Выпуск № 9 (406) | 1972 - страница 48

второй половины в A-dur'e кажется мне менее вдохновенной, менее увлекательной. Благодарю тебя, дружески жму руку за посылку, которая меня, именно здесь, совсем особенно обрадовала, хотя я ни разу не могла до конца просмотреть Песню fis-moll без того, чтобы глаза мои не наполнялись слезами, что, впрочем, как ты скажешь, бывает у меня часто. Я верю, что настроение в этой песне твое собственное, только пока ты ее писал, — мне было бы очень больно, если бы мне пришлось поверить, что у тебя часто бывает такое чувство! Нет, милый Иоганнес, ты, человек одаренный, в расцвете лет, вся жизнь впереди, не должен допускать таких мрачных мыслей. Создай семью. Женись в Вене на состоятельной девушке (ведь найдется же, вероятно, и такая, которую ты сможешь полюбить), и ты опять повеселеешь и вместе с заботами, конечно, познаешь ведь и радости, которых ты до сих пор не знал, и тогда вновь полюбишь жизнь. Ведь в конце концов понятие счастья на земле ограничивается только жизнью у семейного очага, — мне хотелось бы, чтобы ты создал его себе, — наилучшее время для этого настало теперь. <...>

16.

Иоганнес Брамс Кларе Шуман

28 марта 1870 г.
Вена

<...> «Мейстерзингеров» пришлось пять раз назначать и пять раз отменять. А теперь повторения доставляют много хлопот. Уже одно это, естественно, мешает публике загореться, и для этого придется ее подстегнуть. Нахожу публику гораздо более равнодушной, чем вообще ожидал. Я не восторгаюсь — ни этой оперой, ни Вагнером вообще. Все же слушаю ее так внимательно, как только возможно, то есть когда только могу это выдержать. Конечно, она вызывает желание поболтать о ней. Я же доволен, что мне нет необходимости громко и ясно высказываться и т. д. и т. д. Одно я знаю: во всем другом, что я пробую делать, я наступаю на пятки предшественникам, которые меня сковывают. Вагнер меня никоим образом не стеснил бы с величайшей охотой взяться за оперу. Среди всех моих желаний, впрочем, сочинение оперы сильнее желания получить место музикдиректора ¹.

Недавно я был в Клостернейбурге, с наступлением весны буду бывать там чаще. Это один из богатейших монастырей, и мне хотелось бы, чтобы ты когда-нибудь смогла посмотреть подобное хозяйство. Делать этим господам духовного звания, когда они у себя дома, совершенно нечего. Всего их, думается, 60, из них 20 обязаны, однако, по свободному выбору, возглавлять богатейшие приходы в округе (Хизинг, например, приносит 5000–6000 флоринов); 20 человек управляют огромными имениями в Венгрии и т. д., остальные сидят дома, занимаясь вышеуказанной деятельностью. Настоящий монастырь, например, Айнзидельн в Швейцарии, гораздо интереснее. Здесь же из-за праздной и разгульной жизни, о которой эти господа сами вполне откровенно и спокойно рассказывают, они вскоре перестают о чем-либо думать и что-либо делать. Для разнообразия ездят в Вену, где у них есть дом; свое духовное платье могут оставить при входе! NB! Когда устают, надевают его снова.

Для нашего же брата это приятная смена впечатлений. Монастырь расположен в чудесной местности на Дунае, и залы, где живут, и вино, которое пьют, вообще все гостеприимство образцово. Как только весна немного больше войдет в свои права, я туда поеду, я ведь очень мало знаю Австрию. <...>

17.

Клара Шуман Иоганнесу Брамсу

19 июня 1870 г.
Баден

Большое спасибо, дорогой Иоганнес, за оба письма. Подумай только, как странно! Утром того дня, когда вечером я получила твое первое письмо, я совершенно откровенно написала Хербеку¹, что я не могу участвовать в Бетховенском фестивале вместе с Вагнером, который посягал на самое высокое и святое для меня как в жизни, так и в искусстве и, как художник, идет в направлении, мне совсем не симпатичном и т. д. и т. д.

За отсутствием прислуги письмо не было отправлено и пролежало до вечера, когда пришло твое. Теперь я написала другое, в котором, однако, себя не связывала, а только просила о более точных данных — кто дирижирует и какая установлена программа, чтобы затем сейчас же сообщить о своем решении. Но ты ошибаешься, если думаешь, что меня больше всего стесняет Лист! Он мне лично, или Роберту, никогда ничего не сделал, в то время как Вагнер говорит о Роберте, Мендельсоне и о тебе поистине самым наглым образом; и я должна сесть и играть под его управлением? И если бы я в минуту слабости, когда желание играть именно там заставило бы меня упустить из виду все другое, согласилась, то полагаю, что вновь отказалась бы еще накануне, мне было бы стыдно самой себя. Теперь с нетерпением жду ответа Хербека. Если ответ будет таким, что мне захотелось бы согласиться, то не можешь ли ты разузнать, какой гонорар они предполагают заплатить? Они запрашивают меня об этом, а я в смущении, мне не хотелось бы требовать слишком много, но и не меньше, чем они заплатили бы другим артистам. <...>

18.

Клара Шуман Иоганнесу Брамсу

23 октября 1875 г.
Берлин

<...> В Мюнхене у меня возникла мысль, не приедешь ли, может быть, и ты туда. «Манфред» ¹ прошел хорошо, только мне мешало кое-что в инсценировке, и Поссарт ², при всем своем искусстве и мастерстве, оставил меня холодной. К сожалению, этот вечер был мне несколько испорчен последующим; но, будучи в Мюнхене, надо было уж посмотреть и «Тристана». Чета Фогель — превосходная артистическая чета, но эта опера — ничего более отвратительного я, пожалуй, еще и не видела и не слышала. Кто слушает и смотрит на это с удовольствием, у того отсутствует всякое нравственное чувство. Чрезвычайно печальный признак деморализации нашего времени, что осмеливаются предлагать образованной, или считающей себя образованной, публике нечто подобное. Все возмущается во мне, когда я только подумаю об этом, поэтому ни слова больше. <...>

19.

Клара Шуман Иоганнесу Брамсу

5 мая 1876 г.
Берлин

<...> В Лондоне у меня был еще один концерт, они очень настаивали на этом, и он прошел очень хорошо; зал был так переполнен, как никогда, и Чеппел, кроме гонорара мне и всех расходов, выручил еще около 70 фунтов. Я играла с мисс Циммерман твои Вариации для двух роялей, вот когда я опять наслаждалась.

Представь себе, на обратном пути, по прошествии многих лет, я опять слушала Листа и была в восхищении от его чудесного исполнения нескольких вещей Шуберта, но, конечно, не от его собственных сочинений, — дуэт для двух роялей на тему В.А.С.Н — это ужасно, и только замечательно, когда он пускал пассажи через всю клавиатуру. Он ведь владеет этим, как никто, — жаль, что все же мало приходится спокойно наслаждаться, потому что это всегда пронизано демонической силой, которая увлекает за собой. Я много наблюдала за ним: его тонкое кокетство, его благородную любезность и т. д. Дамы были, конечно, без ума от него — это было противно. <...>

20.

Иоганнес Брамс Кларе Шуман

24 апреля 1877 г.
Вена

Если это письмо против обыкновения и будет длинным, то оно все же потребует от тебя только четверти часа! Но в ближайшие дни придет еще одно; очень хотелось бы, чтобы ты смогла посвятить ему несколько спокойных часов!

Мне хочется издать мои песни, и я бы очень хотел, чтобы ты их сначала проиграла и сказала свое слово. Охотнее всего, конечно, я бы сидел у тебя, — но быть в Дюссельдорфе мне невозможно, а Берлин тоже имеет свои «но».

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка

Содержание