Для инструментальных сочинений Майера, в особенности для его четырех струнных квартетов характерны красота, пластичность звучания, необычайная выразительность музыки. Здесь нельзя не ощутить влияния Д. Шостаковича, однако индивидуальность Майера выражена очень ярко.

В 1952 году была опубликована основополагающая музыкально-публицистическая работа композитора «Музыка в политических событиях», идеи которой несомненно нашли отражение и в его музыке.

Обширное вокальное творчество Майера свидетельствует о его стремлении использовать фольклорные формы. Следуя заветам Эйслера — создавать музыку, зовущую вперед, волнующую массы, композитор, воплощая в своих сочинениях передовые идеи эпохи, борется против псевдонародности. Уже сегодня ясно, что «Мансфельдская оратория», написанная в 1950 году к 750-летию Мансфельдских медных рудников, сочинение одновременно и боевое, устремленное вперед и в то же время глубоко лиричное, представляет собой крупное явление искусства социалистического реализма. Вслед за ней композитор написал несколько малых кантат: «Уверенность в победе», «Полет голубя», «Врата Бухенвальда», прочно вошедшие в репертуар хоровых коллективов ГДР.

Опытный музыкант-драматург, Майер в шестьдесят пять лет обратился к оперному жанру. Его опера «Всадники в ночи», показанная осенью 1974 года на сцене Берлинской Staatsoper, создана по роману Питера Абрахамса «Тропою грома». В музыкальном решении этого известного произведения композитор проявил тонкий вкус, большое драматургическое чутье.

Дружба с СССР служит для Майера постоянным источником творческого вдохновения. Его здравица во имя силы и могущества СССР на текст Пабло Неруды — героическая ода «Мать свободы» — волнует необыкновенным накалом чувств. В том же ряду надо назвать и кантаты «Завоеванная дружба», «Ленин говорил», песни «Спасибо русским солдатам» и «Песню о германо-советской дружбе», завоевавшие большую популярность. Музыке и музыкальной жизни СССР Майер-исследователь посвятил ряд своих работ.

Социалистическая партия Германии, правительство ГДР высоко оценили заслуги Майера — музыканта, ученого, деятеля культуры. Он — многократный лауреат Государственных премий. Борьба за реалистическое искусство, за его духовные ценности — жизненное и авторское credo композитора.

Перевел с немецкого В. Пичугин

*

Г. Жубанова

Дни дружбы

В жизни человека бывают незабываемые и незаменимые мгновения, которые мы в порыве восторга называем чудными. Чудо любви, чудо подвига, чудо творчества. Всемирно известный памятник советскому воину-освободителю в берлинском Трептов-парке — это олицетворение чуда, свершенного советским народом, его любви, его мужества. Слава тебе, Солдат! Ты — символ жизни, символ счастья, символ мечты! Ты так же вечен, как вечен Человек!..

Мы шли по зеленым аллеям этого огромного парка и испытывали гордость и скорбь одновременно. Гордость за Солдата, скорбь — по погибшим, по тем миллионам жизней, которые были отданы в борьбе с фашизмом.

Весной прошлого года в Берлине на сцене Staatsoper открылись Дни культуры СССР, посвященные 30-летию Великой Победы. Празднично, как гимн искусству нашего народа прозвучала Увертюра к опе-

ре «Руслан и Людмила» Глинки, сыгранная Большим симфоническим оркестром Всесоюзного радио и телевидения под управлением В. Федосеева. Большим успехом пользовалось выступление наших солистов. В каватине Алеко пение В. Дауронаса поразило внутренней силой и глубиной. С виртуозным блеском, артистично прозвучал Вальс-скерцо Чайковского у Р. Агароняна. Г. Калинина, обладающая голосом прекрасного тембра и большой силы, тонкой музыкальностью покорила сердца слушателей в романсе Чайковского «День ли царит» и в арии Тоски из одноименной оперы Пуччини.

Подлинным триумфом стало исполнение Т. Хренниковым своего Второго фортепианного концерта блестящее, вдохновенное и артистичное выступление мастера. Интересно, что с каждым очередным новым показом Концерт поворачивается новыми гранями, — видимо, такова сила подлинного искусства. Так, например, при первом прослушивании поразила лирика — чистая, светлая, по-юношески устремленная в мечту... При последующем — привлек внимание современный ритмический нерв, в котором были и молодой задор, и беспокойный пульс времени, и уверенная поступь к прекрасному завтра.

В «берлинском» исполнении это все соединилось...

Большой энтузиазм слушателей вызвало выступление Академического мужского хора Эстонской ССР под управлением Г. Эрнесакса.

Настроение праздничности сохранилось и во втором отделении. Его открыла Л. Зыкина — «королева русской песни» (как именуют ее за рубежом). Сильный, грудной, какого-то особого задушевного тембра голос певицы, ее высокая статная фигура и чисто русская широкая исполнительская манера, сценическая общительность — все эти качества всегда вызывают у публики восторженный прием.

В дуэте из балета «Эсмеральда» Пуни великолепно показала себя молодая балетная пара из Киева (Т. Таякина и В. Ковтун), порадовавшая технической свободой в сочетании с артистическим обаянием.

Как всегда, незаурядным мастерством блеснул Д. Гнатюк. Большой успех имели выступления молодежного эстрадного ансамбля, певца А. Огренича, Государственного ансамбля танца Грузинской ССР под руководством Н. Рамишвили и И. Сухишвили.

Концерт достойно завершился торжественной «Песней о Ленине» А. Холминова. Ее спели в сопровождении оркестра В. Дауронас и хор, вызвав горячие, долго не смолкающие аплодисменты.

Праздничное настроение не покидало нас и на другой день, когда утром мы вышли на улицы Берлина, на красивые площади, чтобы осмотреть достопримечательности этого прекрасного города. Незабываемым было посещение Государственного Берлинского музея (Der Altar von Pergamon). Неповторимая красота, изумительная архитектурная гармония целого и дисгармония человеческих судеб, драматически насыщенных, переданных в скульптурных фигурах и сюжетах, наводят на глубокие размышления, вызывают невольное чувство гордости тем, что ты принадлежишь к этому беспокойному и прекрасному племени, имя которого — Человек, Творец.

Вечером мы слушали в Komische Ореr «Свадьбу Фигаро» Моцарта. Впечатление от спектакля, особенно от его музыкального уровня, осталось очень сильное. Здесь господствовал подлинный Моцарт — его музыка, его стиль, его дух. И вместе с тем это был современный спектакль. На сцене действовали не музейные персонажи, а люди, чьи чувства и мысли близки нам, волнуют нас. Этому способствовали выразительность мизансцен, легкость художественного оформления, в котором приметы эпохи даны лишь отдельными деталями, простота, естественность костюмов. Артисты играют в современной манере, мимика их богата, они свободно движутся по сцене, поют в любой ее части и в самых разных положениях (даже лежа на спине, как это сделала Сюзанна в IV действии). Все это возможно благодаря полной музыкально-исполнительской раскованности певцов. Они почти не «смотрят» на дирижера, да и последний не уделяет им такого пристального внимания, как в иных оперных театрах. Надо сказать еще и о большой музыкальной культуре участников спектакля. Это настоящие музыканты, которые не просто «вызубривают» свои партии, а осмысливают всю музыку в целом, ощущают стиль композитора.

Изумительно звучал оркестр. В этом, конечно, заслуга дирижера Г. Оберфранка. Певцы, все без исключения, обладают большой исполнительской культурой, яркими вокальными данными. Прекрасным голосом чистого, ровного тембра выделяется М. Фалевич. (Интересное совпадение. Слушая ее в этой опере, я подумала о том, какой великолепной Наташей она была бы в «Войне и мире» Прокофьева, и обрадовалась, когда в одной из бесед узнала, что Фалевич выступала именно в этой роли в спектакле, поставленном в Komische Ореr Л. Михайловым.) Ярко спела партию Керубино У. Трокель-Бурхардт.

Виртуозной вокальной техникой и отличными способностями обладает и другая певица У. Рейнгард-Кисс (Сюзанна). Сильным был также мужской состав: И. Дене (Фигаро), У. Крейсиг (Альмавива).

Следует сказать, что четырехактная опера была объединена постановщиками в два акта с одним большим антрактом между ними. Не стоит ли и нам шире внедрять эту традицию для экономии времени с одной стороны, и, что более важно, для большей концентрации действия, мысли, заложенной в нем?

Так получилось, что после шедевра Бомарше — Моцарта, представляющего собой гимн разуму и труду, мы посетили музей Карлсхорсте (район Берлина). С каким-то особым чувством трепета входили мы в здание, где прозвучал последний аккорд военной симфонии, возвестившей победу сил мира. Когда смотришь фильмы или спектакли об Отечественной войне, они потрясают, но с подлинными документами, фотографиями, письмами ничто не может сравниться.

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка

*

Г. Жубанова

Дни дружбы

Содержание