А. Ключарева

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка

Сказ о первой горе

Содержание