Выпуск № 3 (460) | 1977 - страница 31

ке, Абеляре и Элоизе. В музыке балета соединены две симфонические поэмы известного польского композитора М. Карловича (1876–1909) — «Станислав и Анна Осьвенцимы» и «Эпизод на маскараде». Первая по праву именуется шедевром национальной музыки и несет на себе печать неизбывной печали, роковых предчувствий. Искусство М. Карловича испытало на себе воздействие творчества Р. Штрауса и Г. Малера. Его программные неоромантические поэмы не прямо иллюстрируют сюжеты легенд, но воссоздают их этический и драматический смысл. При этом отметим, что Карлович был против сценического истолкования своих симфонических произведений, опасаясь прямолинейного сюжетно-поверхностного их прочтения.

Первые попытки польского хореографического театра создать балеты на музыку Карловича оканчивались неудачами. Тем не менее, содержащаяся в ней психологическая правда чувств, яркость ее художественных образов искушали постановщиков; только за последнее двадцатилетие к музыке Карловича обращались С. Мищик, К. Джевецкий, Я. Яжынувна-Собчак.

Авторы «Станислава и Анны» — либреттист П. Хыновский и хореограф В. Груца — основывались прежде всего на логике симфонического развития музыкальной ткани. И в этом успех их транскрипции. Действие не повторяет дотошно перипетии, знакомые по легендам и преданиям. В пяти хореографических эпизодах смещены временные границы событий, прошлое вторгается в настоящее, воображаемое — в действительное. Так, в прологе мы видим события, предшествующие развязке (фанатичный священник, отталкивающий исповедующуюся девушку). А затем — резкое временное смещение: картина бала, благоговейная атмосфера празднества, где танцевальный ансамбль из квартета кавалеров и Анны напоминает знаменитое адажио Авроры с четырьмя женихами из «Спящей красавицы» М. Петипа. Потом, в последних эпизодах балета, кавалеры Анны предстают гневными и тупыми обличителями, а в финале — участниками траурного кортежа.

В исполнении Э. Гловацкой и В. Волк-Каранввского глубина и целомудрие чувства Анны и Станислава столь убедительны, что зрителям очевидно противостояние их чистой эмоции злобе и фанатизму окружающих. Первая кульминация их чувства — дуэт героев, средоточие света и пленительной непосредственности. Далее характеры обогащаются; на смену решенному смирению к Анне приходит стойкость ожидания, затем щемящий трагизм, о подвижен Станислав — на наших гла-

«Станислав и Анна».
Эва Гловацкая и Вольдемар Волк-Карачевский

зах этот романтический мечтатель превращается в самоотверженного, целеустремленного искателя правды.

Западают в память и пластические метафоры: повторяемый Станиславом и Анной жест утоления жажды родниковой водой и завершающая дуэт поза раковины, символизирующая идею сохранения непрочной гармонии любви.

Постановщик балета В. Груца скупо и емко решил сцены с родителями, священником, римским папой и особо акцентировал лирические монологи и два дуэта Станислава и Анны. Цельность спектакля обеспечена точностью музыкально-хореографической режиссуры, удачным выбором исполнителей главных партий.

Еще один одноактный балет, показанный польскими гостями, — «Третья симфония» Т. Берда. Театр избрал для сценического во-

«Третья симфония» на музыку Т. Берда.
Иоланта Рыбарская и Иренеуш Висьневский

площения партитуру одного из крупнейших композиторов современной Польши — автора музыки для кино, радио, к постановкам пьес Софокла и Шекспира, М. Фриша и А. Миллера... Часто обращается к сочинениям Т. Берда и балетмейстер В. Груца, создавший спектакли на основе сюиты «Кола Брюньон», «Четырех любовных сонетов» (по Шекспиру) и «Песен труверов».

«Третья симфония» лишена программы и имеет в своей основе четырехчастную классическую схему. Хореограф, вслед за композитором, не предпосылает балету какой-либо литературной программы. Однако замечает, что в своей композиции он пытался показать человека в столкновении с жизненным» конфликтами... «В музыке Берда,— пишет В. Груца, — преобладает романтическая тема воспевание самого благородного чувства любви. Любовь может помочь и спасти, важно только найти ее» ². Симптоматично, что герои балета безымянны. Действие развиваете; быстро и отмечено капризной сменой настроений. Динамичный зачин сменяет эпизод спокойного лирического толка, переходящий в лирико-драматическую сцену. Героиня И. Рыбарской — любимая, муза, воплощение ускользающей мечты. Герой И. Висьневского — олицетворение поиска, дерзания, жажды любви Хореограф строит бессюжетные композиции с участием солистов и кордебалета, но при этом экспрессивная, капризно-неустойчива; темпоритмическая структура симфонии Т. Берда не всегда точно выражена в хореографических транскрипциях. Смешение гимнастики, неоклассики и головоломных поддержек не способствует слиянию танца с музыкой, которая живет в балете независимой от хореографии жизнью.

Огромной популярностью в Польше пользуется полулегендарная, полуисторическая фигура пана Твардовского — польского Фауста, неизменного героя фрашек, побасенок и анекдотов жаков — студентов старинного Ягеллонского университета в Кракове, Пан Твардовский — алхимик и астролог, чернокнижник и демонолог, окруженный сонмом отечественных дьяволят и продавший душу Мефистофелю с тем, чтобы творить на земле разные удивительные вещи, — например, летать на петухе, а в итоге попасть не в пекло, а на луну, стал уже хрестоматийным героем, старым и добрым знакомым любого польского школьника. Естественно, что образ этот привлекал многих польских писателей. Пан Твардовский и его супруга — энергичная пани Твардовская, волновали воображение таки поэтов, как А. Мицкевич, Л. Стафф, Л. Рыдль. Ю. Тувим... ³.

Балет на сюжет легенды о пане Твардовском давно уже живет на польской сцене — еще в 1874 году в Большом театре в Варшаве был поставлен спектакль на музыку А. Зонненфельда, который удержался в репертуар 6 вплоть до 1921 года, когда на тех же подмост-

_________

² См. буклет, изданный к гастролям труппы в Москве.

³ Как известно, легенда о пане Твардовском была переведена на русский язык, на основе ее композитор А. Верстовский создал оперу «Пан Твардовский», которую поставили в Москве в Большом театре в 1828 году. Советские зрители знакомы с этой легендой по балету В. Борковского, показанному на гастролях Большого театра из Лодзи в Тбилиси в 1969 году, а ранее, в 1958 году поставленному во Львовском оперном театре.

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка

«Станислав и Анна».Эва Гловацкая и Вольдемар Волк-Карачевский

«Третья симфония» на музыку Т. Берда. Иоланта Рыбарская и Иренеуш Висьневский

Содержание

«Станислав и Анна».
Эва Гловацкая и Вольдемар Волк-Карачевский

«Третья симфония» на музыку Т. Берда.
Иоланта Рыбарская и Иренеуш Висьневский