Выпуск № 4 (413) | 1973 - страница 76

С. Кац и московские артисты после концерта в Тюмени

в живом исполнении, может быть и вообще впервые. Таким образом, предстоял своего рода большой экзамен советскому музыкальному искусству — и композиторскому и исполнительскому. Нас, конечно, тревожило, как все сложится. Но теперь, когда все концерты и встречи позади, мы испытываем чувство глубокого удовлетворения.

Н. Пейко. На меня произвел очень приятное впечатление Омский симфонический оркестр, с которым я исполнил несколько моих сочинений. Коллектив этот дисциплинированный, оркестранты внимательны, приветливы; большая часть их — молодежь, полная желания трудиться и совершенствоваться. С подъемом, уверенно играл оркестр под управлением С. Когана, отлично действовал и под руководством Г. Проваторова. Думается, что Тюменские дни музыки были для коллектива подлинной школой.

A. Эшпай. Должен сказать, что исполнение в Тюмени моего Второго фортепианного концерта стало для меня просто событием. Я получил настоящее эстетическое наслаждение от того, как Г. Проваторов работал с коллективом и со мной, солистом. Это было такое музицирование, которое рождается, когда и дирижер, и каждый оркестрант, и солист вкладывают в игру все, на что они способны. Это был единый ансамбль. Услышать свою музыку в подобной интерпретации для композитора подлинный праздник.

B. Казенин. А ведь оркестру пришлось подготовить много премьер.

Н. Пейко. Должен сказать, что фестиваль был очень хорошо организован. И в Тюмени и в Тобольске все делалось вовремя, не оказалось никаких задержек, мелких или крупных неурядиц, которые так портят и затрудняют проведение подобных мероприятий. Иным филармониям не мешало бы поучиться у Тюменской организационной хватке. Вот в сентябре 1971 года мне пришлось быть на «Ставропольской осени». Сначала концерт объявили в зале. Затем его неожиданно перенесли на открытую эстраду парка. Пришел туда — увидел, что на скамьях сидит несколько человек. А ведь как это обидно: зря потраченные средства, труд, человеческое время. И каков моральный ущерб!

В. Казенин. Не только местная филармония, но и печать способствовала успеху фестиваля.

Н. Пейко. Это действительно так, хотя был один досадный эпизод. Пришел ко мне молодой человек брать интервью. Прочел я потом в газете, что он написал, — чистейшая отсебятина! Правда когда мы знакомились, он сказал: «Я вообще-то работаю по нефти, по газу, да вот (нехватка кадров) послали к вам — по Искусству». Словом, как в одном из номеров у Райкнна: «Бросили меня на искусство».

Из всех городов на меня самое большое впечатление произвел Тобольск: там еще можно ощутить величественный дух драматических страниц русской истории. Право, у меня было такое чувство, что я посетил святые места: могилы декабристов, обрыв, который нарисовал Суриков в картине «Покорение Сибири Ермаком».

А. Николаев. Важно, что здесь сохранилось благоговейное, святое отношение к истории города. Здесь жили декабристы. Они основали в Тобольске первую русскую гимназию. Они заложили здесь, в когда-то глухом углу России, прочные традиции культуры. И отрадно, что эти традиции плодотворны и сегодня. Секретарь Тобольского горкома партии рассказывал нам о перспективах развития города. Через два года население Тобольска должно удвоиться. И сегодня здесь уже думают о том, как привить этому новому населению ува-

жение и любовь к славным страницам истории. Все, что я сейчас говорю, не умозрительно. Все это мы ощутили уже при встречах с местной публикой. Аудитория в Тобольске потрясла нас. Очень много молодежи. Причем на камерном концерте. Жанры, которые принято считать наименее популярными, здесь встретили настоящее понимание, — а ведь за этим мы туда и ехали.

Л. Лядова. В самом деле, это была для всех нас истинная радость: именно камерные концерты пользовались огромным успехом. С большим вниманием аудитория слушала романсы Н. Пейко на стихи Н. Заболоцкого и американских поэтов, вокальный цикл А. Николаева на стихи М. Цветаевой, Фортепианную сонату Р. Бунина, Сонату для альта Е. Макарова. В Тюменском музыкальном училище камерный концерт, включавший и песни, шел с семи часов вечера до полночи. И был огромный успех, никто не ушел.

Н. Пейко. На все концерты симфонической музыки собиралось тоже очень много публики. Слушали внимательно, хорошо принимали, особенно новинки, ощущался тесный контакт между автором, артистами и залом.

A. Николаев. Дни музыки в Тюмени стали очень удачным опытом объединения в одном фестивале и в одном концерте произведений разных жанров. У нас были сначала сомнения, но и нам и нашим слушателям это понравилось.

Н. Пейко. Видимо, здесь играет роль момент переключения восприятия.

Л. Лядова. На лекции, которую нам прочитали в Тюменском обкоме партии, мы многое узнали об этом крае. Это был по-настоящему захватывающий рассказ о делах людей, которые работают изо дня в день в суровейших условиях сибирской зимы буквально круглые сутки.

B. Казенин. Летом же здесь сплошное болото, страна озер — их тридцать тысяч. Поэтому все работы ведутся только зимой. И нам предстояло увидеть этих людей, их труд собственными глазами. Мы с Ю. Чичковым побывали в Горноправдинске, Березове (место ссылки Меншиковых). В Салехарде и Надыме к нам присоединилась Л. Лядова. В этих местах единственный вид транспорта — самолет и вертолет.

Надым — самый молодой город Советского Союза. Он 1972 года рождения. Здесь тянут газопровод, на берегу Надыма варят трубы. Город пока состоит из четырех-пяти больших домов, школы и множества вагончиков. Но, уже функционирует клуб, где есть пианино. Надымцы с гордостью говорят о своем городе, о том, что здесь будут скоро выстроены Дворец культуры, школы, жилые многоэтажные дома. Город не оторван от жизни страны. Малыши, например, спрашивали нас, как здоровье Д. Кабалевского, они знают откуда-то, что он болел. (Замечу, что Салехард после Надыма выглядит как столица, здесь красивейший Дом культуры народов Севера.) В Надыме Людмила Алексеевна сочинила о нем песню.

Л. Лядова. Получилось это так: пришел ко мне из горкома партии комсомолец Юра Субботин и принес текст. Я за день написала музыку. В результате родилась песня, о молодом Надыме. Молод не только город. Значительная часть его населения — молодежь. Комсомолия здесь боевая, ведет огромную хозяйственную и культурную работу; Владислав Игоревич тоже сочинил там песню — о железной дороге Ивдель — Обь.

В. Казенин. Повсюду после концертов к нам приходили люди, тепло беседовали, расспрашивали, о нашей работе и почти всегда просили создать песню об их городе.

В Салехарде я получил записку следующего содержания:

«Уважаемый Владислав Игоревич!

Пожалуйста, напишите песню о Салехарде, о нашем маленьком ненецком народе. Этот очень мужественный, трудолюбивый и гостеприимный народ совершает большие дела: дает стране пушнину, рыбу, газ, нефть. Выращивает оленей, их 400 тысяч голов в округе... Я безгранично люблю свой суровый край. Я, дочь пастуха, рыбака, охотника, горжусь своим Ямалом... Убедительно прошу: напишите песню о нашем крае, о могучей Оби, о ее богатствах и просторах».

Об этом надо серьезно подумать — о песнях про города и профессии. Мы убедились, что людям такие песни очень нужны...

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка

С. Кац и московские артисты после концерта в Тюмени

Содержание