Выпуск № 11 (384) | 1970 - страница 36

Лилли Ванесси — Н. Энгель-Утина, Фред Грехэм — В. Барынин.
«Целуй меня, Кэт» К. Портера

ства более совершенного, отмеченного печатью современности. Его Яшка-артиллерист («Свадьба в Малиновке») приносит в спектакль мягкий и напевный южный говор, несгибаемое жизнелюбие, находчивость и чисто украинский юмор. Артист приковывает внимание и вызывает восторг зрительного зала не только в танцевальном дуэте с Гапусей. Все, что делал он в этой постановке, проникнуто удивительной правдой, расцвечено веселыми опереточными красками. Мареничу очень полюбился образ Наконечникова из «Белой акации» И. Дунаевского: здесь артист зло высмеивает мошенников, обманщиков и всех охочих до легкого заработка. В этих подонках Маренич абсолютно все не приемлет. Он смеется над их пижонством, парфюмерной галантностью, над их жалкими потугами походить на «современных людей».

Пастырь подпольной секты Агафон («Сто чертей и одна девушка») — фигура зловещая, натура злобная, животно сластолюбивая. Маренич остро вскрывает ее звериную сущность.

В оперетте Ю. Милютина «Цирк зажигает огни» есть персонаж со странной фамилией — Лососиноостровский. Актер представляет этого белоэмигранта существом жалким, ничтожным, добровольно обрекшим себя на роль везде чужого и лишнего человека. Тонка психологическая основа этого портрета, и краски здесь у художника трагикомические.

В «Черном драконе» он создает также трагикомический образ, полный, вместе с тем, огромного человеческого обаяния. Его Трепло — вор, наслаждающийся своим ремеслом. Он чертовски виртуозен и изобретателен в своих операциях. Язык его остер и неистощим. Создается впечатление, что, кроме вранья и воровства, душа Трепло не способна воспринимать ничего. Но оказывается, что у него не только доброе и отзывчивое сердце, но и умение раньше других понять и разобраться, к чему призывает Анджелика,

Анджелина — Н. Энгель-Утина, Трепло — А. Маренич.
«Черный дракон» Д. Модуньо

пламенная сторонница движения гарибальдийцев. В отряде героев-патриотов Трепло — Маренич, хотя на нем уже не живописные лохмотья, а мундир гарибальдийца, по-прежнему весел, остер на язык, находчив и изобретателен. И всетаки внутренне он изменился. Изменился потому, что уверовал в святое дело, которому служит, уверовал в себя. Он гибнет в сражении. Смерть в оперетте, трагическая кончина комедийного персонажа совсем недавно казалась невозможной и неприемлемой. А сколько опасностей для актера таят подобные эпизоды! Как легко здесь впасть в мелодраму! Маренич проводит эту сцену блистательно. Трепло умирает успокоенным и умиротворенным — как человек, выполнивший свой долг перед жизнью; и умирает с улыбкой, подшучивая над собой.

Сорок лет служит оперетте Маренич, служит самозабвенно, всего себя отдавая этому жизнерадостному искусству. Но годы не состарили его, он по-прежнему юношески непосредствен на сцене, легок и виртуозен в танце. В речитативе его — молодая звонкость, и перед каждым выходом он волнуется как дебютант, впервые получивший большую роль. Мастерство актера доставляет огромную радость и эстетическое наслаждение зрителю...

Минувшие гастроли Свердловского театра открылись спектаклем «Табачный капитан». Более четверти века назад В. Щербачев предложил театру эту партитуру, насыщенную национальными мелодиями, подлинно русскими народными интонациями. При этом композитор не цитировал фольклорные песенные и танцевальные образцы, отказался от самодовлеющей жанровости, бытовой иллюстративности.

Первая редакция оперетты, созданная свердловчанами, знаменовала целый этап в жизни театра. Он доказал свое право на серьезнейшую тематику, на то, чтобы выводить на свои подмостки исторически достоверные образы. В этом спектакле и режиссура, и актерская игра — все выглядело новым, молодым, дерзающим. Победа постановки была победой жанра.

Сегодняшний спектакль — новое сценическое произведение. В нем сказалось стремление современного театра к лаконизму, к освобождению от бытовых красок, от мелких, чисто служебных образов. Музыка Щербачева дала возможность заново «прочитать сюжет», насытить сценическое действие высокими гуманистическими мыслями, воссоздать верную атмосферу действия. И дирижер Н. Фотин, уверенно ведущий оркестр, особо подчеркивает главную тему партитуры — тему обновления.

Спектакль «Табачный капитан» отличается редкой музыкальностью. Превосходно играет Петра В. Барынин: его герой молод, энергичен, неуемен в своих планах. Артист добивается близкого портретного сходства, передает порывистую манеру Петра, его походку, взгляд. Столь же убедительны Н. Энгель-Утина (Жермен де Курси), Ю. Осипов (Ахмет), А. Маренич (Плющихин).

Искусно выстраивает В. Курочкин массовые сцены — будь то веселая пирушка в доме у купца Жулева или офицерский ужин в заведении мадам Ниниш, которую с лукавинкой, озорно играет В. Евдокимова, или напряженная картина экзамена молодых капитанов перед самим царем. Во всех случаях разный рисунок, разная динамика, разные изобразительные краски, но все подчинено музыке.

Спектакль начинается впечатляющим прологом: в разрезе строящегося корабля — деятельная фигура Петра. А вокруг него увлеченно работающие мастеровые. Художник М. Курилко и режиссер предложили очень интересный внешний рисунок спектакля. Он почти символичен. Все декорации сооружены из теса, все выглядит молодым, юным, противостоящим домостроевской старой Руси.

Не повезло, пожалуй, только пластике, хореографии. Балетмейстеру Б. Борисову не под силу справиться с танцем в столь сложной современной постановке. Его все время тянет к наивным допотопным аллегориям, мюзикхолльному украшательству и староопереточным канонам. И если комедийный танец Антона и Глики все-таки хорошо воспринимается зрителем, то в этом заслуга способных исполнителей В. Сытника, Э. Жердера, выступающих поочередно, и Р. Антоновой. Надо сказать, что вообще с хореографией в театре неблагополучно. Старательная и трудолюбивая балетная труппа, в составе которой есть даровитые артисты В. Бобрович, Г. Строкань, М. Павлюченко и другие, лишь от случая к случаю приобщается к современному хореографическому стилю усилиями балетмейстеров-гастролеров. Отсталость данного звена пагубно сказывается на художественном качестве исполнения в целом. Но если исключить просчеты этого рода, «Табачный капитан» — спектакль удивительно радостный, свежий, свидетельствующий о значительных творческих завоеваниях свердловской музыкальной комедии.

Итак, очевидны достижения и просчеты театра. И то и другое — поучительно. Прощаясь со смелым и талантливым коллективом, благодаря его, хочется сказать: «Будьте принципиальны и в выборе пьес, и в отборе выразительных средств. Особенно, когда речь идет о современности».

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка

Лилли Ванесси — Н. Энгель-Утина, Фред Грехэм — В. Барынин.«Целуй меня, Кэт» К. Портера

Анджелина — Н. Энгель-Утина, Трепло — А. Маренич.«Черный дракон» Д. Модуньо

Содержание

Лилли Ванесси — Н. Энгель-Утина, Фред Грехэм — В. Барынин.
«Целуй меня, Кэт» К. Портера

Анджелина — Н. Энгель-Утина, Трепло — А. Маренич.
«Черный дракон» Д. Модуньо