Творчество молодых

Т. Щербакова

С МЫСЛЬЮ О ЧЕЛОВЕКЕ

Молодой белорусский композитор Виктор Войтик ищет путь к своему слушателю через эмоционально впечатляющую мысль о человеке, об окружающем мире. Думается, что главную свою задачу он видит в умении средствами искусства «беседовать с людьми», думать вместе со слушателем, волновать его.

В большом и малом, в оратории «Память Хатыни» и Акварели для цимбал соло, в кантате «Казацкие песни» и в Пьесе для скрипки и фортепиано, ощутим интерес автора к жизненно определенным, ясным и простым в своем существе теме, образу, кругу настроений. При этом, несмотря на молодость, Войтик овладел многими секретами так называемого современного композиторского письма. Его постоянно влечет естественная выразительность фольклорных праэлементов музыкального языка, которые в бесконечной многоликости живут в искусстве и речи народа.

Шесть сцен из жизни народной вольницы в кантате «Казацкие песни» для солистов, смешанного хора и ударных (1974) написаны на белорусские народные тексты. Сочиненные композитором напевы в духе скорбной рекрутской и песни-пляски, плача и лирической песни не воспринимаются еще одной умелой имитацией фольклора, но звучат , индивидуально, выразительно, претворяя характерные черты стилевой системы народного творчества.

Индивидуальное обнаруживается уже в самом складе образности, ее психологических оттенков, «контрапунктов». Войтик чуток к диатонике. Скупая подголосочная ткань хора своеобразно оттенена ударными — гулкими фонами, изобразительным рисунком военного барабана, литавр, тарелок. Замысел автора реализуется в строгом отборе развиваемого материала, в лаконизме песенной темы, в рациональном использовании разных тембровых комбинаций мужских голосов с ударными.

Оратория «Память Хатыни» на слова Г. Буравкина и Р. Тармолы отмечена как лучшее сочинение на Всесоюзном смотре творчества молодых композиторов в 1975 году. В нем выражены яростный протест против фашизма, проклятие войне. Чувствуется, что музыка рождена потребностью автора «услышать» молчание погибших, передать их боль.

Пример. Adagio.

Пример. (Продолжение)

Оратория примечательна изобретательной и художественно-содержательной интонационностью. Прямая связь с жанровыми истоками ощущается в печальной детской песне «Я заўсёды была вясёлым дзіцём» (№ 2), в безутешном плаче «А, дзеткі, а вы ж не паспелі пажыць» (№ 3), в скорбной колыбельной Матери «А... люлі, лю... Cпі, мая дачушка...» (№ 4). Вокальный мелос порой обретает зыбкую текучесть нетемперированного звучания в говоре-отпевании (№ 3). Он может и становиться по-инструментальному напряженным, и превращаться в ровную линию secco с ее «мертвенной» аэмоциональностью. Сопоставляя и сочетая разные типы интонационности, Войтик создает живую, «растущую» и постоянно обращенную к слушателю музыкальную форму.

Активно включены «в действие» ресурсы большого симфонического оркестра, который почти нигде не выступает в аккомпанирующей функции. Ладотональная и тембровая стороны оркестровой партии нередко оттеняют вокальный материал, углубляют его. Возникает необходимый здесь фонический и красочный «воздух» драмы. Экспрессивно наполнены диссонирующие инструментальные педали, восклицания, образно глубокие подголоски, живописный орнамент. Словом, здесь существует эмоционально подвижный инструментальный контекст с развитым изобразительным началом.

Если же говорить о трактовке Войтиком жанра оратории и — шире — традиционных жанров вообще, то, насколько об этом можно судить сейчас, молодой белорусский автор более склонен скрещивать различные жанровые разновидности, нежели культивировать «чистые виды». Пожалуй, только «Сюита в старинном стиле» для цимбал и камерного оркестра (1970) является примером чистой «жанровой культуры». Аллеманда, Куранта, Сарабанда и Жига прямо связаны с типичной для эпохи барокко танцевальной образностью, интонационными и ритмическими формулами тематизма. Устойчивы тут и конструктивные схемы.

Новое понимание искусства прошлого раскрывается в Сюите Войтика, во-первых, посредством гармонии, ее внутритональных политональных ресурсов, во-вторых, с помощью полифонических способов разработки материала. Белорусские цимбалы звучат здесь как клавесин, чему способствуют изобретательные штрихи и некоторые новые приемы звукоизвлечения (игра перевернутыми и «жесткими» палочками, pizzicato и техника флажолетов и др.). Тембровую свежесть звенящему звучанию наводного инструмента придают наслоения призвуков не полностью приглушенных струн. К слову сказать, тем, как Войтик пишет сегодня для цимбал (а им написаны Акварель, Соната, две сюиты, отдельные пьесы), он заново открывает этот инструмент для современной концертной эстрады.

Концерт для камерного оркестра (1974) — лучшее, на мой взгляд, пока что сочинение Войтика. В этой душевно согретой музыке вновь звучит голос сострадания жертвам фашизма. Одновременно это одно из самых продуманных созданий автора, требующее большой точности исполнения и активности восприятия.

Концерт вводит слушателя в своеобразную междужанровую сферу, возникшую в белорусской музыке более десяти лет назад. Некоторыми чертами она соприкасается с кантатой и вокально-симфонической поэмой — традиционно близкими национальной культуре жанрами. Отражается здесь и возросший в последние годы интерес композиторов республики к концерту. В какой-то мере это связано с ренессансом раннеклассических тенденций — симфонии concertante, concerto grosso. Сошлемся на камерные партитуры драматической Четвертой симфонии Е. Глебова и лирико-жанровой Второй симфонии Г. Вагнера, которые отличает особая индивидуализация тембров. Скупой и нестандартный стиль резких красочных «пятен», сопоставление тематических и фактурных образований присущи «Музыке для струнных» С. Кортеса. Потребность в зримой, декоративно-впечатляющей образности побуждает А Мдивани в его концертных оркестровых пьесах типа «Диалект», «Остинато» развивать орнаментальное письмо со значительной ролью индивидуальных и групповых soli.

Поиски свежей красочности, в том числе способов сонорного развития микросюитной композиции, наблюдаются и в Концерте В. Войтика. Но и тематизм фактурного склада, и коллаж контрастных звуковых орнаментов, и непривычные штрихи струнных — все подчинено потребности достоверно пере-

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка

Творчество молодых

Т. Щербакова

С МЫСЛЬЮ О ЧЕЛОВЕКЕ

Пример. Adagio.

Пример. (Продолжение)

Содержание