тень». Либретто (по Полю Клоделю) вводит нас в мир странных переживаний героя, которому тень любимой мешает любить ее — реальную и прекрасную... Он убивает тень. Но тогда умирает и любимая (героя танцует сам балетмейстер, героиню и ее тень — Франсуаза Депюи).

В балете особенно интересным показался финал, своеобразный «марш фюнебр». Депюи, располагая минимальным числом исполнителей, сумел распорядиться ими так, что у зрителя осталось впечатление, будто на сцене настоящее траурное шествие.

Для меня, изучающей теперь искусство балетмейстера, финал «Женщины и ее тени» явился источником размышлений на тему о распределении актеров в сценическом пространстве. Действительно, многие из нас, привыкнув к большим массам кордебалета, не всегда умеют с малыми силами танцовщиков создавать иллюзию присутствия на подмостках значительного числа людей. Поучительны в этом отношении недавние гастроли у нас Королевского балета Виннипега и его массовые сцены в «Золотом веке», постановки Роберта Джоффри и других трупп, объединяющих всего 25–30 артистов.

Второй балетный вечер в Париже завершился выступлением «Европейского балета». Он показал «Метаморфозы» по Кафке. То, мягко говоря, неприятное чувство, которое вы, вероятно, испытывали, когда читали «Превращение», было доведено едва ли не до предела танцевально-пластическим воссозданием этого сюжета.

Однако справедливости ради хочу отметить заинтересовавшие меня детали. Хореограф Массин Лорка в роли Самзы хорошо владеет гротесковым танцем. Артист пластичен, музыкален. Он намеренно отказывается от натуралистических средств передачи ощущений героя. В спектакле соединены различные выразительные средства. Образы Матери, Отца, Брата Самзы решены пантомимой. Сестра — Жоэль Мазе танцует на пуантах, она неплохо владеет классическим танцем.

«Метаморфозы» доказывают возможность построения балета на разных исполнительских приемах. Как эксперимент хореографа, ищущего новые формы, такая работа возможна. Но в данном случае «новизна» используется для эпатирования зрителей и критики, в надежде на успех, даже скандальный... Я убеждена, что не от хорошей жизни Массин Лорка ставит «балеты по Кафке». Не обращается же к подобным произведениям балетная труппа Grand Opéra. На ее подмостках все чаще идут спектакли, привлекающие романтизмом, чистотой, гармонией танца. Мне довелось быть на «Жизели». К сожалению, этот балет в сегодняшней Grand Орérа утратил многое. Речь идет прежде всего о музыкальных и танцевальных купюрах в обоих актах. Во втором действии в общем танце виллис изъята средняя часть, отсутствует выходная вариация Мирты.

Особый интерес в «Жизели», которую мы видели, вызвала новая исполнительница заглавной партии. Ее имя Ноэлла Понтуа. Мы присутствовали на ее дебюте, к которому молодую танцовщицу подготовила Иветт Шовире.

Партнером юной балерины был знаменитый Сирил Атанасов — умелый танцовщик с большим репертуаром — от «Коппелии» до «Весны священной», выразительный и в партии Альберта.

(«Французская Уланова» — Шовире, которую так полюбили в нашей стране во время ее неоднократных гастролей, недавно исполнила роль Аркадиной в «Чайке». Этот 50-минутный балет «по Чехову» создал в Сиенне итальянский балетмейстер Беппе Менегатти на музыку Романа Влада).

Из впечатлений четвертого вечера в Париже наиболее яркое оставила постановка «Дафниса и Хлои» Равеля. Пятьдесят семь лет назад с произведением замечательного композитора французов познакомил Михаил Фокин. Именно он был первым интерпретатором музыки, которая по совершенно непонятным причинам у нас сейчас чаще всего исполняется в концертах. А ведь, полная поэзии и танцевальности, музыка эта просто предназначена для балетного представления.

И сегодня она — главное в спектакле Grand Opéra. А также декорации и костюмы Марка Шагала. Хореография же Жоржа Скибина — увы! — явно уступает этим компонентам спектакля.

Превосходен мужской кордебалет, танцующий слаженно, темпераментно и динамично. Женский кордебалет много слабее. И вообще труппа в целом, по сравнению с теми временами, когда она гастролировала в СССР, сильно сдала. Только Атиллио Лябисс в роли Дафниса музыкален, экспрессивен и убедителен. Хлоя — Клод Бесси, увы, тоже не столь пленительна, как при нашем первом знакомстве в Москве, хотя, конечно, мастерство этой балерины редкостно.

Французские впечатления оказались весьма плодотворными. Даже постановки, вызвавшие отрицательное отношение, будили мысль: ведь идя «от противного», можно тоже прийти к выводам, обогащающим твое искусство и полезным профессионально.

Мексика

Э. Эльбойм

Двенадцать дней в Мехико

В январе-феврале Государственный симфонический оркестр СССР (главный дирижер Е. Светланов) выступал с концертами в Мехико.

Я постараюсь бегло отразить впечатления двенадцати дней нашего пребывания в столице Мексики Мехико. Конечно, один город, хотя и очень большой, — это не вся страна, и, конечно, двенадцать дней — крайне малый срок для знакомства с бытом, жизнью, культурой народа, чей язык вы не знаете, чьи обычаи и мироощущение, мягко говоря, вам непонятны. Да к тому же десять дней прошли в напряженной работе, в репетициях, концертах. И тем не менее какие-то впечатления успели сложиться.

Контрасты Мехико — о них немало написано. Ослепительное богатство и крайняя, вопиющая нищета, с которой сталкиваешься повсюду, и даже на самых шикарных улицах, где под витринами ювелирных лавок с водопадом драгоценностей валяются нищие в живописном тряпье. Контрасты погоды: жара днем (небо всегда безоблачно, солнце работает на полную мощность) и прохлада, почти холод ночью.

Как мне представляется, именно социальные контрасты породили и продолжают порождать потрясающие произведения изобразительного и пластического искусства — монументальную живопись и архитектуру. Мне удалось осмотреть многие фрески Ороско, Риверы и Сикейроса, архитектуру Пани, О’Горна, Васкеса (здание Антропологического музея). Для меня стало ясно, что изобразительное искусство играет ведущую роль в жизни мексиканцев. Музыка уступает ему по своему значению в жизни народа, хотя она чрезвычайно распространена в быту. И здесь приоритет у ансамблей — так называемых марьячис. Состав их инструментальных групп — самый разнообразный: гитары, скрипки, трубы, маленькие арфы, иногда кларнеты. Число участников колеблется между четырьмя и двадцатью четырьмя. Ни одно крупное событие в общественной или семейной жизни мексиканцев без них не обходится.

Площадь Гарибальди — средоточие марьячис. Участники этих ансамблей собираются здесь, одетые в яркие национальные костюмы и знаменитые сомбреро. Они репетируют в ожидании заказчиков. К вечеру сюда стекаются импресарио всех рангов, а также любознательные иностранцы. Заключаются контракты, и тут же на месте музыканты и певцы дают импровизированные концерты. Площадь наполняется звуками, красками, движением. Картина яркая и запоминающаяся.

Вообще, развлекательная, легкая музыка звучит в городе с утра до глубокой ночи. Конечно, довольно сильно воздействие джаза (хотя нам приходилось слышать и просто уличную шарманку), популярны и битлзы. Но пока что народная музыка, мелодии и ритмы индейцев, испанский фольклор успешно борются с иностранными влияниями, популярная мексиканская музыка не теряет присущего ей яркого национального колорита. Назову жанровых певцов, пользующихся немалой известностью: Марко Антонио Мунис, Карлос Айко, которые с успехом исполняют песни талантливого композитора Мансарело. Неменьшая слава и у Кармелы Рей и Рафаэля Веласкеса. В их репертуаре песни одаренного автора Агустино Лары. Но наибольшей любовью пользуются песни «Марьячис Варгас» — сильного, мастерского ансамбля с широким исполнительским диапазоном, в составе которого более двадцати человек — инструменталистов и певцов. В магазинах грампластинок очень много записей песен в исполнении «Марьячис Варгас».

Серьезная музыка, симфоническая и камерная, занимает в жизни мексиканцев скромное место, но приобретает постепенно все большее значение. В Мехико два симфонических оркестра. Первый из них — высокопрофессиональный коллектив, ныне возглавляемый интересным и широкообразованным музыкантом Луисом Эррера де ла Фуэнте. Репертуар оркестра велик и разнообразен. Интересно строится его сезон. Он продолжается около десяти месяцев и распадается как бы на три этапа. Первый — обычный цикл симфонических концертов (примерно девять программ, каждая из которых дважды повторяется), включающий главным образом классическую музыку. Второй, после небольшого перерыва в одну-две недели, — фестиваль современной музыки, где часто показываются самые последние «находки» авангардистов (в это время концертные залы пустуют). И наконец, на третьем этапе звучит популярная классика, нечто вроде наших сезонов на курортах.

В Мехико, как, впрочем, почти во всем мире, наиболее часто исполняемый и любимый композитор — Чайковский. Здесь также любят и ценят творчество Шостаковича (в свое время для пропаганды его музыки многое сделал известный мексиканский композитор и дирижер, быв-

_________

Автор материала — скрипач Госоркестра.

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка

Мексика

Э. Эльбойм

Двенадцать дней в Мехико

Содержание