Выпуск № 2 (351) | 1968 - страница 38

ции экзаменатора, зачастую далеко не совершенной. Зачет проводится групповым методом, поэтому студенту в течение часа предлагается прослушать до 40 отрывков различных произведений, а это дает возможность глубоко ознакомиться со знаниями студента и оценить их с наибольшей точностью. Различный порядок записи произведений на одновременно звучащих лентах исключает возможность «взаимопомощи» рядом сидящих студентов. Немаловажное значение имеет большая экономия времени у преподавателей-экзаменаторов, ведь значительная часть работы, в том числе учет верных ответов, может проводиться лаборантами.

Для приближения образования к будущей практической работе студентов историко-теоретического факультета необходимо настойчиво приучать к публичным выступлениям, которые могут в дальнейшем стать важной сферой их деятельности. С этой целью в концертном зале института имени Гнесиных каждому открытому студенческому концерту (помимо лекториев вне учебного заведения) предшествует краткое вступительное слово, которое студенты предварительно подготавливают с преподавателями.

В текущем году студентам будет поручена также подготовка письменных аннотаций. Они будут печататься в программах, издаваемых к концертам института.

Обсуждая вопросы музыкального образования, мы много говорим об учебных планах, организации работы в учебных заведениях, об отношении студентов к занятиям, посещаемости, успеваемости и т. д., но почти не касаемся одной из важнейших проблем — проблемы уровня и качества преподавания. К сожалению, она не является и предметом пристального внимания советов и кафедр музыкальных учебных заведений.

Что должно двигать студента по нелегкому, но благодарному пути науки, знаний, совершенствования? Обязанность или интерес? Думаю, что только интерес. Высшее образование не является обязательным, и молодой человек, никем не принуждаемый, добровольно выбирает себе эту дорогу, стремясь увидеть новые горизонты в избранной им специальности и получить глубокие, настоящие знания путем совершенствования. И вот, по прошествии некоторого времени, мы замечаем: некоторые занятия в вузе для целого ряда студентов превращаются чуть ли не в принудительную обязанность. Я допускаю, что в вуз среди большого количества молодежи могут прийти и отдельные случайные люди, движимые либо инерцией, либо настойчивым желанием родителей: подчас они плохо понимают, что их ждет в стенах учебного заведения. Вряд ли это справедливо по отношению к большинству наших студентов. Однако учебная часть, деканат и преподаватели тратят много времени и сил, выявляя плохо посещающих и слабо успевающих студентов. С каждым выясняются причины, затем принимаются соответствующие меры — и все для чего? Для того чтобы заставить студента учиться в стенах учебного заведения, куда он пришел по доброй воле. Какой парадокс! Невзирая на большие усилия административно-учебного аппарата, этот вопрос в общем-то не решается и продолжает кочевать из семестра в семестр.

Правильно ли все объяснять только нерадивостью студентов? Верно ли бороться с плохой посещаемостью только путем «натягивания вожжей», умножая дисциплинарные взыскания? Думаю, что нет. Тем более, зачастую на одном курсе те же студенты к ряду занятий проявляют настоящий интерес, одновременно плохо посещая другие.

В институте имени Гнесиных в 1956–1962 годах преподавала политическую экономию доцент Э. Г. Нестерова. Будучи широко образованным человеком, обладая глубокими знаниями предмета и умением изложить его в интересной, творческой форме, она сумела на своих лекциях увлечь студентов, вызвать у них живой интерес к этой достаточно сложной науке. В результате этого не было необходимости в пристальном наблюдении за посещаемостью, а по окончании курса студенты показывали хорошие знания предмета.

В 1946–1951 годах в институте факультативный курс по истории искусств вел В. А. Съеден, обладавший не только глубокими знаниями, но и увлеченностью подлинного энтузиаста своего цела. Помимо лекций в институте, проходивших на высоком идейно-научном уровне, всегда с большим количеством интереснейших иллюстраций, он проводил свои занятия непосредственно в музеях (не только Москвы, но и Ленинграда, для чего в зимние каникулы организовывались специальные экскурсии). И что же? Казалось бы, этот курс был для студентов не обязателен? Однако класс, где проходили лекции, не мог вместить всех желающих, и дирекция института была вынуждена организовать вторую, параллельную группу. Но и этого мало: студенты просили провести зачет по заинтересовавшему их предмету, чтобы эти знания нашли отражение в их дипломе. Естественно, что вопросов нарушения учебной дисциплины здесь просто не существовало.

В 1958 году по инициативе группы студен-

тов оркестрового факультета под руководством профессора А. Д. Готлиба и при участии доцента Г. С. Талаляна был организован сверх учебного плана камерный оркестр. Коллектив работал в крайне трудных условиях из-за перегруженности студентов по учебному плану и нехватки помещения, репетиции зачастую назначались на восемь часов утра. И тем не менее в течение трех месяцев оркестр подготовил большую интересную программу, получившую высокую оценку у слушателей. Он успешно работал в институте в течение пяти лет, а по окончании студентами учебного заведения был приглашен на работу в Москонцерт.

Приведенные выше примеры наглядно показывают, что отношение студентов к занятиям по большей части определяется тем интересом, который вызывает к предмету ведущий его преподаватель. И если курс по-настоящему творчески увлекает студентов, в результате чего они понимают его важность для своей будущей профессии, то снимаются и дисциплинарные вопросы, которые не удавалось решить административным путем. Это ставит перед профессорско-преподавательским составом вопрос о необходимости постоянно совершенствовать свой метод преподавания, систематически обновляя и пополняя излагаемый студентам материал. Кроме того, предоставление молодежи большей инициативы, привлечение ее к более активному участию в формировании своих знаний, иными словами — оказание ей большего доверия имеет важное психологическое значение для студента. Что греха таить, мы еще часто «держим» студентов за бывших школьников, стараясь регламентировать все от начала до конца, следя за каждым их шагом, стремясь порой всех подстричь под одну гребенку. Подобная оценка не только толкает их на школярство (против которого мы сами выступаем в своих речах), но и вызывает у них понятный внутренний протест. Отношение к студенту, как к взрослому человеку, нашему будущему коллеге, вырабатывает у него более сознательное отношение к занятиям, чувство ответственности за порученное дело, способствует его общей зрелости. Здесь уместно вспомнить как был окрылен Семен Карабанов в «Педагогической поэме» великого русского педагога А. С. Макаренко, когда руководитель колонии выразил ему доверие, отказавшись пересчитывать привезенные им из финотдела деньги.

В связи со всем сказанным мне хочется поставить вопрос: не настало ли время предоставить студентам несколько большую свободу в посещении занятий, чем это имеет место в настоящее время? Институт имени Гнесиных накопил здесь некоторый опыт, которым бы мне хотелось поделиться. На основании обсуждения на совете института ректорат разрешил свободное посещение лекционных дисциплин студентам, показавшим устойчивые отличные знания на протяжении предыдущего учебного года, то есть зарекомендовавшим себя с лучшей стороны. Кроме того, свободное посещение разрешено студентам музыковедческого факультета (за исключением первого курса), на котором обучаются наиболее зрелые молодые музыканты. Это дает возможность студенту в ряде случаев самостоятельно, по своему усмотрению выбрать те занятия, которые ему наиболее важны. Допустим, что в силу тех или иных причин студент перед приходом в институт хорошо ознакомился с творчеством Глинки, но имеет пробелы в знании музыки Шуберта. При условии свободного посещения он может уделить больше времени тому, что ему менее известно за счет пропуска некоторых занятий по хорошо изученной теме. При обязательном же посещении студент должен отсиживать на всех занятиях или вынужден ловчить под страхом быть наказанным. В первом случае, оказывая студенту доверие, мы воспитываем в нем чувство ответственности и сознательного отношения к занятиям. Во втором — прививаем школярство и невольно толкаем его на неправильный путь.

По мнению совета, проводимый опыт дал положительные результаты. Посещаемость студентов не стала хуже, знания же студентов стали более глубокими и зрелыми.

В заключение мне хотелось бы всячески одобрить инициативу журнала «Советская музыка», поднявшего серьезный разговор по волнующим всех нас вопросам музыкального образования. Подобный обмен мнениями несомненно является полезным. Однако, на мой взгляд, беседа не будет доведена до конца, если Министерство культуры не прислушается к поставленным вопросам, к внесенным предложениям и не примет соответствующих конструктивных решений.

К сожалению, такая печальная участь постигла интересный разговор о жизни и работе высшей школы, имевший место в прошлом году на страницах газеты «Известия», по которому Министерство высшего и среднего специального образования, по существу, даже не определило своей точки зрения.

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка

Содержание