ность, яркость и сила его звучания, точность интонирования и музыкальность, казалось, поставили этот оперный хор выше всех».

Успешные гастроли оперы Большого театра в США, безусловно, будут способствовать укреплению взаимопонимания и дружбы между советским и американским народами.

*

Гастроли балетной труппы Большого театра, проходившие в США. прошлой весной, открылись балетом «Спартак» в постановке Ю. Григоровича с В. Васильевым в заглавной партии. «Русские вернулись, и настало время кричать "браво"», — писал наутро критик Эмори Льюнс в статье «Браво, браво, Большой!» («Record»).

В репертуар своих четвертых крупных американских гастролей, состоявшихся после девятилетнего перерыва, театр включил балеты «Спартак», «Иван Грозный», «Лебединое озеро» (в редакции Ю. Григоровича), «Спящая красавица», «Жизель» и концертную программу.

«Вчера вечером в Metropolitan Opera состоялась американская премьера великолепного, волнующего, сногсшибательного балета "Спартак"... одной из самых прославленных постановок в истории советского балета», — писала «New York Times» в статье «Большой вернулся». Приведем еще несколько отзывов об этом спектакле: «Балет Большого начинает свой дебют с шедевра Юрия Григоровича — "Спартак"... Это крупный вклад в современную хореографию» («Record»), «Владимир Васильев превосходно сыграл Спартака. С точки зрения техники он — сама невероятность, но его техника служит для выражения замечательной идеи человека-героя» («New York Times»); «Марис Лиепа в роли Красса весь объят стремлением к власти» («Daily News»); «Наталья Бессмертнова, сейчас одна из самых приятных и одаренных балерин мира, покорила в роли Фригии сверкающей грацией и утонченной нежностью... Танец Нины Тимофеевой отличался чувственным блеском, как и подобает танцу куртизанки Эгины. Еще одним триумфом было выступление мужского ансамбля кордебалета» («New York Times»).

В дальнейшем, когда в других составах в партии Спартака выступили Ю. Владимиров, М. Лавровский и не так давно дебютировавший В. Гордеев, а в партии Красса — Б. Акимов, американская пресса писала, что Большой театр обладает такой когортой мужских талантов, что мог бы показывать «Спартака» одновременно на нескольких сценах.

Отмечая общий высокий уровень постановки, известный критик Клайв Барнс из «New York Times» считает, что «этому помогают костюмы и особенно мягкие, эластичные декорации, сделанные художником Симоном Вирсаладзе, в которых есть мрачное ощущение помпезности и великолепия».

Вслед за «Спартаком» нью-йоркцам была показана последняя балетная премьера театра — «Иван Грозный». «Балет этот, — писал критик Уолтер Терри, — благодаря театральному гению Григоровича великолепен по своей впечатляющей силе». По мнению рецензента «New York Post», роль Анастасии «прекрасно подходит Наталье Бессмертновой... Она идеально соответствует героине своей эфирной легкостью, изяществом, удивительной гибкостью... Юрий Владимиров превосходен в роли Ивана, то пылкий в любви, то нервный и злобный, то властный. Прекрасен и Борис Акимов в роли князя Курбского».

Единственный спектакль, который американские зрители знали по предыдущим гастролям, была «Жизель». И в этом балете всеобщий восторг вызвала Н. Бессмертнова, которая, по словам рецензента «New York Times», стала «одной из великих Жизелей века». Тот же критик писал, что «Михаил Лавровский — Альберт танцует с новым великолепием. Очарователен и нью-йоркский дебют Нины Сорокиной и Вячеслава Гордеева в па-де-де... Большое впечатление оставил весь ансамбль».

Очень понравился рецензенту второй состав исполнителей: «Молодая Семеняка, — отметил он, — которой немногим больше двадцати, восхитительная балерина. Сцена сумасшествия, этот пробный камень для драматического мастерства балерины, получилась у нее оригинальной и захватывающей. Альберт Васильева также не похож ни на одного другого Альберта. Исполнение Васильевым второго акта — образец классического танца. При этом артист всегда остается в образе».

В то время как основная часть балетной труппы ГАБТа возвращалась из Соединенных Штатов Америки, другая группа артистов прославленного балетного коллектива выезжала на гастроли в Японию. Выступления советского балета в «стране восходящего солнца» имеют почти двадцатилетнюю историю. В Японию, так же как в США, «габтовцы» отправились в четвертый раз. Советские артисты привезли «Кармен-сюиту», «Жизель», второй акт «Лебединого озера», «Класс-концерт», а также большую и разнообразную концертную программу. В составе участников гастролей были такие прославленные мастера балетного искусства, как М. Плисецкая, М. Кондратьева, В. Тихонов. Если вспомнить, что именно контакты с советским балетом пробудили в Японии интерес к классической хореографии, что процесс создания японского балета проходил при непосредственном участии и помощи советских специалистов, то легко представить себе, сколь многого ожидали в Японии от новых гастролей Большого театра. И эти ожидания оправдались. «Волны аплодисментов и приветствий сотрясали стены зала после каждого превосходно исполненного танца... — писала газета «Майнити симбун» по поводу открытия гастролей в Токио в зале «Бунка Кайкан». — Бесконечные аплодисменты снова и снова заставляли Плисецкую выходить на сцену... В "Класс-концерте" замечательные танцовщики и танцовщицы во главе с Кондратьевой и Тихоновым демонстрировали свое великолепное мастерство в таком стремительном каскаде, что зрители не успевали перевести дыхание».

Вполне естественно, что в центре внимания прессы были выступления М. Плисецкой, которая в балете «Кармен-сюита» «с необыкновенной тонкостью и редкой проникновенностью нарисовала образ женщины,

охваченной противоречивыми чувствами любви и ненависти» («Асахи симбун»). С не меньшим успехом она танцевала во втором акте «Лебединого озера».

Высоко оценивая мастерство молодых советских танцовщиков, уже упоминавшаяся газета «Асахи симбун» отметила: «В состав труппы Большого театра включены многие молодые солисты, демонстрирующие яркую разнообразную программу... Молодые исполнители, сливая свои движения с музыкой, состязались в техническом совершенстве».

Подвести краткий итог гастролям можно словами газеты «Майнити симбун»: «Это было роскошное представление, которое может представить только Большой».

А. Г.

*

Говорят советские исполнители

Владимир Крайнев

Прошедший гастрольный сезон был для меня чрезвычайно насыщенным. Мне довелось сыграть свыше восьмидесяти концертов — сольных и с оркестрами, в нашей стране и за рубежом. Интересными и во многом необычными были зарубежные гастроли. Вот уже свыше десяти лет происходят мои творческие встречи со слушателями разных стран, но в этом году состоялось и несколько дебютов в тех местах, где я не был раньше. Так, например, мне довелось выступать перед японскими любителями музыки, приняв участие в гастролях Большого симфонического оркестра Центрального телевидения и Всесоюзного радио. Общеизвестен интерес японской публики к русской и советской классике. Концерты проходили при переполненных залах, многие сочинения бисировались, в прессе отмечался большой успех нашего известного коллектива и его дирижера В. Федосеева. В Японии фирма «Victor» предоставила мне право записать на пластинку произведения Скрябина, Мусоргского и Прокофьева.

Поездки в Грецию и Канаду также расширили «географию» моих гастролей. Впервые оркестр Музыкального театра имени К. С. Станиславского и Вл. И. Немировича-Данченко, сопровождая гастроли балетной труппы, выступил с самостоятельным концертом на Афинском фестивале в Греции. Как известно, этот фестиваль собрал ведущих музыкантов многих стран. Достаточно упомянуть лондонский и парижский симфонические оркестры, дирижеров К. Девиса, Д. Баренбойма.

В Афинах мне довелось в сопровождении оркестра сыграть Второй концерт Рахманинова и Первый концерт Чайковского. Успех нашего оркестра и его главного дирижера Д. Китаенко превзошел все ожидания. Темпераментная, экспансивная греческая публика, стоя, овациями приветствовала советских музыкантов, а пресса не скупилась на восторженные эпитеты, сравнивая московский коллектив с прославленными оркестрами мира и отмечая яркий талант молодого советского дирижера. Вообще зарубежные гастроли — это не только репетиции, концерты, записи, но и контакты творческие, человеческие. Искренние симпатии греческой публики к советским музыкантам, интерес к русской и советской музыке, выражения дружеских чувств глубоко взволновали нас.

Несколько необычной была для меня поездка в Канаду. Меня пригласили туда в качестве члена международного жюри, куда входили известные музыканты и педагоги из Соединенных Штатов Америки и Европы. Всеканадский конкурс молодых музыкантов, представителей различных специальностей, был призван отобрать среди его участников наиболее талантливых с тем, чтобы они готовились к крупнейшим международным соревнованиям, в первую очередь к традиционным, широкоизвестным — в Монреале и в Москве. Для выявления молодых дарований прослушивались и более младшие возрастные группы. Несмотря на то, что организаторы конкурса испытывали определенные материальные трудности, и поэтому, например, концерт на четвертом туре приходилось исполнять под рояль, а не в сопровождении оркестра, жюри смогло выявить в качестве победителей группу одаренных музыкантов, которые получат дебют на концертной эстраде и возможность подготовки к выступлениям на международной арене. Работа в жюри была чрезвычайно насыщенной: за неделю пришлось прослушать сто сорок участников — пианистов, струнников, вокалистов и ансамблистов. Кроме того, немало времени заняли консультации, беседы, встречи. Об одной детали конкурса мне хочется сказать особо. Я был приятно удивлен, услышав в исполнении молодых канадских музыкантов многие произведения советских композиторов. Концерты и сонаты С. Прокофьева, прелюдии и фуги Д. Шостаковича, пьесы А. Хачатуряна, детская и юношеская музыка Д. Кабалевского вызывали живой интерес и у публики.

Организаторы крупнейших музыкальных фестивалей уже не мыслят себе их проведения без участия представителей советской исполнительской школы. Я много раз бывал с концертами в Югославии, но в этом году впервые принял участие в двух популярных фестивалях. Концерты фестиваля в Дубровнике проходят в старинном замке XV века, точнее во внутреннем итальянском дворике, где стоит рояль, а вокруг него располагается публика. На фестивале «Охридское лето» мне довелось играть Шопена, Дебюсси и Восьмую сонату С. Прокофьева также в старинной церкви святой Софии XII века. Атмосфера старины, воссоздаваемая архитектурными шедеврами, специфическая акустика способствуют более тонкому восприятию музыки, доставляют истинное творческое наслаждение исполнителям. Фести-