рубежом. Это заслуга и авторов данных партитур, и их наставников.

Актуальный вопрос обращения художника к большим темам современности затронул в своем выступлении А. Иконников (Москва).

В разработке общественно важных тем гражданственного звучания туркменские авторы стоят на переднем крае. В их портфеле произведения о Ленине, партии, коммунистах, трудных событиях Отечественной войны.

На обсуждении говорили и более конкретно об исполненных сочинениях. Единодушная положительная оценка дана была опере А. Агаджикова «Тревожная ночь». Ораторы отметили ее реалистическую направленность, безусловные музыкальные достоинства, в частности яркость тематического материала, органичность развития ¹.

Вместе с тем отмечались недостатки партитуры и в особенности либретто — растянутого, несобранного, мешающего достоверно раскрыть драматические перипетии сюжета. Композитору порекомендовали сделать вторую редакцию своего произведения.

Гости съезда приняли самое живое участие в разговоре о судьбе оперы В. Мухатова «Конец кровавого водораздела», созданной уже довольно давно, но до сих пор не получившей достойного сценического воплощения. В. Адигезалов, оценивая оперу как серьезное достижение туркменского искусства, предложил открывать ею театральный сезон, подобно тому как в Азербайджане это делают оперой Уз. Гаджибекова «Кероглы». Композитор из Москвы Р. Бойко посоветовал экранизировать «Конец кровавого водораздела», что помогло бы более выпукло показать эпическую сторону произведения, природу богатого красками туркменского края.

Говоря о состоянии музыкально-сценических жанров в республике, почти все выступавшие касались больного вопроса оперного и балетного либретто. В связи с этим подвергся критике Театр имени Махтумкули за недостаточную требовательность, невнимание к либретто, что было особенно ощутимо в балетах «Счастье» К. Кулиева и «Добрая волшебница» Д. Нурыева. Художественный уровень постановок оказался значительно ниже качества самой музыки — таково было общее мнение участников дискуссии. Некоторые из них высказались за необходимость прослушивать работы, выполненные в музыкально-сценических жанрах, с привлечением драматургов, артистов театра, всех заинтересованных в судьбе этой области творчества.

Что касается произведений малых форм, показанных в камерном концерте, то они — это отмечали и хозяева и гости съезда — оказались весьма неравноценными. Наряду с отдельными удачными сочинениями (песни «Осень», «Комсомол всегда в пути» В. Мухатова) прозвучало много песен однотипных, одноплановых, драматургически аморфных, с малосодержательным текстом.

Высокую оценку получил вокальный цикл Н. Халмамедова «Персидские мотивы» на слова С. Есенина. Автор сумел тонко уловить и передать в музыке эмоциональные оттенки поэтического текста, выразить глубину заложенных в нем душевных переживаний.

Симфонические произведения, сыгранные на пленуме, показали, какой большой шаг сделали туркменские композиторы в овладении крупной формой. Жаль только, что наиболее серьезные работы демонстрировались в записи. Разумеется, это не случайно. Оркестру оперного театра, выступавшему на съезде, не хватает самых элементарных качеств, его профессиональные данные весьма несовершенны, а состав далеко не полон. Вполне понятно, что при таких обстоятельствах многие произведения местных авторов оркестр исполнить не в состоянии. Проблема эта требует безотлагательного решения.

Нерешенная пока проблема и состояние музыковедения в туркменской организации. Члены Союза композиторов редко выступают в печати с обстоятельным, профессиональным анализом произведений, ограничиваясь заметками информационного характера. Не написаны работы о современных авторах, живущих в республике, не проанализировано состояние музыкальной жизни на сегодняшний день. А без поддержки и помощи теоретической мысли композиторам очень трудно двигаться вперед.

Серьезнейшую тему эстетического воспитания самих творцов и тех, для кого они творят, поднял в своем выступлении Р. Аллаяров:

— Надо дарить людям такую музыку, чтобы она оставалась в памяти, запоминалась надолго. Некрасивое, неяркое искусство никому не нужно. Мы должны знать и хранить свои ценности. Много ли мы знаем о Дангатаре Овезове, именем которого названо наше музыкальное училище? Как же можно передать его лучшие заветы, традиции, им созданные, ученикам?

— Не все имеют истинное представление о духовной силе народа, о его поэзии, произведениях Махтумкули, Кемине, — продолжил мысль Аллаярова министр культуры Т. Дурдыев. — Самое же главное, — подчеркнул он, — слабая требовательность композиторов к себе. Процесс сочинения — это муки, долгие творческие поиски. Только по-настоящему выношенная идея, воплощенная в звуках, может взволновать слушателей.

Тревога по поводу слишком легкого отношения композиторов к своему труду прозвучала на обсуждении и из уст В. Мухатова.

— Такое явление наблюдается не только в нашей республике, — сказал он. — Вспоминается мне в этой связи одна из статей Кара Караева. Признанный мастер рассказывал в ней, что пока он работает над одним сочинением, иные его ученики успевают написать по несколько крупных партитур, не считая произведений малых форм. Такое «многоглаголение» далеко не всегда оправдано должным качеством музыки.

Мухатов отметил и некоторые общие беды, проистекающие от недостаточно ответственного, вдумчивого и критичного отношения композиторов к своему искусству. С сожалением говорил он, в частности, об отрыве иных авторов от национальной почвы, о пассивном подходе к народному материалу, сетовал на ощущаемую в отдельных опусах (особенно — молодых композиторов) несамостоятельность творческого почерка.

— Создается впечатление, что они созданы за счет чужих художественных идей, — завершил свою мысль В. Мухатов.

Проблему охраны и развития национальной культуры поднимали многие ораторы. Серьезные претензии предъявил композиторам директор музыкального училища имени Д. Овезова X. Караджаев. В частности, он отмечал их невнимание к такой важнейшей области творчества, как музыка для народных инструментов.

Некоторые выступавшие ратовали за создание при местной Академии наук специального кабинета, который руководил бы сбором записей народного творчества. Такой же фольклорный центр мог бы существовать при Институте искусств, который скоро начнет работать в Ашхабаде.

Разумеется, отсутствие координационного центра не может полностью и безоговорочно оправдать бездейственность туркменских музыкантов в этой области. Уместно напомнила в этой связи гостья из Казахстана Н. Кетегенова, что даже в недавнем прошлом народные песни собирались и издавались многими энтузиастами и без специальных координационных центров.

Волнующую тему «фольклор и композиторское творчество» затронул в своей речи Р. Аллаяров.

— Усложнять свой язык во имя ложно понятой современности — неверный путь, — говорил он. — Сложный прием всегда должен применяться со смыслом. Как сложен и по рисунку и по композиции туркменский ковер и в то же время как красива, целесообразна малейшая его деталь, как совершенно его целое!

Лучше понимать эту красоту, правильное соотношение простого и сложного в народном искусстве поможет более тесная связь художников с теми, к кому обращено их творчество. Занятия самодеятельностью, военно-шефская работа дают возможность непосредственно общаться с широкой слушательской аудиторией. Туркменские композиторы, в частности В. Ахмедов, А. Кулиев, Г. Држевский и другие, создали немало патриотических произведений, посвященных воинам Советской армии, содействовали усовершенствованию духовых оркестров военных частей. Тем не менее в этой области еще непочатый край работы, о чем говорил министр культуры республики. Из его выступления хозяева и гости съезда с удовлетворением узнали также о том, что в ближайшем учебном году в Ашхабаде начнет работать Туркменский педагогический институт искусств (о чем уже упоминалось в этой заметке), будет окончательно укомплектован состав Симфонического оркестра Туркменской филармонии. Оба эти события, разумеется, обусловят более плодотворное развитие профессиональной культуры. Высказались хозяева съезда и за повышение роли их творческой организации в музыкальной жизни республики.

С трибуны съезда прозвучал призыв достойно встретить 50-летие образования Союза Советских Социалистических Республик. Все народы страны встретят этот праздник новыми трудовыми успехами. Туркменские композиторы тоже готовят свои подарки — различные произведения крупных и малых форм, — собираясь с честью выполнить свой долг перед Родиной.

И. Зетель

Композитор, исполнитель, слушатель...

Четвертый пленум композиторов Урала, прошедший в Свердловске, стал заметным событием в музыкальной жизни края. Звучали произведения сорока пяти авторов из Свердловска, Челябинска, Тюмени, Березников. Творческая организация уральцев переживает важный момент в своем развитии. С приходом большого количества молодежи, окончившей и столичные вузы, и местную консерваторию, возникают все новые художественные задачи. Какова направленность исканий молодежи? Чем порадовали мастера? Наконец, каков творческий пульс уральской композиторской организации? Ответы на эти насущные вопросы не однозначны, да и быть такими не могут. Но есть немало красноречивых свидетельств творческого возмужания участников пленума.

Нельзя не порадоваться тому, что молодежи есть с кого брать пример профессиональной ответственности и неутомимости в работе. Следует учесть, что наиболее деятельная часть уральских авторов выполняет множество обязанностей — педагогических, административных, исполнительских. И именно эти музыканты — назовем в первую очередь Б. Гибалина и К. Кацман, Н. Пузея и А. Фридлендера — являют собой пример подлинной активности в творчестве; в числе впечатляющих удач смотра должны быть названы и их новые работы.

Разумеется, в мои задачи не входит заполнение «табеля» с оценками десятков показанных сочинений. Лишь многократное прослушивание может дать основание для суждений веских, вполне доказательных. И все же ряд опусов привлек особо пристальное внимание, определив лицо пленума, — о них, естественно, прежде всего и пойдет речь.