Здесь интересно

Этот вечер был непривычным для знаменитого Бетховенского зала Большого театра. На белом экране, укрепленном на сцене, ожили живописные полотна и очень знакомый для артистов театра голос заговорил с магнитофонной ленты: «Он родился в 1541 году на острове Крит. Его звали Доменико Теотокопули. Стал известен миру он под именем Эль Греко...» О знаменитом испанском живописце рассказывал своим коллегам, собравшимся поздним вечером после спектакля в Бетховенском зале, главный дирижер Г. Рождественский. Рассказывал и показывал диафильм, привезенный из Испании. А фоном для этой своеобразной лекции служила музыка. Сменялась картина и сменялось музыкальное сопровождение. Точнее, не сопровождение, а будто порожденные экстатической живописью Эль Греко музыкальные образы — народные испанские песни в интерпретации народных певцов и Пабло Казальса, еврейская молитва, пьеса Вивальди в исполнении ансамбля «Римские виртуозы». Звучал орган собора Нотр Дам де Пари... В небольшом диафильме слились воедино живопись Эль Греко, этого далекого предтечи европейского экспрессионизма XX века, и музыка, будто услышанная чутким ухом музыканта в острых мазках, в эмоциональной цветовой палитре мастера XVI века.

Этот интересный опыт был проведен на одном из заседаний творческого клуба Большого театра, созданного по инициативе артистов оркестра.

Выступления артистов оркестра и составили в основном первую программу нового творческого объединения. Свое искусство продемонстрировали ансамбли, созданные внутри оркестрового коллектива, — женский струнный квартет, квартет фаготистов, инструментальный ансамбль под управлением Г. Заборова. В тот же вечер артисты Большого театра услышали в исполнении А. Ведерникова песни и романсы Г. Свиридова. Не раз звучали они с концертной эстрады в интерпретации известного певца, но... артисты Большого театра с нескрываемым интересом слушали свиридовскую лирику — ведь далеко не всегда удается музыкантам освободить вечер для того, чтобы пойти на концерт.

Квартет фаготистов, слева направо: Г. Рамишвили, П. Савельев, В. Малиновский, В. Богорад

Еще одна любопытная новинка: в дни Третьего международного конкурса имени Чайковского в Москве находился сын известного бельгийского скрипача и композитора Эжена Изаи — Антуан Изаи; услышав ансамбль скрипачей Большого театра, он преподнес в дар коллективу одно из сочинений своего отца — «Поэму». На одном из заседаний творческого клуба ансамбль скрипачей и октет альтистов под управлением Рождественского исполнили эту музыку.

Но не только внутренние «ресурсы» используются в творческом клубе. На третьей встрече выступил писатель В. Солоухин, который рассказал о своих «Письмах из русского музея», познакомил с новыми рассказами и стихами.

А планы творческого клуба? Они обширны: встречи с писателями, композиторами, художниками, с выдающимися зарубежными исполнителями, гастролирующими в Москве; рассказы артистов театра о гастрольных поездках; наконец, показы новых работ членов коллектива, подготовленных ими для концертной эстрады.

Д. Р.

Квартет виолончелистов, слева направо: В. Зеленяк-Кудрейко, В. Бриль, Е. Дудкевич, В. Фуфурин

В Московском Академическом музыкальном театре им. К. С. Станиславского и Вл. И. Немировича-Данченко есть такая традиция: в выходной день в помещении театра организовываются творческие вечера артистов оперной и балетной трупп. Недавно коллектив театра пригласил московских любителей музыки на не совсем обычный творческий отчет. В Центральном Доме актера ВТО впервые состоялся вечер молодых артистов театрального оркестра. Идея и инициатива организации этого первого открытого концерта принадлежала молодежи (а ее сейчас в коллективе большинство — около трех четвертей состава). И несмотря на то что подготовить специальную концертную программу для чрезвычайно загруженных работой оркестрантов было нелегко, энтузиазм одержал верх.

Главный дирижер театра К. Абдуллаев представлял публике поочередно выходивших на сцену солистов оркестра и разнообразные ансамбли, возникшие в его «недрах». Выступали трио, квартет обычного состава и квартет виолончелей, квинтет духовых инструментов, камерный оркестр, исполнившие произведения русской и зарубежной классики, советские пьесы. В вечере приняли участие солистки оперы Н. Исакова и В. Громова.

Стремление творческой молодежи к совершенствованию своего профессионального мастерства, к освоению нового репертуара порука тому, что первое (и успешное) выступление артистов оркестра будет не последним.

Е. М.

НА СЛУЖБЕ ДЕТСКОЙ РАДОСТИ

Свет юности

...Предрассветный Ленинград. Группа мальчиков и девочек лет по пятнадцати — и с ними один взрослый — идут белой ночью по прекрасному городу. Мальчики и девочки — это юные артисты ансамбля песни и пляски Центрального дома детей железнодорожников, а взрослый — их руководитель Семен Осипович Дунаевский. Вот и старинное здание Мариинки. На афише театра среди исполнителей оперы «Аида» значится имя Риммы Бариновой. Ныне народная артистка РСФСР, когда-то она тоже участвовала в ансамбле (только фамилия ее была Малахаева). И никто иной, как Семен Осипович, добился, чтобы начальник Ховринской железнодорожной базы отпустил Римму учиться в консерваторию, и никто иной, как руководитель ансамбля, сам готовил ее к экзаменам...

Не только Баринова, но еще многие известные музыканты начинали свой путь в ансамбле (которому, кстати сказать, недавно «стукнуло» тридцать).

...Как-то, когда шел очередной набор в оркестр, к Семену Осиповичу пришли отец с сыном, учеником 3-го класса. Мальчик, его звали Аликом Холминовым, сказал, что хочет учиться играть на баяне. Будущий композитор играл в оркестре, и притом отлично, около семи лет.

— Когда ему было уже лет 14, — рассказывает Семен Осипович, — Алик страстно увлекся Скрябиным. Выборного баяна еще не существовало, и мальчик приспособился исполнять Скрябина только на одной правой клавиатуре!

Семена Осиповича вообще трудно интервьюировать. Ведь беседа наша возникла в связи с его собственным юбилеем — Дунаевскому исполнилось 60 лет. Просишь его рассказать о себе, а он вспоминает о своих питомцах. О Вале Снегиреве, которого уже давно величают по имени и отчеству. Вспоминает, как тот начинал играть в детском оркестре на ксилофоне... И как потом, когда Валя уже окончил консерваторию и играл на ударных в Государственном симфоническом оркестре СССР, гастролировавший у нас Вилли Ферреро восторгался блестящим, темпераментным исполнением Снегиревым своей сольной партии.

Потом Семен Осипович с гордостью назвал еще одного питомца, Алешу Огородникова (ныне артиста оркестра Большого театра Союза ССР). После одного из концертов к 15-летнему Алеше (он играл на ксилофоне) подошел Самосуд и предложил юноше пульт в оркестре Большого театра. Алеша, конечно, принял это предложение, но два года — до совершеннолетия — его зарплату в театре получал отец!

— Вообще в Большом у меня много учеников, — продолжает С. Дунаевский. — В 1964 году мы всем ансамблем нынешнего состава пришли приветствовать бывших наших воспитанников. Спели им шуточную песню на мелодию «А ну-ка песню нам

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка

Здесь интересно

Квартет фаготистов, слева направо: Г. Рамишвили, П. Савельев, В. Малиновский, В. Богорад

Квартет виолончелистов, слева направо: В. Зеленяк-Кудрейко, В. Бриль, Е. Дудкевич, В. Фуфурин

НА СЛУЖБЕ ДЕТСКОЙ РАДОСТИ

Свет юности

Содержание