Выпуск № 1 (446) | 1976 - страница 38

Б. Сарыбаев в своем музее

рекочевало в основном из Кзыл-Ординской области еще во второй половине XIX века, Сарыбаев записал легенду о появлении джетыгена — семиструнного инструмента, напоминающего русские гусли. Вот что говорилось в этой легенде.

В глубокой древности в одном ауле жил старик, у которого было семь сыновей. В холодную зиму погиб весь его скот, люди остались без еды, и в доме старика поселилось горе. Смерть одного за другим унесла семерых сыновей. Выдолбив кусок сухого дерева, убитый горем отец после смерти каждого сына натягивал одну струну и слагал погребальный плач-жоктау.

Русские путешественники конца XVIII и начала XIX века, знакомые с джетыгеном, называли его по-разному. А. Маслов, например, в своем «иллюстрированном описании музыкальных инструментов, хранящихся в Дашковском этнографическом музее в Москве», именует его ятагой.

Некоторые казахские инструменты из экспозиции Дашковского музея, в том числе и ятага, не уцелели. Сохранился лишь снимок в «иллюстрированном описании...», по которому сотрудник экспериментальной мастерской Алма-Атинской консерватории Оразгазы Бейсембаев и изготовил семиструнные «казахские гусли»...

Поездка в Тамды принесла и еще немало сюрпризов. У замечательного домбриста-импровизатора Жаксылыка Елеусинова (кстати, именно он рассказал легенду о джетыгене, слышанную им от своего деда) Сарыбаев и его спутники записали больше сорока новых песен и кюев, а от кобызиста Карабая Баимбетова — один из старейших вариантов мелодии, принадлежавший шаману Баймахану ¹, причем при ее исполнении использовались очень древние приемы игры. Еще с тремя мелодиями шаманов, живших в XVIII и XIX веках, познакомил участников экспедиции домбрист Елеусинов.

Не менее плодотворной была и экспедиция в Кош-Агачский район Алтайского края. Участники ее привезли более семидесяти образцов народной музыки, десятки фотографий народных исполнителей, алтайских и казахских старинных инструментов (топшуры, икили, сырнаи, домбры), а также две домбры мастера Бурибая Шокинова, вызвавшие интерес оригинальной формой и мягкостью звучания (все местные инструменты выдалбливаются из цельного куска дерева). Старинные песни и кюи, услышанные от казахов, проживающих в Кош-Агаче, отличаются своеобразным интонационным языком, близким к языку восточных районов Казахстана. Во время поездки произошли встречи с интересными молодыми исполнителями. Их песни, сочиненные в советский период, тесно связаны с достижениями культуры и экономики Горно-Алтайской области.

_________

¹ Надо отметить, что до Сарыбаева только А. Затаевичу в 1920 году посчастливилось записать несколько мелодий шаманов-баксы, которые всячески от этого уклонялись.

Сарыбаев — член республиканского отделения всесоюзного общества «Знание». В этом качестве ему довольно часто приходится бывать в самых различных уголках Казахстана, выступать с лекциями и беседами. И каждую такую поездку ученый старается использовать для того, чтобы познакомиться с тем или иным народным музыкантом.

Когда однажды Сарыбаеву довелось выехать в Чимкент, он отыскал Тастана Канлыбаева из колхоза «Коммунизм» Сайрамского района, у которого, как говорили, хранится древнейший кылкобыз. И вот состоялась встреча, после которой сарыбаевская коллекция пополнилась еще одним превосходнейшим экспонатом.

— Как только взглянул я на инструмент, — рассказывает Болат Шамгалиевич, — сразу заметил, насколько он древний. Все об этом говорило: форма, выделка, общий вид ². Нижняя часть корпуса обтянута верблюжьей кожей, сам корпус, сделанный, как определили специалисты, из лиственницы, обит жестью, видимо, и по акустическим соображениям, и для большей прочности. На дне корпуса сохранилась выемка прямоугольной формы, там когда-то было вставлено зеркальце; с его помощью исполнители-баксы достигали особого эффекта, вызывая у слушателя суеверный страх. Инструмент сохранился не в лучшем виде: без струн, на смычке — обыкновенной палочке — отсутствовали волосяные нити. Но уцелели все якореобразные металлические подвески на верхней части корпуса. Во время игры баксы потряхивали кылкобыз, и таким образом он сочетал в себе звучание смычкового и ударного инструмента — асатаяка.

Вручая свое сокровище ученому, Тастан Канлыбаев рассказал, что кылкобыз этот передавался от одного другому по крайней мере десятью поколениями шаманов-баксы. Сарыбаев привез инструмент домой. Здесь он тщательно отчистил кылкобыз и, натянув струны из конского волоса, вернул ему голос.

Таким образом, древний казахский инструмент обрел новую жизнь. Уже не первый год Сарыбаев ведет класс кылкобыза в Алма-Атинской консерватории. Помогает ему замечательный народный музыкант Даулет Мыктыбаев — один из немногих, кто умеет мастерски играть на кылкобызе.

«Шертер». Это слово алмаатинцы встречали на красочных афишах гастролей одноименного ансамбля казахских народных инструментов из Аркалыка. Такая афиша висит и в музее Сарыбаева. Ведь именно он заново открыл для современников давно исчезнувший древний инструмент. Впервые ученый прочитал о шертере в вышедшем сто лет назад в Париже альбоме польского революционера Бронислава Залесского «Жизнь в киргизских степях». Находясь в политической ссылке на далеком Мангышлаке, Залесский записывал казахские сказки, сделал множество зарисовок. На одной из гравюр изображен сказочник по имени Мырзакай с небольшим инструментом (короткий гриф без ладов, овальный корпус); по положению правой кисти нетрудно увидеть, что музыкант извлекал звуки щипком.

И опять О. Бейсембаев сделал точную копию этого инструмента, столь широко распространенного когда-то среди степных певцов и сказителей, пастухов-малшы, и теперь вновь возвращенного народу. Расшифровано ученым и название — «шертер». Оно связано с указанной особенностью звукоизвлечения («шертип ойнау»).

Среди экспонатов коллекции обращает на себя внимание еще один экспонат: на шарнире подвешено несколько прямых трубочек разной длины из тростника, дерева и металла с тремя и четырьмя отверстиями. Это сыбызга — духовой инструмент, начавший исчезать в конце прошлого столетия. Его упоминал в очерке «Музыкальная культура казахского народа» А. Жубанов. Сыбызга звучала до войны в оркестре народных инструментов, но тайну игры на ней унес с собой погибший на фронте Исхак Валиев.

Сарыбаеву предстояло снова осваивать сыбызгу,

Джетыгея

_________

² Ученый обнаружил его сходство со старинным кылкобызом, зарисованным еще в 1768 году на территории бывшей Астраханской губернии участником экспедиции Палласа художником И. Борисовым.

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка

Б. Сарыбаев в своем музее

Джетыгея

Содержание