Выпуск № 2 (387) | 1971 - страница 30

Марио — Н. Огренич, Чезаре Анджелотти — Б. Горбунов. «Тоска»

Какую же цель ставили перед собой руководители театра, предлагая подобную гастрольную афишу? Думается, прежде всего, показать певческие возможности актеров. А в этом плане первостепенную роль должна была сыграть классика.

«Тоска» Пуччини — своеобразное мерило исполнительского мастерства. За семьдесят лет сценического существования этой оперы театры всего мира накопили немалый опыт ее интерпретации. «Тоска» доступна и небольшим труппам, ибо число действующих лиц в ней невелико. Но она столь же благодатна и для столичных сцен, стремящихся к монументальности зрелища, размаху. Думается, «Тоску» можно трактовать, как говорится, «не мудрствуя лукаво», как реальную «житейскую драму». Но вполне правомерна и такая трактовка, при которой путем создания резких контрастов света и тени, укрупнения значимости отдельных действующих лиц подчеркивается их символическое значение. Скарпиа, предположим, не только палач, злобный убийца, а и воплощение тирании, насилия, душитель свободы страны. Каварадосси же — символ положительных качеств, присущих народу Италии, обобщение его глубинных творческих способностей, его свободолюбивого, непримиримого духа. Для подобных противопоставлений в партитуре содержится изрядное количество «поводов», прежде всего широкое симфоническое развитие, дающее жизнь многим лейтмотивам, лейттембрам.

Одесский театр не пошел по пути такого рода символики, требующей, как правило, новых постановочных решений. «Тоска» в его интерпретации выглядит непритязательно, скромно. Мало эффектов в декорационном оформлении (художник П. Злочевский). Сценический рисунок режиссера Г. Туголесова очень сдержан и не претендует на какую-либо оригинальность. И вместе с тем в спектакле участвуют лучшие вокальные силы театра. Мы услышали здесь Н. Ткаченко (Флория Тоска), ведущих драматических теноров труппы Н. Огренича и Г. Ханеданьяна (Марио Каварадосси), незаурядных по красоте голоса баритонов В. Анисимова и А. Макарова (барон Скарпиа). Художник и режиссер как бы отошли на второй план, дав слушателям возможность сконцентрировать все внимание на пении, на музыке.

С лауреатом Четвертого конкурса имени Чайковского Огреничем москвичи встречались неоднократно, но всегда в концертных залах. Молодой артист за последние годы очень вырос. На московском международном состязании перед нами предстал мастер, владеющий различными вокальными стилями, свободно и легко распоряжающийся своим голосом. И на оперной сцене Огренич подтвердил свою репутацию вокалиста экспрессивной манеры. Талант его раскрывается в полную меру в сольных эпизодах лирико-драматического характера. Отрадно было увидеть в нем и опытного актера, отлично постигшего технику диалога, речитативной декламации. Сценическое поведение Огренича отмечено большой непосредственностью, идущей от глубокого проникновения в исполняемую им роль.

Однако, думается, уровень, достигнутый певцом сейчас, не предел для него. Ему на многое надо обратить внимание. Так, например, в эпизодах fortissimo в верхнем регистре нет-нет, да

и проскальзывало напряжение, форсированный звук. А фрагменты экспозиционного характера, так сказать, серединного звучания, подавались порой как-то блекло и приглушенно.

Впрочем, пристрастие к излишне громкому пению — «на пределе», — когда, кажется, вот-вот задрожат и рухнут стены зала, свойственно не одному Огреничу. Тот же упрек можно адресовать и Ханеданьяну, драматическому тенору необъятного диапазона, красивого тембра, ярких эмоций. Ощутимо, однако, что некоторую «концертность», то есть пение на зал, на зрителя, он нередко предпочитает увлеченной сценической игре.

Ханеданьян поет в яркой «итальянской манере». (Кстати, итальянский репертуар занимает ведущее место и в программах Огренича). Естественно, что, имея в составе своей труппы таких теноров, театр включил в свой репертуар «Тоску».

У Ткаченко голос большой силы, очень красивый в верхнем регистре, но несколько глухой и резкий в нижнем и среднем. Ей несомненно удаются характеры властные, волевые, демонические. Поэтому и Тоска в ее исполнении — натура героическая, ревнивая и взвинченная, а не лирическая, не поэтичная и нежная. Воссоздавая бурные страсти, увлекаясь патетической стороной роли, актриса допускает (особенно во втором действии) грубоватые, излишне акцентированные звучания, подчеркивающие мелодраматический склад речитатива Пуччини.

Думается, что в таких прегрешениях, как утрированное пение, неровное звучание регистров, во многом повинен и дирижер Б. Грузин, сосредоточивший основное внимание на оркестре и на ансамблевой слаженности спектакля. Ведь именно дирижер несет ответственность за качество исполнения всех ролей, является основным руководителем певцов в процессе подготовки постановки.

Оба исполнителя роли Скарпиа, как мы уже говорили, обладают красивыми баритонами благородного звучания. Пуччини — видимо, придавая образу Скарпиа особое значение, — снабдил эту партию детальными ремарками, определяющими чуть ли не каждый момент сценического поведения героя. Из них следует, что характер его должен быть исполнен необычайной силы, сыгран резко, с широкой амплитудой колебаний между спадами и подъемами эмоций. Этой силы, особенно необходимой во втором действии, пожалуй, нехватает ни тому ни другому актеру. Их Скарпиа — скорее образ порочного человека, чем символ злых сил человечества...

Трудно найти два столь контрастных сочинения, как «Тоска» и «Запорожец за Дунаем». Историческая драма и музыкальная комедия, симфонически развитое полотно и простодушное повествование, основанное на сопоставлении непритязательных песен и ансамблей, бытовых зарисовок и разговорных эпизодов.

Может быть, широта этого контраста призвана была продемонстрировать грани исполнительского мастерства труппы? Так или иначе, но в спектакле «Запорожец за Дунаем» одесский коллектив вновь пошел по пути показа своих незаурядных вокальных сил. Назовем среди артистов прежде всего А. Рихтера в роли Карася. Обладатель красивого голоса, актер этот хорошо передает комедийные черты характера своего героя. Он играет свободно, легко, с большой изобретательностью. Под стать ему и Р. Сергиенко (Одарка) — певица, наделенная масштабным, богатым тембровыми красками голосом.

Оксана — Н. Мельник.
«Запорожец за Дунаем»

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка

Марио — Н. Огренич, Чезаре Анджелотти — Б. Горбунов. «Тоска»

Оксана — Н. Мельник.«Запорожец за Дунаем»

Содержание

Оксана — Н. Мельник.
«Запорожец за Дунаем»