Анжель Дидье — В. Ковалева, Князь Франческу — Г. Бугреев.
«Граф Люксембург» Легара

В «Короле вальса» и «Графе Люксембурге» актеры играют с удовольствием и, главное, искренне, и тогда всевозможные условности жанра отступают, из-за опереточных «масок» выглядывают живые характеры.

В спектаклях много интересных актерских работ. В. Юркевич в ролях Анжель Дидье («Граф Люксембург») и Эдит Флавон («Король вальса») очаровывает естественной и тонкой игрой, красивым голосом (у нее хорошие вокальные данные, вот только верхний регистр резковат, особенно в «Большом вальсе»).

В. Волков — граф Рене в оперетте Легара и композитор Густав в «Короле вальса» — прекрасный вокалист, у него свежий сильный голос, уверенная манера пения. Но актерской свободы ему недостает — такое ощущение, что артисту очень не по себе во фраке, да и титул графский изрядно мешает. (Кстати, в роли летчика Кима Лисового в оперетте «Требуется героиня» он выглядел более естественным и подвижным.)

А вот Г. Бугреев чувствует себя превосходно и в солдатских сапогах Митрохина, и в изысканных штиблетах князя Франческу.

Едва ли не самой яркой в «Графе Люксембурге» стала коротенькая роль княгини Клементины в исполнении И. Лихачевой-Куниной. Темпераментная актриса, не поддавшись соблазну внешнего обыгрывания буффонной маски, лепит выразительный характер, подчеркивая комическое в резком несоответствии «формы и содержания» (громоподобный бас, кипучая энергия при стремлении казаться инфантильной влюбленной).

Режиссура, художественное и световое решение обоих спектаклей опираются на музыку. Брызжущая весельем, жизнеутверждающая, полнокровная музыка И. Штрауса вполне соответствует царящему на сцене пышному яркокрасочному зрелищу (режиссер спектакля П. Саблин, художник А. Коротаев, балетмейстер Т. Вьюгина). Особо отмечу сцену свадьбы Густава и Эльзы, бал у герцога, «Большой вальс».

«Граф Люксембург» решен по-иному — более зыбко, иллюзорно, в нежных, пастельных тонах (режиссер Г. Мелехин, художник А. Коротаев, балетмейстер К. Царько), что оправдано лиричной музыкой Легара, ее изысканным оркестровым «нарядом» (очень хороши, например, знаменитый вальс Анжель и Рене «Часто снятся нам сны», звучащий импрессионистически-хрупко на pianissimo, и две его реминисценции во втором действии).

Недостатком того и другого спектакля является их хореография, зачастую оторванная от действия, тормозящая его. Особенно неудачен кордебалет в «Короле вальса».

Итак, первое знакомство с Красноярским театром оперетты состоялось. Оно доставило нам и радость, и огорчение. Театру предстоит много работать, прежде всего, над повышением культуры музыкального исполнения: как вокального (мало по-настоящему хороших вокалистов), так и инструментального («грешили» грубой игрой и форсировкой звука медь и ударные, а струнные оказались «жидкими» и недостаточно виртуозными).

Коллектив молод и увлечен своим искусством, он стремится идти непроторенными путями — возглавляют его опытные мастера (в недавнем прошлом наши земляки) Л. Оссовский и А. Закс.

Творческие замыслы красноярцев обширны. Наряду с классикой и советской опереттой театр предполагает обратиться и к современной зарубежной музыкальной комедии — в плане работа над мюзиклом.

Пожелаем Красноярскому театру оперетты новых творческих удач.

К 90-летию со дня рождения А. Блока

На необычайную музыкальность произведений Александра Блока критика обратила внимание давно. В 1912 году в статье «Письма о русской поэзии» Н. Гумилев, подытоживая разбор трех книг стихотворений Блока, писал: «Слова — как ноты, фразы — как аккорды. И мир, облагороженный музыкой, стал по-человечески прекрасным и чистым — весь от могилы Данте до линялой занавески над больными геранями» («Аполлон», 1912, № 8, стр. 61). На музыкальность стиха Блока указывал В. Брюсов, о поэтическом мастерстве крупнейшего лирика XX века писали В. Жирмунский, Ю. Тынянов и другие.

Статья Б. Асафьева «Видение мира в духе музыки (Поэзия А. Блока)», фрагменты из которой предлагаются вниманию читателей, была завершена 14 июня 1922 года, вскоре после смерти поэта. Статья вызывает особый интерес: в ней, пожалуй впервые, поэтическое слово Блока было проанализировано не поэтом, не литературоведом, а профессиональным музыкантом.

Обращение молодого ученого к изучению творчества Блока не было случайным. При исследовании специфики музыкального искусства и роли музыки в общем художественном процессе Асафьев неоднократно будет обращаться к проблемам взаимодействия смежных искусств. Уже в 1914 году, в самом начале своего научно-публицистического пути, он выступил со статьей «Аластор» Мясковского», в которой анализировал воплощение в музыке поэмы Шелли. В 1942 году Асафьев, работая над книгой о живописи, писал: «Я — музыкант, но, может быть, по психологическому

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка

Анжель Дидье — В. Ковалева, Князь Франческу — Г. Бугреев.«Граф Люксембург» Легара

К 90-летию со дня рождения А. Блока

Содержание

Анжель Дидье — В. Ковалева, Князь Франческу — Г. Бугреев.
«Граф Люксембург» Легара