В концертных залах

Ленинград

Размышляя об услышанном

Как известно, первый в советскую пору симфонический концерт, состоявшийся на следующий вечер после Октябрьского штурма, был дан оркестром, который ныне именуется — Заслуженный коллектив республики Академический симфонический оркестр Ленинградской филармонии имени Д. Д. Шостаковича. И сама филармония, первая в стране, была детищем революции. В год 60-летия Великого Октября эти факты представляются по-особому знаменательными. И в сегодняшней многообразной творческой деятельности филармонии в конечном итоге действует тот стимул, который дала развитию искусства в нашей стране революция. Минувший концертный сезон был в значительной степени посвящен юбилею нашей страны. Сказалось это и в общей направленности репертуара, и в проведении нескольких по-праздничному знаменательных премьер.

Репутация Ленинградской филармонии как образцового концертного учреждения поддерживается очень высоким уровнем музицирования. Этот уровень определяет прежде всего концертная деятельность филармонических оркестров. В прошедшем сезоне они несколько больше, чем в прежние годы, гастролировали. Заслуженный коллектив побывал на Украине, а также ездил в ГДР, Швейцарию, Австрию и ФРГ. Симфонический оркестр филармонии выступал в Италии и США. Зарубежные критики были в своих отзывах достаточно единодушны, подтвердив «со стороны» ту высокую оценку, которую оба коллектива заслужили и «дома». Что касается оркестра Е. Мравинского, то для него не новость состязания рецензентов за самый восторженный эпитет. Что же касается оркестра, которым до недавнего времени руководил Ю. Темирканов (ныне, в связи с переходом дирижера в Театр имени Кирова, его заменил на посту художественного руководителя А. Дмитриев), то, пожалуй, столь многочисленные и энтузиастические похвалы он привез впервые. Несомненно — и это подтверждают отнюдь не только зарубежные гастроли — артистический уровень второго ленинградского симфонического оркестра за годы работы с ним Темирканова значительно возрос и стал качественно новым.

Разумеется, среди многочисленных концертов, данных обоими ленинградскими оркестрами в течение сезона, одни оказались более, другие менее удачными — иначе и не бывает.

К вершинам симфонического сезона следует отнести концерт в день 70-летия Д. Шостаковича. Мравинский со своим оркестром играл Пятую и Шестую симфонии. Об этом выдающемся художественном событии уже писала «Советская музыка». Напомним только, что историческая премьера Пятой состоялась в Большом зале Ленинградской филармонии в 1937 году и что ею ознаменовалось начало постоянной совместной работы дирижера и оркестра (как известно, чуть позже, в 1938 году, это сотрудничество было узаконено назначением Мравинского на должность главного дирижера). Итак — уже сорок лет длится редкий по продолжительности, интенсивности и результативности путь совместного восхождения мастера и ведомого им коллектива В исполненных за минувший концертный год под управлением Мравинского произведениях Вагнера, Вебера, Шуберта («Неоконченная симфония»), Чайковского (сцены из «Щелкунчика») вновь глубокое впечатление произвели редкое совершенство интерпретации, абсолютная гармония духовного и материального замысла и выражения, мысли и переживания, целого и деталей.

Была у Мравинского и знаменательная премьера — Четвертая симфония В. Салманова. Предваряя специальное рассмотрение, которого заслуживает сочинение маститого автора, замечу лишь, что названный трехчастный цикл, как и подобает истинной симфонии, заключает в себе философское обобщение жизненных процессов. Но при этом музыка начисто лишена философской отвлеченности или высокопарности. Миновав пору исканий и искушений, композитор на новой основе обретенного жизненного и творческого опыта возвращается к исходным позициям — писать просто, человечно, с эмоциональной непосредственностью. Неизбежно схематизируя, замысел симфонии можно было бы определить как поиски гармонии. Вначале манят покой и красота, затем они уступают место борьбе, разочарованиям, скептической саркастичности. И лишь к концу происходит утверждение гармонии как мудрого равновесия противоположных начал. Так, во всяком случае, прочитывается замысел симфонии в интерпретации ее Мравинским. Кстати, она посвящена дирижеру и руководимому им оркестру, которые около тридцати лет исполняют первыми почти все крупные сочинения композитора. Замысел Четвертой симфонии, по-видимому, оказался по-особому близок Мравинскому, ибо она

была сыграна с такой силой убедительности, что иную интерпретацию представить себе просто невозможно.

Среди наиболее памятных событий сезона — несколько выступлений Ю. Темирканова с Симфоническим оркестром филармонии, прежде всего великолепное исполнение Седьмой симфонии Д. Шостаковича (о чем также уже писала «Советская музыка»). Из других сочинений особенно запомнились Вторая симфония Рахманинова, Вторая — Брамса и Вторая сюита «Дафнис и Хлоя» Равеля. Из образцов советской музыки самое яркое впечатление оставила Вторая симфония Р. Щедрина, исполненная впервые в Ленинграде, на авторском вечере композитора. Прозвучала она свежо и глубоко, во многом по-иному, нежели в известной интерпретации Г. Рождественского.

Обозревая концертный сезон, я невольно «притормаживаю» у премьер. Момент, когда новое сочинение из факта биографии композитора превращается в явление общественной жизни, действительно очень важен. Ленинградская филармония, по давней традиции, стремится, чтобы в каждом случае оправдывались слушательские ожидания, а для этого, с одной стороны, весьма придирчиво отбирает лучшие новинки, с другой же — прилагает усилия к тому, чтобы отобранное было должным образом отрепетировано и исполнено (на отдельных имевших место огрехах останавливаться, видимо, не стоит), не упуская из виду также и «околохудожественные» обстоятельства: выгодные для нового сочинения соотношение названий и место в программе, рекламу и так далее.

Как известно, в городе на Неве последние двадцать лет организуются фестивали «Ленинградская музыкальная весна» (в нынешнем году в рамках такого фестиваля был проведен V пленум правления Союза композиторов РСФСР). Подавляющая часть премьер обычно бывала приурочена к этому смотру. Но таким образом — и на это сетовали композиторы и слушатели — знакомство с новой музыкой происходило крайне неравномерно. И вот теперь, в течение уже трех лет, два-три раза в сезон в Ленинграде устраиваются концерты-премьеры. Их проводит совместно с филармонией Ленинградская композиторская организация — тоже достаточно тщательно продумывая программу, привлекая общественное внимание выпуском «фирменной» афиши с портретами авторов, подготовкой специальных аннотаций. По установившемуся обычаю, на таких концертах каждого композитора аудитории представляет председатель правления творческой организации А. Петров, делая это, к слову, очень живо и тактично.

Концерты-премьеры бывали более и менее удачными, но сама их идея, в общем, заслуживает поддержки. Они собирают ту публику, которую всерьез волнуют судьбы современного искусства. Здесь царит атмосфера заинтересованности и доброжелательного ожидания нового, располагающая к его показу и восприятию. И все же... Есть своя привлекательность и свой смысл также в том, чтобы включать новые сочинения в «смешанные» программы, не противопоставляя их «ходовому» репертуару, а сопоставляя с ним. Таких премьер бывало в прежнее время явно недостаточно. И лишь в минувшем сезоне, примерно со второй его трети, их стали давать регулярно. Хочется выразить радость по этому поводу и надежду, что в будущем филармония будет развивать положительный опыт нынешнего года.

Какие же из премьер, помимо названных, остались наиболее памятными? Назову прежде всего Четвертую симфонию Б. Арапова. Последние годы в творчестве известного и многоопытного композитора наблюдается большой подъем, но столь широкоохватный и смелый замысел возник у него впервые. В длящемся более часа произведении, где используется огромный исполнительский аппарат, автор поставил перед собой задачу проследить путь человечества по всем историческим вехам. По мере приближения к нашим дням «машина времени» замедляет бег: Октябрьская революция, Отечественная война и современный этап истории становятся темами отдельных протяженных разделов. Разветвленное образное содержание вызвало к жизни очень развитую музыкально-драматургическую форму: каждая из пяти частей, составляющих цикл, в свою очередь делится на замкнутые разделы, например — тройная фуга во второй части, запечатлевшая разгул злой стихии и одновременно сдерживающую ее силу, волевой напор, вариационный цикл внутри третьей части, выразивший идею развития и обновления. Сложность композиции, интонационная многосоставность, изобилие приемов выражения и звукоизображения — все это мастерски объединяется в целое общностью исходного тематизма и проведением сквозь контрастные эпизоды линии неуклонного нарастания, смысл которого: от мрака — к свету.

Симфонию исполнили Академический оркестр, Капелла имени М. И. Глинки и Хор Ленинградского телевидения и радио, солисты Н. Зазнобина, С. Лейферкус и В. Линник. Дирижировал А. Янсонс, на протяжении многих лет связанный с Б. Араповым творческим содружеством. Чуткий к образной природе и стилю его музыки, дирижер и на сей раз провел премьеру с воодушевлением, усилив интерпретацией то ощущение монументальности и диалектического единства противоположных начал, которое заключено в партитуре.

«Советская музыка» уже писала о состоявшемся в Петрозаводске год назад первом исполнении Второй симфонии Б. Тищенко «Марина» — сочинении не новом, которое по досадной случайности десять лет дожидалось премьеры. Ныне оно прозвучало и в Ленинграде, став заметным событием сезона. С большой отвагой Тищенко перевел пять изысканных лирических набросков Цветаевой в пять громадных оркестрово-хоровых фресок, ощутив в поэтических набросках ту сконцентрированную силу духа, которая до предела наполняет эпическую композицию. Симфония трудна для исполнения, особенно сложна хоровая партия, с которой в делом успешно справилась Капелла имени М. И. Глинки. За последние несколько лет этот хор, руководимый целеустремленным, разносторонне одаренным В. Чернушенко, заметно эволюционировал. Он поет свободнее,