Выпуск № 1 (434) | 1975 - страница 12

А ведь каждого, заметьте, надо было воспитать именно таким, каким он стал... Хачатурян не только помогал нам найти себя, свою дорогу в искусстве. Он заражал нас своей беззаветной влюбленностью в профессию, в композиторское дело, своим кипучим, искрометным, поистине неиссякаемым темпераментом человека и художника...».

Зрелость пришла к Якушенко не вдруг, не сразу... Например, явно спорная проба пера — Фортепианная соната — опус, не свободный от вычурной усложненности, отмеченный известной умозрительностью. Работа, видимо, не принесла подлинного удовлетворения автору, ибо вскоре он вновь вернулся к привычной ему манере речи, заговорил ясным, легко воспринимаемым музыкальным языком.

Среди сочинений, созданных в последнее десятилетие, — вокальный цикл из пяти пьес «Ты слышишь, небо?», пятичастная тетрадь изящных фортепианных миниатюр «Наигрыши»¹, «Балканские зарисовки» (одиннадцать пьес для оркестра). И едва ли не самое лучшее на сегодняшний день — Фортепианный концерт. Композитору удалось, по-видимому, высказаться в нем со всей творческой внятностью и определенностью. Во всяком случае, сочинение это, вот уже несколько лет, выдерживает испытание эстрадой — отнюдь не самое легкое для крупных форм инструментальной музыки. Многим слушателям довелось познакомиться с этим концертом на одном из вечеров Радио и телевидения (солист А. Скавронский, дирижер В. Дубровский), и захотелось внимательнее приглядеться к этой партитуре, рассмотреть ее в главном и в некоторых частностях.

...Стремительный бег Allegro energico (первая часть), резко притормаживающий в фантастическом эпизоде Sostenuto (вторая часть) и, вслед за недолгими минутами сказочного оцепенения, с удвоенной силой возобновляющийся в Molto vivace (финал цикла), — таковы общие контуры композиции. Характерно, однако, следующее: при всем том различном, что несет в себе музыка отдельных частей триптиха, каждый из фрагментов картины, созданной автором, это особый, индивидуально окрашенный блик единого, монохромного звукового спектра — лучезарного, радужного, незамутненного никакими сумрачными оттенками. Бросается в глаза при этом, что общность, внутренняя, эмоционально-образная, подчеркивается здесь и средствами структурно-композиционными: сочинение гармонично и цельно как форма, архитектоническая конструкция. Различные фрагменты цикла плотно спаяны друг с другом; ощущению стройности во многом способствует интонационная близость основных тематических идей концерта. Их несколько, каждая часть произведения выдвигает свою (либо свои), однако родственные связи между ними просматриваются с достаточной ясностью. Так, интонациями главной и побочной партий первой части инкрустирован музыкальный материал второй и третьей. Сделано это со вкусом и изящной профессиональной сноровкой; напомним, коль речь зашла о приметах мастерства, что Фортепианным концертом подытоживается 10–15 лет активной творческой работы Якушенко.

Мелодика в сочинении почти неизменно на переднем плане. Основные тематические тезисы излагаются композитором твердо, решительно, весомо. Именно так провозглашается главная партия первой части (труба, поддерживаемая звонким рокотом фортепиано):

В той же импозантной манере выполнена и побочная партия — волевая, маршеобразного склада мелодия, выступающая, как это любит автор, в пышном и даже тяжеловесном аккордовом одеянии:

И все же, хотя композитор рельефно и круто очерчивает мелодические рисунки, в большинстве своем интересные и содержательные, пожалуй, не они приковывают первоочередное внимание слушателей. Наиболее примечательные, запоминающиеся «события» разворачиваются в области гармонии — полнозвучной, нарядной, и ритма — упругого, энергичного, темпераментного. Именно в области гармонического и ритмического письма находит автор свежие и оригинальные штрихи. Как и в изобразительных искусствах, в музыке бывают художники с врожденным тяготением к декоративности, особой тягой к красочной стороне образа. Таков и Якушен-

_________

¹ О «Наигрышах», объединяющих жанрово-характерные, сочно изобразительные пьесы («Город Суздаль», «Переборы», «Кружева», «Баюшки» и «Переплясы»), рассказывалось в статье С. Ильенко «Цикл И. Якушенко». См.: «Советская музыка», 1973, № 7.

ко. Поэтическая программа цикла (празднество, торжество, помпезное карнавальное шествие...) предоставила возможность композитору «бросить» на свою палитру щедрое, радужное музыкальное многоцветье — и он умело, с полным знанием дела воспользовался этой возможностью.

Эффектно «смотрится» фортепиано в концерте. Оно постоянно в центре звукового действия, ему доверено экспонирование большинства основных мелодических мыслей (впрочем, так и положено по традиции): именно фортепиано знакомит слушателя с побочной партией первой части цикла; сходные обязанности возложены на солирующий инструмент и во второй части, где мелодический образ раскрывается в экспрессивном монологическом эпизоде рояля; то же — и в финальном рондо, рефрен которого выписан в виде скандированно четкой пианистической фигурации. Сольная партия в концерте ярко виртуозна, в ней немало блеска, огня, искрометной бравурности. Якушенко вообще любит рояль, мастерски пользуется его выразительно-техническими ресурсами. Иные из его произведений («Наигрыши», соната) — что-то вроде фейерверка сверкающей, элегантной «фортепианности». В таком же плане трактован инструмент и в концерте.

Есть среди написанного Якушенко еще один опус, в котором также откристаллизовалось многое из того, что в принципе присуще композитору. Имеем в виду цикл «Ты слышишь, небо?» на слова Л. Дербенева, или, как можно было бы иначе назвать это произведение,— «в манере спиричуэлс». Претворяющие специфические интонационные, ладогармонические и ритмические обороты негритянского музыкального фольклора, «спиричуэлс» Якушенко — нечто вроде стилизаций неторопливо величавых распевов, издавна бытующих среди негритянского населения США. Надо заметить, что стилизации, шире — музыкальные высказывания в духе тех или иных национальных фольклорных образцов, отнюдь не редкость у композитора; с большей или меньшей последовательностью этот творческий принцип использован им в «Романтическом путешествии», «Русских песнях», «Сербской фантазии», «Балканских зарисовках», «Наигрышах» и некоторых других вещах. «Сочинялась эта музыка с огромным увлечением, — рассказывает автор о «спиричуэлс». — Не берусь судить, помогло мне это или нет (тут бывает по-разному), знаю лишь, что цикл “Ты слышишь, небо?” мне как-то особенно дорог». Здесь в пору сказать, что Якушенко вообще любит и неплохо знает музыкальное творчество американских негров, эту богатейшую сокровищницу песенных и танцевальных мелодий. В своеобразном звуковом мире, овеянном благоуханным, густо пряным ароматом блюзов и спиричуэлс, он — не турист, мельком обозревающий окружающую его экзотику, но кропотливый и вдумчивый «археолог». Видимо, поэтому так правдивы, стилистически достоверны вышедшие из-под пера Якушенко напевы — такие, как «Дождик»:

или «Небо прекрасно»:

Отметим, что веяния негритянской песенно-танцевальной музыки ощущаются не только в цикле «Ты слышишь, небо?», но и в ряде других произведений композитора, например в его популярном Концерте для джаза.

...Якушенко сегодня полон новых творческих планов и замыслов. На пюпитре его рояля — эскизы Второго фортепианного концерта, пишется оперетта, в перспективе — другие начинания. Им уже немало опробовано. В то же время, скажем прямо: какие-то образно-эмоциональные сферы не затронуты, обойдены молчанием. Возможно, искусству Якушенко еще предстоит соприкоснуться с драматически заостренными гранями действительности, по-настоящему конфликтными коллизиями. Тогда оно станет более напряженным и интенсивным по своему духовному наполнению. Композитор в идеале должен уметь писать все, высказываться «о разном и по-разному» — такова мысль учителя Якушенко. Конечно, это не означает всеядности и, тем более, отказа от сложившихся черт творческого почерка. И все же надо пожелать талантливому автору большего многообразия отражаемых в его музыке психических состояний, свойственных человеку наших дней. Верится, что на этом пути его ждут новые художественные удачи.

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка

Содержание