Саз-сырнай

и ученый справился с этой задачей. В работе «Народные музыкальные инструменты дореволюционного Казахстана» он впервые описал строй сыбызги, приемы звукоизвлечения, особенности исполнительства и т. д.

Любопытно, что освоить таинственную сыбызгу помогла, совсем о том не подозревая, самый почетный член сарыбаевской семьи — бабушка. В юности она вышла замуж за сына искусного сыбызгиста и, обладая хорошим слухом, запомнила немало мелодий, которые тесть исполнял с большим мастерством. Болат Шамгалиевич несколько раз тайком подслушивал, как она напевала эти мелодии, тут же записывал их, перекладывал для фортепиано, а уже потом брался за сыбызгу. Таким образом находчивому «музыкальному археологу» удалось полностью восстановить пять или шесть народных кюев.

Болат Шамгалиевич упорно экспериментирует, вводя древние инструменты в самые необычные по составу ансамбли. (Как известно, дело это новое: раньше у казахов ансамблевая игра развита не была.) В квартире Сарыбаева мне посчастливилось услышать любопытный дуэт. Болат Шамгалиевич на сыбызге и его сын Талгат — студент пятого курса консерватории — на шанкобызе исполняли мелодию народного композитора Ахмета Ибраева «Ой толкыны» («Раздумье»). Шанкобыз — металлическая подковка-резонатор со стальным язычком посредине, тоже пришел из прошлых веков. Играли на нем в основном женщины, поэтому футляры к этому инструменту делались в форме сапожек или туфелек (они также представлены в коллекции). В наше время шанкобыз можно встретить лишь в ряде районов Чимкентской, Кзыл-Ординской и Джамбулской областей. Описание его ученый нашел в нескольких этнографических работах. Так, журнал «Новые ежемесячные сочинения» (1795) сообщал, что в торговый двор Семипалатинска, который был открыт в 1718 году, вместе с другими товарами завозился и шанкобыз. Инструмент в прошлом бытовал на всей территории Казахстана, и в записках саратовского купца Жаркова, пробывшего в 50-х годах прошлого века более месяца в Урде (Уральская область), читаем: «В дверях кибитки показались несколько простых киргизских (казахских) девушек и стали играть кто на балалайке (на домбре), кто на варганчике (на шанкобызе), кто наигрывал на деревенской гармонике».

Болат Шамгалиевич обязательно знакомит своих студентов с квартирой-музеем. Вначале он проводит с ними беседу о древней музыке, а потом обращается к молодежи с просьбой помочь ему в дальнейшем расширении коллекции. «Если в районах, куда вы будете выезжать, вам встретится что-нибудь редкостное, примечательное, — говорит он, — узнавайте, сообщайте, привозите». Его призыв, как правило, не остается безответным. Не так давно студентка Хадиша Балапашева привезла из своих родных мест — Мангистауского района Мангышлакской области — кылкобыз и камысырнай. В другой раз она же принесла в дар музею глиняный ускирик, сильно напоминающий по своему виду саз-сырнай. Его вылепил из специальной глины отец студентки — 70-летний Балапаш-ата, который еще в детстве играл на таком инструменте. С Мангышлака «перекочевала» в Алма-Ату и старинная домбра. Еще одна домбра, принадлежавшая известному мастеру А. Аккозеву, была приобретена на станции Мерке Джамбулской области. Студенты-башкиры, которые обучаются в столице Казахстана, подарили музею изготовленную из тростника башкирскую дудку курай.

По словам Болата Шамгалиевича нелегко осваивать игру на древних инструментах. Ведь тут не у кого получить консультацию, не с кем посоветоваться. В то же время искусство народных музыкантов, опирающееся на многовековые традиции, хранит немало секретов. Разгадать их помогали интуиция, профессиональное чутье. Скажем, исполнители на деревянной сыбызге, прежде чем играть, опускали инструмент в воду и втягивали ее, увлажняя дудочку изнутри. А чтобы влажность была равномерной и на внутренних стенках не оставалось капель, полагалось трубку сильно продуть, после чего звук получался чистым и свежим...

Ваше знакомство с квартирой-музеем будет неполным, если мы не расскажем еще об одной стороне деятельности ее хозяина. Вот уже больше десяти лет Сарыбаев ведет «Летопись казахской музыки». Большой застекленный шкаф в его кабинете вплотную набит папками с обозначением дат. В них и хранится летопись.

...Вернемся в то время, когда Болат Шамгалиевич работал в московских библиотеках над кандидатской диссертацией. Тема ее — «Народные музыкальные инструменты дореволюционного Казахстана» — была

совершенно не исследованной. Как же трудно было искать нужный материал в огромных кипах старых периодических изданий!

И вот однажды Сарыбаеву повезло: он обнаружил один толстый альбом, а в нем — материалы по Туркестану, собранные сотрудником ташкентской библиотеки Н. Маевым. Альбом содержал вырезки из газет и журналов с 1870 по 1888 год, расположенные в строгом порядке, тематически.

Потом уже узнал дотошный алмаатинец, что всего было когда-то триста таких альбомов, да, к сожалению, сохранилась лишь десятая часть. Всего неделя понадобилась, чтобы как следует просмотреть их. Вспоминая об этом, Сарыбаев говорит: «Просто не могу выразить, с какой радостью, с каким трепетом перелистывал я страницы сборников. Какое огромное чувство благодарности испытывал я к человеку, затратившему титанический труд для того, чтобы материалы принесли людям пользу».

Тогда-то и сам Болат Шамгалиевич надумал вести свою «Летопись», по которой можно было бы, не тратя времени на поиски нужного номера газеты или журнала, непосредственно ознакомиться с содержанием того или иного интересующего материала. Сарыбаевская «летопись» состоит из одиннадцати разделов («Композиторы Казахстана», «Художественная самодеятельность», «Вопросы музыкального образования», «Народная музыка, музыканты и инструменты»...). Всего собрано уже более пятнадцати тысяч статей.

Со времени основания коллекции аккуратно ведется дневник музея. В нем накопилось уже немало самых теплых, дружеских отзывов. Так, заведующий кафедрой народных инструментов Киевской консерватории Н. Лысенко пишет: «Уважаемый Болат Шамгалиевич! Даже беглое знакомство с Вашей научно-этнографической деятельностью, безусловно, убеждает в ее чрезвычайной перспективности, как для развития данного направления в науке, так и для художественной практики народно-инструментального искусства в нашей стране. От всей души желаю Вам дальнейших больших успехов. Бесконечно благодарен Вам за оказанные мне консультации».

В конце 1974 года в Алма-Ате состоялось пленарное заседание Всесоюзной комиссии по народному музыкальному творчеству при Союзе композиторов СССР. В нем участвовали представители всех союзных республик. Были прочитаны доклады о развитии музыкальной фольклористики Казахстана, Узбекистана, Туркменистана, Киргизии, обсуждались проблемы изучения и пропаганды народного творчества. Запомнился всем и концерт. В его программе прозвучали народные песни и инструментальная музыка республик Средней Азии и Казахстана. Среди выступавших были фольклорный ансамбль консерватории, сыгравший кюй «Боз-инген», а также дуэт Сарыбаевых — отца и сына, которые удивили искусной игрой на ускирике и шанкобызе.

Казахский народ на протяжении столетий создавал свою самобытную культуру. Однако еще недавно были известны лишь четыре вида национальных музыкальных инструментов. Теперь их около тридцати! Знакомясь с коллекцией Сарыбаева, слушая ожившие струны столетий, думаешь о том, что дело, которым занимается Болат Шамгалиевич, вполне достойно того, чтобы посвятить ему всю жизнь. Оно заслуживает более широкой и активной пропаганды.

Необходимо издать проспект-каталог музея, выпустить комплект грампластинок «Антология казахской инструментальной музыки», нужны статьи и об этой коллекции, и о казахских народных музыкальных инструментах в газетах, журналах и сборниках.

*

Б. Котляров

«Маленькие люди и великие мастера»

Есть в столице Молдавии небольшой музыкальный коллектив. Его название, а также фамилии его участников никогда не красовались на афишах, не объявлялись в концертных залах. Тем не менее сотрудники этого коллектива — музыкального цеха при производственном Комбинате — делают для музыкальной культуры республики огромной полезности и важности дело. Это подлинные народные умельцы, из тех, о которых М. Горький говорил как о «маленьких людях и великих мастерах».

В мае 1964 года было положено начало кропотливой, систематической работе по реконструкции и совершенствованию молдавских народных музыкальных инструментов. Инициаторами и душой ее стали Ион Визитиу-Беликов и Любомир Иорга. Первый из них, в годы Великой Отечественной войны попавший в далекую Тюмень, проявил там себя как квалифицированный мастер на местной фортепианной фабрике. Второй — в прошлом солист танцевальной группы ансамбля «Жок», самоучкой выучившийся играть на различных народных инструментах. Собрав вокруг себя других мастеров (всего двадцать человек, среди которых выделяются Ф. Гырбу, Ф. Олэреску, П. Попов, А. и В. Степановы, И. Борщ, Р. Хорват, Г. Синеску), они начинали свою деятельность на правах почти кустарной мастерской. Ныне это снабженный механическими станками просторный цех. Изготовляемые здесь инструменты звучат в исполнительских коллективах Молдавской филармонии, исколесивших многие страны мира. Но все это, естественно, произошло не сразу.

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка

Саз-сырнай

*

Б. Котляров

«Маленькие люди и великие мастера»

Содержание