Т. Макачинаса (текст М. Мартинайтиса), приуроченная к 650-летию литовской столицы. Ее простой и доступный (но не банальный) тематизм подвергается широкому развитию; много интересного в ритмике и оркестровке кантаты.

На пленуме прозвучали три новые симфонии. Высокую оценку получили Симфония колоколов (№ 4) Ю. Башинскаса и Симфония В. Юозапайтиса. Первое из названных сочинений так же, как и кантата Т. Макачинаса, создано к юбилею Вильнюса и навеяно образами прошлой и настоящей жизни города. Преодолев характерную для предыдущих своих произведений тенденцию к растянутости формы, вязкости фактуры, композитор создал жизнерадостное и красочное полотно (особенно удался энергичный, изобретательный по ритмике финал). Симфония В. Юозапайтиса отличается концентрированностью изложения мысли, целенаправленным и напряженным развитием драматургии (хотя с несколько перегруженными кульминациями), тематическим единством четырехчастного цикла.

Острые споры вызвала Третья симфония Ф. Байораса. Это крупное одночастное сочинение, построенное по принципу своеобразного монтажа небольших, интонационно родственных эпизодов; в музыке, навеянной образами древней народной скульптуры, использованы элементы фольклорных мелодий, которые причудливо вплетаются в красочную игру сонорных звучностей. Такое решение далеко не во всем оказалось убедительным, хотя иногда необычный контекст помогал выявить некоторые новые выразительные возможности фольклорных ритмоинтонаций. Автору симфонии нельзя отказать в творческой фантазии и эмоциональности, и все-таки ему не хватило соответствующего драматургического заряда — в произведении ощущаются длинноты и некоторая расплывчатость (такое впечатление усугубляло и неудачное исполнение симфонии на концерте).

Из других видов симфонической музыки следует отметить «Праздничную поэму» В. Монтвилы и «Витражи» Ю. Юозапайтиса — свежие по музыкальному языку, интересно трактующие литовский фольклор.

На камерных концертах выделился жанр сонаты (шесть произведений). С. Вайнюнас, оставаясь в кругу типичных для него романтически приподнятых образов и умеренно пользуясь средствами современной композиторской техники, создал эмоциональную и законченную по форме Сонату для скрипки и фортепиано. В Скрипичной сонате Ю. Юзелюнаса наблюдается известное прояснение его гармонического стиля, возродившийся интерес к мелодике широкого дыхания (особенно во второй части). Немалой художественной ценностью отмечены также Третья фортепианная соната Л. Повилайтиса (по мотивам цикла картин М. Чюрлёниса «Соната весны») и Соната для гобоя и фортепиано В. Юргутиса.

Многогранное творчество В. Баркаускаса было представлено Струнным квартетом. Обильно применяя новшества композиторской и исполнительской техники, автор сосредоточил главное внимание на раскрытии основной идеи музыки. Логично развертываемая драматургия этого трехчастного произведения основана на сопоставлениях контрастных образов. Баркаускасу удалось воссоздать легко ощущаемый национальный колорит. Этого нельзя сказать о Втором струнном квартете О. Балакаускаса, который — хотя он и заинтересовывает блестящими находками, своеобразно введенным коллажным принципом — пожалуй, воспринимается лишь как огромное (пятичастное!) скерцо с явными чертами гротеска.

Камерно-вокальные программы, показанные на смотре, включали не только отдельные пьесы, но и ряд вокальных циклов. Среди них особенно большой успех выпал на долю произведения Б. Кутавичюса «У берега» (на слова И. Мякаса) для сопрано соло и четырех альтов (виол). В лаконичных формах с помощью довольно скупых исполнительских средств композитор сумел достичь максимальной выразительности и точности в передаче тончайших психологических нюансов.

К числу лучших достижений литовской хоровой музыки последнего времени в жанре a cappella следует отнести цикл баллад А. Бражинскаса на слова В. Бложе. (На пленуме прозвучали две из них — «Куполе-куполелё» и «Баня»). Воплощая в своих балладах отдельные жанровые картины из народной жизни, композитор нашел индивидуальный подход к сокровищнице литовского фольклора. Здесь радует яркость национально характерных образов, естественность и органичность сочетания элементов народного мелоса с некоторыми атональными и сонористическими приемами организации многослойной музыкальной ткани…

До сих пор мы упоминали лишь те произведения, которые выделились на пленуме своими художественными качествами или дали повод для дискуссий. Кроме них было прослушано большое число опусов, отличающихся добротным профессиональным уровнем, но все же часто безликих, серых, написанных без настоящего творческого горения, использующих один и тот же круг раз навсегда найденных авторами «апробированных» средств. Вокруг них споры не велись, на дискуссии они просто не упоминались.

К сожалению, к числу таких произведений относится единственный показанный на смотре образец музыкально-сценического жанра — опера А. Белазараса «Горбатый музыкант» (либретто, на основе сказки А. Лиобите, написал сам композитор). Несомненно, в этой лирической опере для юношества есть ценные качества. Ее музыкальный язык отличается мелодичностью, национальным колоритом. Однако драматургические изъяны, чрезмерная статичность отдельных эпизодов, а местами неровность стиля не позволяют причислить эту оперу к достижениям литовского музыкального театра. Приходится пока что довольствоваться надеждами на будущее: в данный момент готовятся к постановке две новые литовские оперы — «Ave vita» (о пролетарском поэте Ю. Янонисе) В. Кловы и «Легенда о любви» (по Н. Хикмету) В. Баркаускаса.

Однако наибольшее беспокойство и разочарование вызвал концерт хоровой музыки. Хотя при составлении программы действовал несколько произвольный прин-

цип, тем не менее, концерт отразил некоторые отрицательные тенденции развития данного жанра, на что было обращено серьезное внимание в ходе дискуссии. Многие из исполненных песен оказались однотипными, малоиндивидуальными, выполненными ординарными традиционными средствами с преобладанием гомофонной фактуры.

Бросается в глаза и узость тематики. Особенно не хватает сочинений общественного, патриотического характера; если же они и появляются, то обычно страдают пассивной куплетной структурой, стандартной мелодикой, упрощенной гармонией. Малоинтересны также многие обработки народных песен.

Часто хоровые произведения ориентированы на некий «средний» исполнительский уровень. Для самодеятельных коллективов они слишком трудны, для коллективов профессиональных — слишком просты. Вследствие этого в данный момент чувствуется недостаток как художественно ярких массовых песен, так и развитых, современных по содержанию и форме хоров a cappella.

Как известно, развитие любого жанра во многом зависит от состояния исполнительства. Так, наблюдаемый в последнее время расцвет литовской камерно-инструментальной музыки в большой мере обусловлен деятельностью целой плеяды талантливых, высококвалифицированных артистов, которые нередко «подстрекают» композитора к созданию нового произведения, активно участвуют в его рождении, а впоследствии и пропаганде. Этого не скажешь о литовских хорах. Руководители даже профессиональных коллективов избегают сочинений более или менее сложной фактуры, использующих нетрадиционные средства выразительности. Поэтому, естественно, главное внимание некоторых выдающихся литовских мастеров несколько односторонне направлено в область камерных или симфонических жанров.

На пленуме, как уже говорилось, обозначились также некоторые негативные тенденции в развитии литовской музыки в целом. Ряд авторов отходит от больших общественно значимых тем сегодняшней жизни, углубляются в мир субъективистских ощущений и ассоциаций. Этой тенденцией обусловлены пассивно-созерцательный характер иных произведений (особенно инструментальных), выдвижение на первый план — в ущерб активной музыкальной драматургии — статичных, декоративно-живописных моментов. Иногда можно наблюдать своеобразное любование красочностью звучания, самодовлеющей игрой необычными сонорными эффектами. Литовские композиторы молодого поколения, хорошо овладевшие новой техникой, подчас склонны ограничиваться лишь показом этих средств, не подчиняя их воплощению значительного художественного содержания.

Другая негативная тенденция, которой мы уже касались выше, заключается в инертности творческой мысли, в поверхностно-декларативной трактовке актуальной тематики, в стереотипных приемах музыкальной речи, подчас — в неприкрытом эклектизме.

В дискуссиях пленума высказывались критические замечания и в адрес музыковедов республики. Надо согласиться, что в ряде критических статей, рецензий и аннотаций, действительно, порой не хватает глубины раскрытия сути анализируемого произведения, а также — его достаточно аргументированной оценки.

В резолюции, принятой на заключительном заседании III пленума СК Литвы, предусмотрены конкретные меры устранения существующих недостатков, намечены пути дальнейшей творческой деятельности национальных композиторов и музыковедов.

А. Иконников

КРАЙ РАЗВИВАЮЩЕЙСЯ КУЛЬТУРЫ

В Чувашии мне довелось побывать впервые. Хотя с музыкой композиторов этой республики я уже встречался в Москве, слушал некоторые сочинения по радио, все же столь полная картина творчества, которую обещал дать и дал IV съезд чувашской организации, была для меня внове. Готовясь к поездке, я лишь приблизительно представлял себе, что ожидает меня как музыканта, и уж тем более, как выглядит сейчас столица братской Чувашии — сегодняшние Чебоксары.

Полученные впечатления оказались неизмеримо богаче и шире моих представлений.

Крупный индустриальный центр союзного значения, город бурно развивающейся науки и культуры, Чебоксары располагают пятью театрами, двумя музеями, картинной галереей, рядом средних учебных заведений, в том числе Музыкальным училищем имени Ф. П. Павлова — кузницей исполнительских кадров республики. Здесь много детских музыкальных школ.

Новые жилые кварталы, застроенные красивыми зданиями, просторные многокилометровые озелененные проспекты, скверы, памятники вместе с панорамой строящегося тракторного завода (всесоюзная стройка комсомола) и возводимого гиганта электроэнергии Чебоксарской ГЭС — все это живое свидетельство преображения захолустного городка «инородцев» в одетый металлом и бетоном промышленный центр республики с четвертьмиллионным населением.

Какое же место принадлежит музыке в борьбе за преображение родного края, с какими итогами композиторы и музыковеды Чувашии пришли к своему IV съезду?

Четыре дня работы форума дали убедительный ответ на эти вопросы.

Настоящее и прошлое народа, осмысленное людьми, стремящимися отчетливо представить себе будущее, — так можно было бы сформулировать то главное, что