Выпуск № 6 (463) | 1977 - страница 29

компанируя себе на гитаре или на гармонии, юноша Собинов пленял собиравшуюся молодежь звонким дискантом. А когда Собинов, добившись солидного положения присяжного стряпчего московского коммерческого суда, боязливо переступил для пробы порог Большого театра, молодому неизвестному певцу сразу предложили дебют и заключили с ним контракт.

О пленительном голосе Собинова исписывались в свое время сотни журнальных страниц и газетных столбцов. Кто-то когда-то назвал его тембр “золотым”. Это крылатое словечко так за ним и закрепилось.

Но не только в голосе или умении им владеть — секрет обаяния Собинова.

Когда вспоминаешь богатую галерею театральных типов, созданных Собиновым, благодарная память воскрешает тотчас же негаснущее впечатление о Собинове — актере, Собинове — художнике, Собинове — мастере сцены.

Каждый, кто когда-либо слышал и видел его, хранит воспоминание о собиновских образах, отмеченных печатью поэтического вдохновенья и тончайшего музыкально-драматического мастерства. Пылкий и стремительный герой шекспировской трагедии — Ромео, мечтательный юноша-поэт Владимир Ленский, гётевский Вертер с печатью рока и обреченности на челе, светлый златокудрый рыцарь Грааля Лоэнгрин — эти наиболее совершенные создания крупнейшего певца-актера наших дней навсегда войдут как лучшие страницы в историю театрально-оперного искусства.

В распоряжении Собинова было все, что помогало ему доводить свои роли до вершин сценического мастерства. Чарующий голос, служивший послушным орудием большому художнику, тонкая музыкальность, блестящие внешние данные, удивительно гармонически соответствовавшие облику создаваемых героев...

Природа была щедра. Она не забыла одарить певца еще одним редким качеством — высокой требовательностью кса мому себе, непрестанным стремлением к еще более совершенному <...> Вот что помогало Собинову не только достичь вершин оперного исполнительского искусства, но и удержаться на этих вершинах столько лет <...>

Однажды в бенефис оркестра Большого театра спектаклем “Евгений Онегин” дирижировал Артур Никиш. Крупнейшего европейского музыканта попросили высказать свое мнение о Собинове. Никиш сказал:

— Когда Ленского поет Собинов, то и всю оперу следует переименовать, назвав ее не “Евгений Онегин”, а “Ленский”»¹.

Е. Канн

Народный артист Л. В. Собинов.

«Театральная декада», 1934, 1 апреля

1919 год. Л. Собинов — председатель Всеукраинского музыкального комитета в Киеве.

1920 год. Л. Собинов — заведующий подотделом искусств Наробраза, один из создателей Народной консерватории в Севастополе.

1921 год. Директор Большого театра.

В течение пятнадцати лет Л. Собинов — организатор и участник ежегодных концертов в пользу Общества вспомоществования студентам Московского университета.

«Можно много и долго говорить об известной эпохе в вокальном искусстве, но можно

_________

¹ Материал взят из фонда газетных вырезок Московской государственной консерватории.

сказать всего одно лишь слово, которое определяет эту эпоху. Слово это — Собинов.

Великий, вдохновенный артист, в благородном облике которого в гармоническом единстве слились черты певца, музыканта и гражданина, оказал большое влияние на все наше оперное искусство.

В его творчестве всегда преобладал оптимизм. Эта радость творчества с необыкновенной силой воплотилась в его огромном репертуаре лирического тенора — в опере, камерных концертах — искусстве, в котором Собинов оставил глубокий след <...>

Собинов дорог, понятен и близок советским людям не только как артист и художник, но и как гражданин-патриот. Слова: “Искусству и общественности надо служить одинаково разумением и восхищением” — были его лозунгом, его девизом<(...>»².

И. Козловский

Леонид Собинов.

«Вечерний Ленинград», 1952, 7 июня

«С первой же встречи с Л. В. Собиновым в моей памяти запечатлелся его образ, как образ большого, глубокого художника, чутко реагирующего на все явления музыкально-общественной жизни.

Помню волнение, охватившее меня, когда в выпускном экзаменационном спектакле меня слушал Собинов, уже пользовавшийся большой известностью. Тут же он первый подал мне мысль пробоваться в Большой театр.

Вся дальнейшая моя артистическая деятельность неразрывно связана с воспоминаниями о Л. В. Чрезвычайно строгий к себе, всесторонне продумывавший свою роль от вокальной партии до деталей костюма, жеста и мимики, Л. В. был так же требователен, но вместе с тем и внимателен к своим партнерам. Я лично получала от него всегда ценные советы.

Одним из особенно важных качеств Л. В. как художника-творца было требование художественной правды, внутренней оправданности образа. Он считал, что только полное перевоплощение в создаваемый образ поможет найти нужный сценический облик, подскажет и нюансы фразировки, и верный жест.

Мне всегда было радостно с ним петь, так как Л. В. своей искренностью заражал и вдохновлял меня <...>

В области вокала Л. В. всегда тяготел к итальянской школе. Он не признавал “говорка”, которым часто злоупотребляют певцы, и всегда тщательно следил за звуком даже в речитативах.

Л. В. ежедневно регулярно занимался голосом и никогда не выходил на сцену, не повторив партии с концертмейстером.

Этой строгости к себе, требованию правдивого, искреннего искусства, постоянной готов- ности пойти навстречу творческим стремлениям других артистов должна учиться у Л. В. наша талантливая молодежь».

А. Нежданова

Певец-художник.

«Музыка», 1937, № 12

26 мая 1933 года. Постановление Президиума ЦИК Союза ССР о награждении народного артиста Республики Л. Собинова орденом Трудового Красного Знамени.

«Собинов вошел в историю музыкального театра как один из крупнейших представителей русской оперной культуры. Как певец он стал в один ряд с лучшими представителями вокального искусства в Италии, как актер он бесконечно над ними возвышался <...>

Его голос был совершенно правильно поставлен. Дыхание чрезвычайно большое. Красивое, отлично выработанное mezza voce. Чудесное, воздушное, мягкое piano, отлично звучавшее даже в самых отдаленных пунктах зрительного зала, как бы последний ни был велик. Совершенная филировка звука. Четкость, чистота и легкость любых головоломных пассажей. Самая свободная и бесконечно широкая кантилена. И при этом каждая нота в голосе на протяжении всего регистра звучала с одинаковой наполненностью и красотой тембра. Все это вместе взятое создавало действительно прекрасное во всех отношениях, чарующее пение. Овладение техникой, овладение всеми секретами вокализации предопределило для Собинова следующую, еще более важную ступень: овладение секретом музыкально-драматической речи <...>

Красота звучания, высокая техника отнюдь не являлись для Собинова целью его искусства, но служили лишь средством для создания образа через мастерское овладение музыкальной речью, и притом так, чтобы именно музыкальное ни на минуту не теряло своей значимости <...>

Он овладел основным условием музыкального театра: он умел воссоздавать музыкальный образ именно таким, каким он носился в творческом замысле композитора, он умел угадывать то, что композитором не вполне досказано, часто дано лишь в намеке.

Сценическое творчество Собинова шло все да по пути создания большого, яркого, убедительного образа <...>

_________

² Материал взят из фонда газетных вырезок Московской государственной консерватории.

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка

Е. Канн

И. Козловский

А. Нежданова

Содержание